Я тебя (не) прощу

Проснулась рано, чувствуя себя отдохнувшей. Приготовила завтрак и уселась на бревне с кофе, подставив солнцу лицо. Вот это кайф.

А потом появился Андрей со Светой, и настроение улетучилось. Не нравился мне этот мужчина, не знаю, почему, но внутренний голос упорно шептал, что стоит с ним быть настороже. Пришел Витя, и я переключилась на него. Вот он мне нравился, я даже поухаживала за ним во время завтрака, что не осталось незамеченным.

Склонность людей преувеличивать все, что они видят, с определенного момента стала меня неизменно удивлять. Я в свое время жила в огромных розовых очках, потому сейчас не питаю ложных иллюзий. Иногда хорошего настроения достаточно для того, чтобы налить кофе приятному мужчине. Пока ребята завтракали, я попросила у Вити карту. Дорогу я помнила, но было интересно посмотреть на оригинал. На обратной стороне кодировка, позволяющая прочесть маршрут иным образом и соответственно прийти в другое место. Как воспользоваться кодировкой, я знала, потому не стала заострять на ней внимание, но поинтересовалась у компании:

— Вы знаете, что это кодировка?

Они переглянулись, и Витя кивнул.

— Мы ее расшифровали, – пояснил он, – по ней место несколько сдвигается от финальной точки нашего путешествия. Но мы бы хотели для начала пройти до этого, а там уже смотреть по ситуации. Это возможно?

— Почему нет, – пожала я плечами. Платят они хорошо, времени у меня вагон, так что все равно, сколько бродить по известным маршрутам.

Еще три дня прошли в том же режиме: мы шли, останавливаясь на отдых и ночлег. Общались мало: Андрей большую часть времени проводил со Светой, они уединялись вне лагеря или шатались по лесу, хотя я их предупредила, что это может быть опасно. Мы проводили время с Витей, разговаривали о малозначительных вещах, не торопясь раскрыть друг другу душу, но проникаясь взаимной симпатией. Витя был ученым до мозга костей, работал в Московском институте, много ездил по миру в командировки, а также старался исследовать самостоятельно то, что было ему интересно. Он много читал, свободное время целиком отдавал своей страсти – истории, не был женат, не имел постоянных отношений, но этим не тяготился. Витя был веселым, добрым парнем – не сказать, что амбициозным, но увлекающимся.

На пятый день мы встали неподалеку от лесного озера, наконец-то появилась возможность нормально помыться. Пока остальные разбивали лагерь, я направилась туда. Немного постояла, глядя на воду, гадая, что будет дальше. Уже пару дней назад настроение моё стало меняться. Если в начале похода я получала удовольствие от жизни вдали от цивилизации, то теперь в голову все чаще лезли мысли о прошлом. Я списывала их на приближение к финальной точке.

Зашелестела листва, оглянувшись, я увидела выходящего на поляну Витю и усмехнулась.

— Я хотела искупаться, – сказала ему, он неуверенно улыбнулся, а я чуть глаза не закатила. Не спеша стянула одежду, скинула с шеи платок и ступила в воду. Она была прохладной. Зайдя по грудь, я обернулась и весело прокричала:

— Чего замер? Или присоединяйся, или иди в лагерь.

Я поплыла вперед, и, оказавшись на середине, обернулась. Витя неторопливо плыл ко мне. Встретившись, мы немного покружили в воде и двинули к берегу. Почувствовав дно, я встала напротив парня. Вода в озере была прозрачная, но думаю, что Витя успел разглядеть меня еще на берегу. Скажу без ложной скромности – там есть, на что посмотреть. Не удержавшись, Витя кинул взгляд в воду, но тут же стыдливо поднял глаза; я едва сдерживала усмешку и даже губу закусила, чтобы не улыбаться во весь рот. Кажется, парень не верит внезапному счастью. Конечно, его заинтересовал шрам на шее, посмотрев на него, он нахмурился и спросил:

— Откуда?

Я рассмеялась, качая головой.

— Перед тобой стоит обнаженная красивая девушка, а ты задаешь дурацкие вопросы. Действуй, пока я не передумала.

Витя тоже усмехнулся, и додумался поцеловать. Я ответила. Поцелуй становился все горячее, одной рукой Витя потянул меня за волосы, заставляя отклонить голову назад. Не видела, но знала, он смотрит на шрам. Через мгновение почувствовала, как его губы нежно коснулись шеи, заскользили вниз к ключицам и вернулись по шее к уху.

— Ты такая... – прошептал он. – Непонятная и желанная.

Я заткнула ему рот поцелуем. Никаких слов, никаких чувств, только физиология. Он, словно поняв мой настрой, перешел к делу.

Вода мешала, но при этом добавляла ощущений. Я отключила голову, постаралась сделать это, чтобы не задаваться вопросом, зачем нужно все происходящее, зачем каждый раз я поступаю так. Отдаю, позволяю, и они берут, берут и не могут насытиться.

Некоторое время после мы стояли, выравнивая дыхание.

Отстранившись, я улыбнулась и направилась к берегу. Одевшись, повязала платок на шею, не глядя на парня. Он быстро оделся и теперь стоял рядом.

— Пойдем в лагерь? – усмехнулась я, двигая в нужную сторону, Витя последовал за мной. Я шла, наслаждаясь стрекотней вокруг, не желая ни думать, ни говорить. Но Вите, конечно, не молчалось.

— Все-таки откуда у тебя шрам?

— Боевое ранение, – пошутила я, – неудачная попытка убить президента. Мне удалось сбежать, но задание было провалено, и меня решили убрать, я сумела…

— Прекрати, – попросил он недовольно, – я же серьезно спрашиваю.

— Если серьезно, – я остановилась и повернулась к нему, – я не собираюсь рассказывать историю своей жизни малознакомому парню из-за того, что мы занялись сексом.

Развернувшись, пошла дальше, Витя же не успокоился.

— Тебя реально хотели убить?

Я закатила глаза. И так каждый раз, им непременно нужно знать, откуда шрам. У меня на этот случай припасена парочка слезливых историй. Мужчины после них начинают меня жалеть и стараются доставить ни с чем не сравнимое удовольствие. Сергей вон даже так расчувствовался, что хотел увезти в свой Саратов. Только не учел, что он мне даром не нужен. Ни Саратов, ни Сергей.

Все эти любовники хотели тела и получали его. Некоторые хотели душу и шли лесом. А я не хотела ничего: разве что забыться в очередных объятьях, доказать самой себе, что ничтожна и заслужила то, что имею.

Вите об этом знать ни к чему.

Вздохнув, я снова к нему повернулась:

— Если я тебя еще раз ублажу, ты перестанешь задавать глупые вопросы?

Эти слова его разозлили.

— При чем тут секс? – спросил он.

— Интересный вопрос. Можно подумать, к озеру ты за мной просто так пошел.

— Мне показалось, ты не против.

— Не против секса, а не душевных разговоров.

Я пошла дальше, Витя, немного помедлив, догнал меня.

— Прав был тот парень в отеле, – сказал зло, – ты просто шлюха.

Я усмехнулась.

— Я не пыталась создать впечатление благородной девицы.

— Ты вообще способна на чувства? Слово «любовь» для тебя что-то значит?

— Отвали, а, – мирно ответила я.

Витя, зло выдохнув, скрылся впереди. Я не спешила. Как ни странно, думала над его словами. Он, видимо, решил, что через неделю совместного времяпрепровождения и разового секса я в него влюблюсь. Весьма наивно. Впрочем, как-то я умудрилась поверить в то, что влюбилась, вообще от одного взгляда.

Я вспомнила, как мы с ребятами приехали в город, чтобы встретиться с проводником. Он был родом из этих мест, но жил по всему миру, так мне говорили. Мне было все равно, я тогда вообще мало думала о людях – в основном о своих желаниях. Я стояла, привалившись к машине, капризная девчонка двадцати лет в легких штанах и майке. Подъехала старая иномарка, из нее вылез высокий парень и стал со всеми здороваться. Я пялилась в другую сторону, и тут на меня упала тень. Повернувшись, подняла глаза и замерла. Он возвышался надо мной красивый, загорелый, с наглыми глазами, от взгляда которых перехватывало дыхание. Губы кривились в легкой усмешке, между зубов перекатывал травинку. Окинув быстрым взглядом, от которого внутри все задрожало, криво ухмыльнулся, пожимая мою руку: ее я протянула, даже не заметив этого.

— Дмитрий, – сказал мне, я только кивнула, не в силах отвести взгляд, – можешь звать меня Митя. Будем дружить, да?

И так на меня посмотрел, словно я уже полностью ему сдалась. Да я и выглядела так, наверное. У меня был богатый опыт по отшиванию мужиков, а с этим я растерялась. Впервые. Потом я села машину и попыталась выбросить эти мысли из головы. Все равно между нами ничего не может быть.

Так я думала тогда, или пыталась себя в этом убедить, пока дурная голова занималась совсем другими вещами, ведя меня к погибели.

Я не заметила, как вышла к лагерю. Витя сидел с ребятами на траве, в мою сторону они покосились, но ничего не сказали. Даже если Витя не рассказал, уверена, парочка все поняла. Уж не просто так Светлана послала мне презрительный взгляд. А, плевать. На все, на все плевать.

По моим прикидкам мы должны были прибыть к месту на шестой день. И чем ближе подходили, тем большую нервозность я ощущала. Голос в голове уже кричал: что-то не так. Я не чувствовала опасности от ребят, а больше ей исходить было неоткуда.

Оказавшись к полудню шестого дня на месте, указанном на карте, мы все были в некотором напряжении. Ребята долго бродили по местности, осматриваясь и переговариваясь; я к ним не лезла, приглядываясь к природе вокруг. У меня были свои мысли, я их пока не озвучивала, но все больше убеждалась в их правильности, и на этой поляне получила лишнее подтверждение. Наконец, ребята пришли к мнению, что нет смысла останавливаться здесь, стоит двигаться дальше.

Маета усиливалась, и не заметить мое состояние было сложно.

— Что-то не так? – задал Витя вопрос.

Я решила, что разумней будет поделиться мыслями.

— Мне кажется, рядом люди.

— Что? – он уставился на меня в изумлении.

— Местность вокруг потревожена: сломанные ветки, примятая трава, свежие следы на земле. Я уверена, люди по близости.

— Но кто? И как, если сюда никто не водит?