И даже смерти не стать избавлением

01-01 Побег

1.

Была тишина, покой и ничто. Сначала было хорошо, потом стало странно. У неё словно отняли все ощущения, а теперь, когда она осознала себя, возвращали по одному, медленно и осторожно, оценивая её готовность к следующему.

Сначала она почувствовала тошноту, потом боль в животе и лишь затем тряску. Катарина захотела зрение, но ей сначала вернули обоняние. Шерсть и пот, так пахнет лошадь. Странно, куда они едут и почему так больно животу? Ощущения из живота струйками расползлись по всему телу и стало больно носу… ах да, это потому, что она бьётся им в бок лошади. И почему вдруг это понятно? Наконец-то вернулся слух, вокруг что-то говорили, кричали, но на какой-то тарабарщине. Во всяком случае так показалось вначале. Хотя вот лошадь замедлилась, а вместе с тем и речь стала понятнее.

— Быстрее, да аккуратнее ты! — судя по всему это о ней. Её как куль с картошкой стянули с лошади и куда-то передали, по пути она ударилась о какую-то деревяшку и едва слышно застонала. — Говорят, аккуратнее, живой человек, всё ж. Да быстрей говорят, мы ещё не оторвались.

Ругался мужчина, по голосу не молодой и не старый, выходило это у него как-то беззлобно, да и принял мужчина её тело очень аккуратно.

— Да ладно тебе, за нами уже давно никто не гонится, — фыркнул голос принадлежавший, казалось, молодому мужчине.

— А вот это тебе что? — обладатель взрослого голоса замолк, видимо что-то показывая.

— Ну висит себе и висит, никому не мешает, — снова фыркнул молодой.

Катарине безумно захотелось понять, о чем они говорят, почему-то это очень важным, но как она ни силилась открыть глаза не удавалось.

— Подожди, милая, — щеки коснулась морщинистая рука, женский голос говорившей свидетельствовал о пережитых ею событиях и был удивительно нежен. От её ладони растекалось тепло и лёгкость.

И всё стало очень быстро меняться: Катарина вспомнила последние события, успела осознать масштабы свершившейся трагедии, но очень скоро ей стало всё равно. Словно от чувств которые она должна была бы и хотела чувствовать её отделяла огромная скала. Возмутившись она попыталась разрушить преграду, но та же рука очень нежно погладила её по щеке:

— Не сопротивляйся, сейчас так надо, это не навсегда.

Тогда она позволила этому случиться. Голова обрела ясность, тело начало наливаться силой и тут всё закончилось, словно кто-то перекрыл энергию поступающую в неё, как струйку горячей воды наливаемую из кожаного мешка в миску.

— Ещё, — попросила она, всё так же не открывая глаз.

— Милая, я не настолько сильная, — попыталась отказаться женщина.

— Ещё, — потребовала Катарина, роясь в памяти и ощущениях, что-то она упускала.

— Мне может не хватить сил, если нужно будет убегать, — снова запротестовала женщина.

— Ещё, — жёстче ответила Катарина, уверенная, что если она не вспомнит, то силы женщины уже им не пригодятся.

— Хорошо, — сдалась помощница и снова принялась вливать в неё силы.

Катарина резко открыла глаза и мельком оглядела закрытую повозку. Каркас обтянутый коже, кровать, на которую её положили, большой сундук так из кожи, что-то, что можно использовать как стол. Похоже в этой повозке жили. Напротив неё коврик растленном прямо на днище, то есть ещё и украшали, дом родной для кого-то. Кочевники? Теперь к женщине — седая полноватая, на вид очень добрая, но взгляд отражает осторожность и настороженность, сейчас она опасливо заглядывала ей в глаза, готовая к чему угодно.

Нет, не это сейчас важно. А что? Катарина вернулась к ощущению, что у них мало времени. Интересно, это было про что? И тут же набор образов — погибшая деревня, Аринка не дошедшая до дома, собачки на калитке, муж на перекрестье и фигура опустившаяся перед ней перед тем, как заполучить стрелу в глаз. То, что она никогда не ожидала увидеть. Слишком большой, таких не бывает… если они охотятся на них, то времени у них намного меньше, чем кажется, а если объясняться и доказывать свою правоту, то вовсе нет, они уже трупы, просто не все ещё знают об этом. Но сначала нужно убедиться!

Катарина скатилась с кровати, подошла к выходу, откинула полог и выглянула наружу. Напротив, возле норовистого тонконогого скакуна стоял красивый чернявый парень, явно ожидавший этого события и глянул так маняще, соблазнительно, а на губах улыбка. «Такие ко всем бабам клеятся» — пронеслось в голове, ей нужен был не он.

Возле молодого стоял возрастной мужик, уже седой, чем-то похожий на ведьмачку в повозке.”Муж» — пронеслось в голове. Поодаль ещё какие-то ещё люди, но сейчас это абсолютно неважно, время утекало сквозь пальцы. Катарина оглядела небо, но ничего не заметила.

— Где? — она предпочла обратиться к возрастному мужику, чем-то напомнившему бывшего уже мужа — Якима.

Он как-то очень быстро понял её и указал пальцем в небо, теперь и она увидела. Вспомнила всё, чему когда-то училась и что своими глазами видела, посомневалась, но всё же твёрдо произнесла:

— Это шарум, такой же, как и в деревне, странный, слишком большой, я бы сказала огромный как скала в сравнение со своими обычными собратьями, но это точно он.

— Мы знаем, — осторожно ответил взрослый, они переглянулись с молодым, но что значил этот взгляд Катарина не разгадала.

Она впала от этого ответа в ступор, но сейчас голова работала быстро и ей показалось, что она поняла проблему:

— А если вы знаете, почему мы стоим?

Развернулась немая сцена, в которой каждый из трёх собеседников молча смотрел друг на друга, ожидая объяснений. И снова первой отреагировала Катарина: «Нужно успеть, хотя ведьмачка постаралась передавая свои силы, вот только надолго ли их хватит? Если мы не поедем сейчас же, может быть поздно. Что я могу сделать, чтобы повлиять на их решение»? Она вздохнула и принялась объяснять то, что в деревне знал даже самый малый ребёнок.

— Шарум территориальные охотники, нападают стаями, тот, что сейчас наверху просто следит за нами и как только войско соберётся, укажет к нам путь. Нам не отбиться, если они на нас нападут. — Катарина помедлила, глядя в их сомневающиеся лица и добавила, иронично: — Хотя, может у вас тут в кустах прячется сотня воинов, ну тогда можно попытаться.

— Она из деревни «говорящих с лесом», она знает о чем говорит, — внезапно пришла на помощь ведьмачка из повозки. Она выглядела утомлённой, похоже, Катарина перестаралась требуя максимум сил, но интуиция говорила о том, что сейчас она права. Катарина посмотрела на взрослого мужчину, на молодого вопросительно.

В этот раз реакция была почти мгновенной, парень взлетел на коня, взрослый бросился к козлам, ведьмачка откинула ковёр и села на магический знак скрывавшийся под ним. Это правильно такое прятать, даже и их тихий угол доходили новости, что магию нигде не любят, а магов уничтожают. И всё же хорошо, что у них есть сейчас такая возможность.

Катарине хотелось задать тысячу вопросов, но вместо этого она вскарабкалась на козлы и вперила взгляд назад в фигуру в небе, потом оглядела маленькую армию людей спасших её. Итого семь человек не считая её и считая ведьмачку. Что они забыли в их деревне, расположенной слишком далеко от торговых путей? Случайно завернуть к ним было очень трудно. Как и отбиться от того, что к нем приближалось, впрочем. Сейчас им поможет только побег. Пусть у них хватит на это время!

Она обернулась к мужику, понимая, что не знает, как обратиться. Он понял без слов, отвечая на невысказанный вопрос:

— Бесник. Жена моя, — он кивнул на повозку, — Вадома. А спас тебя Ферка. С остальными попозже познакомишься. А тебя звать-то как?

— Ката, — назвала Катарина имя которым к ней общались домашние и Аринка, и спохватившись исправилась, — Катарина.

Она немного посомневалась объяснять ли разницу, но решила перейти к делу.

— С остальными познакомлюсь, да, если доживём до этого.

Мрачно как-то вышло. Она подумала о чем ещё ему надо знать и чего, вероятно, он не знает и добавила:

— Шарум не выходят за пределы своей территории. Те, кто на деревню напал и тот, что сверху, это солдаты. По границе тоже солдаты, но немного другие, если внимательный заметишь разницу. У него немного иначе глаза расположены. Если увидишь какого-то другого, значит спасение близко, они перестанут нас преследовать, как только мы пересечём границу. Но это не точно, они сейчас другие, не такие, как были всегда. Может ещё что-то в их повадках изменилось. Но пока нам опираться больше не на что.

— Правда твоя, — кивнул Бесник, устремляя взгляд на дорогу. — Пригляди за Вадомой, она когда колдует совсем беззащитна. А мы уж тут как-нибудь справимся.

Катарина вернулась в повозку и присела к Вадоме, та уже вошла в транс и ничего вокруг не замечала. Жаль, даже не перебросишься словечком, а сейчас так хотелось хоть что-нибудь узнать, что-то понять. Катарина выглянула за полог позади. Охотник так же летал поодаль, зато тут как тут появился Ферка, и глянул он на неё так, что сердце зашлось. Некоторые мужчины так умеют. Она сердито задёрнула полог, не должен мужчина так смотреть на мужнюю жену… хотя, она же уже вдова. Отбросив подальше глупые мысли, она сосредоточилась на облачках, которых минуту назад не было. Интересно, могла ли их сюда привлечь Вадома? Если это делает она, у них появляется шанс, летающие твари и гроза вещи плохо совместимые. Но сейчас не спросишь, не нарушив концентрацию. Тот случай, когда нужно просто ждать.

2.

Тучи на небе прибывали очень быстро, в воздухе появилась мелкая водная взвесь, а где-то невдалеке прогремел слабенький, но раскат грома.

— Родненькая, если это делаешь ты, нам очень-очень сейчас нужна гроза, и, самое главное, молнии! — Катарина погладила Вадому по плечу, не зная, что ещё сейчас может сделать. Она однажды видела, как шарум, каждый из которых размером чуть больше чем мышь, загнали и убили кролика. Они никогда не были сильными и сражались повергая врагов массой. И ни в одной из книг не было написано, что они могут быть такие большие. Ну и, разумеется, они никогда не охотились на людей. Возле деревни были их лабиринты, и они были полезны спасая урожай от мышей. Как, оказывается, неприятно быть мышью.

Снаружи раздался свист, Катарина бросилась к пологу и выглянула, Ферка указал в небо, Катарина успела обрадоваться тому, каким тёмным стало небо, и тут поняла, что не тучи тому виной. Шарум было даже больше, чем она могла бы ожидать. А у них бойцов семеро из них один правит повозкой, которая едет медленнее, чем мог бы скакать конь. Она снова бросилась к ведьмачке.

— Вадома, если ты меня слышишь, нам очень нужна гроза. Очень. Без неё мы не выживем.

Она принялась вспоминать, что ещё она знала о шарум и таки вспомнила! Дети бывают очень жестоки, их тогда шаман отправил изучать природу, мальчишек, что должны были стать однажды его сменой, и её, поскольку из их поколения лишь она одна действительно интересовалась тем, что написано в книгах. Она маленькая была, а они великовозрастные лбы… вспоминать об этом не хотелось. Ей сказали, что они играют, но шарум-то при этом гибли по настоящему. Маленькие безвредные зверьки, которым позволяли жить рядом ради урожая вдруг стали большими и сильными и пришли отомстить? Не потому ли так поступили с Якимом, когда других убили быстро? Да нет, глупость какая-то пришла в голову. Да и за что ей мстить, разве смогла бы мелкая соплюшка тогда остановить мальчишек? Маленькая наивная девочка. Катарина постаралсь выбросить воспоминание из головы, сейчас не горечью от невозможно изменить прошлое надо заниматься. Да, тех малышей жалко, но повторять участь жителей деревни Катарина не желала. Быть может раньше, там у креста, она бы и выбрала смерть, но не сейчас, не когда её спасли. Она убедилась, что Вадоме ничего не угрожает и снова выглянула за полог.

— Эй, Ферка! — он обернулся к ней, но мысленно был далеко, Катарина не стала затягивать: — У них в животе что-то горючее, если попасть огненной стрелой, он… — она не смогла сказать «погибнет», — упадёт.

— Да где же я тебе сейчас стрелы огненные брать буду? — Ферка отмахнулся и тут же потерял интерес.

— Действительно, где? — повторила за ним Катарина и бросилась к Беснику.

— Мы сможем быстро сделать огненные стрелы? — она с надеждой смотрела в его лицо.

— Это надо подумать, — на его лице отразилось сомнение.

Катарина оглянулась на облако, — теперь каждую тварь было отчётливо видно:

— Бесник, милый, они уже здесь.

— Кабы нам кибитку не сжечь, — с сомнением протянул он. Оправданно впрочем, он то не видел того, что происходило сзади.

— Если они нас схватят, то мы не просто сгорим, — Катарина попыталсь выбросить из головы вид распятого Якима.

Псссж. Позади раздался свист стрелы.