Чемпионка

Глава 2.

Я сейчас понимаю, что давно люблю тебя. Это чувство жило глубоко-глубоко, я никогда не давала ему воли. Оно было дружбой. Совершенно искренней, без женских ожиданий, которые многое портят. Если ждешь и в итоге не получаешь, все самое светлое сменяется ненавистью. Мне хватало того, что ты был рядом. Не в двух шагах от меня, не на соседнем кресле. Ты был в моей жизни - и этого было достаточно. Да, были мужчины, которых я любила тоже. Но не так.

Эльчин Сафарли. Мне тебя обещали. Водопад.

Уже на завтра меня приглашают в кабинет главного. Все солдаты жили в отеле, который называли в шутку «муравейником». И вот на верхних этажах жила элита. В наиболее защищённых обычными стражами слоями.

- Сайлас, - я захожу в кабинет главного и киваю ему головой в знак приветствия, - вызывал?

- Да. Иначе бы тебя здесь не было. Сядь.

Сайлас на внутреннем уровне вызывал во мне первобытный страх. Огромного размера мужчина. Голова лысая, по центру седой ирокез. Весь в татуировках, даже на лицевом и мозговом черепе.

Сажусь. Спина прямая. Во рту все сухо, как в пустыне. Немного дрожат пальцы рук, но я крепко накрепко сцепляю их в замок и прячу под стол.

- Новое задание?

- Верно. На столе перед тобой лежит папка. Открой.

Делаю ровно то, что мне и велено. Глупо было бы поступать иначе.

На фото закрепленном на первой странице лицо симпатичного мальчика. Лет двадцать пять, может двумя, тремя годами больше или меньше. Волосы курчавые, блондин. Голубые глаза. Миловидные черты лица. Про таких обычно говорят, родился бы бабой, был бы краше.

- Певец?

- Идол для молодежи. И не стоит тебе объяснять, что его «голос» лакомый рычаг воздействия на юные умы. Нам нужно привлечь его на свою сторону раньше. Справишься?

Сглатываю. Слюны нет. От нервозности. Звук выходит гадким.

- Да. Но почему я?

- Симпатичная мордашка. Изучи его досье, поймешь, что ты в его вкусе. К тому же, кто если не ты, Яна?

Я понимаю, что эти его слова, не то чтобы лесть. Скорее, Сайлас осведомлен о погрешностях в моих новых заданиях и хочет дать шанс реабилитироваться. Женщин воинов было мало, молодых и красивых, еще меньше.

- Я все поняла.

- Надеюсь. Протяни коннектор, я вобью координаты твоего нового перемещения.

Мне не хочется приближаться к главному еще хотя бы на пару миллиметров. И так тяжело дышать. Выхода нет. С трудом размыкаю под столом пальцы и протягиваю ему руку с прибором похожем на высокотехнологичные часы. Литой зеркальный корпус, разблокировать их можно лишь комбинацией нажатий моей руки. пространство открывается, и я могу переместиться в одну из штаб квартир, «муравейник», или по месту геолокации своего задания. Именно эти данные сейчас и вносил в мой прибор главный.

- Готово. Надеюсь на твою сознательность и преданность делу, Яна.

Любовь - это упоительная катастрофа: знаешь, что несешься прямо на стену, и все же жмешь на газ; летишь навстречу своей гибели с улыбкой на губах; с любопытством ждешь минуты, когда рванет. Любовь - единственное запрограммированное разочарование, единственное предсказуемое несчастье, которого хочется еще.

Фредерик Бегбедер. Любовь живёт три года.