И даже смерти не стать избавлением

1.

Катарина вскочила на козлах и обернулась, это не было нападением, пока, просто первые, самые решительные, проверяли если ли у добычи зубы. Не похоже, чтобы в кого-то из шарум попали, и это было плохо, значит на следующий заход они решаться быстрее. Порывы ветра трепали верхушки деревьев, но неподалёку послышался слабенький раскат грома.

— Там всё плохо, да? — Бесник старался не открывать глаз от дороги, но волоски на его шее стояли дыбом.

— Намного хуже, — бросила Катарина, внимательно огляделась, под ногами Бесника обнаружила лук и короткий меч.

«Я, конечно, стреляла когда-то из лука, но похвастаться мне нечем, да и давно это было. От меня здесь сейчас больше вреда, чем пользы, нужно проведать Вадому». Катарина откинув полог через кровать пропрыгала к другому концу повозки, хотя, наверное, стоит её называть кибиткой, бросилась к ведьмачке, но готовые вырваться слова застряли не полпути. Она смотрела на крупную каплю пота сползающую по виску Вадомы: «она и так делает, что может, а тут я ещё и силы её забрала, что же мне делать?»

Катарина уселась напротив, осторожно коснулась морщинистых ладоней и лишь после того, как убедилась, что это не мешает Вадоме взяла её руки в свои.

— Вадома, я не знаю, как тебе помочь и колдовать не умею, но сейчас вся надежда только на тебя, нас слишком мало, а их слишком много. Нам нужен очень сильный ветер, и молнии. Если ты слышишь меня, отдай на это всё, что у тебя есть, если ты сейчас не развеешь их летучий отряд, то всё будет напрасно.

Она не понимала слышит ли её Вадома или нет, закрыла глаза и стала слушать. Вот снова раздался раскат грома, уже ближе и сильнее. Вот порыв ветра ударил в стенку кибитки, а второй чуть её не перевернул, вот испуганно заржали кони и начали кричать люди. А вот и знакомый звук, когда метал перерубает мясо и с другим уже звуком входит в кость.

Ба-бах!

А вот это уже серьёзно громыхнуло, снаружи кто-то выругался, а следом по крыше и стенам повозки забарабанил дождь. Новый раскат грома, и всполох, видный через плохо прикрытый полог и закрытые глаза, следом треск и запах палёного мяса.

— Горит, горит! — восторженный возглас снаружи.

А ладони в её руках как-то стали мягче.

— Держись, Вадома, нам ещё нужно, это не всё, это только начало.

Катарина открыла глаза и посмотрела на ведьмачку, та побелела, губы посинели, но на лице появилось упрямое выражение. Пот градом катился по её лицу. «Загнанная лошадь», — почему-то мелькнуло в голове.

Раскаты снаружи начали раздаваться чаще и каждая из молний находила свою цель, полог кибитки едва не ударил Катарину по лицу, она бросилась закрывать плотно, завязывать намертво, не хватало ещё чтобы что-то побеспокоило Вадому. Катарина бросила лишь взгляд наружу и сердце похолодело — горизонт был чист, ни облачка, хорошо хоть шарум были слишком заняты борьбой со стихией и этого не видели. Впрочем, даже если видели, сделать ничего не могли, на глазах Катарины порыв ветра подхватил летающего солдата и с силой впечатал в ближайшее дерево. Послышался хруст ломающихся веток и костей. Те кто успел ранее отлететь на безопасное расстояние и это сделал наблюдали издалека, к счастью их было совсем мало. А стихия меж тем продолжала уничтожать одного зверя за другим. Удивительно, почему люди и кони не страдали? Хотя там больше по верхам дуло, да ветер свирепствовал. Когда же молния попала и подожгла последнего шарум, вымокшие до нитки измученные люди издали восторженный вопль. Позади тихо охнув осела на пол Вадома.

Катарина бросилась к ней, поглядела в изнеможённое лицо, поправила ей волосы.

— Вадома, ну это ты дала! — раздался восторженный голос Бесника и тут же резко, без переключения. — Что с ней?

Он подошёл так тихо, что Катарина вздрогнула услышав его голос.

— С ней будет всё в порядке, ей просто нужно отдохнуть.

— Ну мать, ты сильна! — в щёлке полога показалось лицо Ферки.

— Вы ей потом всё скажете, когда мы выберемся, давайте лучше воспользуемся форой, что она нам выиграла, второй раз так помочь она уже не сможет.

— Думаешь они ещё раз нападут? — Бесник нахмурился.

— Уверена, ну разве что ты видел тех, кто стоял на границе, немного других, у них глаза больше и иначе расположены? — Ещё раз напомнила Катарина. Несмотря на сомнение в голосе теплилась надежда, те границы, которые были у маленьких версий шарум они давно пересекли, но где может быть новая, она даже не могла себе представить.

— Поехали, — скомандовал Бесник, деловито и вернулся к лошадям. — Но, милые, не время нам ещё отдыхать, если не хотим стать обедом для этих вот. А ты там, пригляди, чтобы с Вадомой ничего не случилось.

Повозка двинулась дальше.

2.

Тяжёлое молчание повисло над дорогой, спутники высматривали иную фигуру в небе, а Катарина пыталась вернуть сознание Вадоме. На её взгляд, все надежды были на ведьмачку. А ей ещё предстояло снова знак на днище нарисовать, первый исчез куда-то.

— Бесник, мы так и не видели пограничника, — голос Ферки снаружи казался мрачным. Катарина так увлеклась, что не услышала стука копыт. «Это плохо, я так и нападение могу пропустить».

— Я не припомню, чтобы мы видели фигуру в небе, или проезжали её, когда отправились спасать девицу, — раздался хмурый голос спереди. — Возможно, мы разбили лагерь на их охотничьей территории.

— Я поскачу вперёд, надо предупредить всех, хо… — и стук копыт начал удаляться.

— Стой! Милоша возьми, если по пути не встретите, пусть вперёд едет, посмотрит, где эта чёртова граница проходит. А ты Стево пока объяснишь что здесь происходит. Главное, чтобы они нас не ждали. Слишком лёгкая и аппетитная добыча выходит. — Голос Бесника клокотал от сдерживаемого гнева и обеспокоенности.

Теперь по звуку вперёд удалялись две лошади.

«Получается они отправились в деревню, чтобы меня спасти? Но почему? Откуда они знали, что будет нападение? Впрочем, если нас сейчас съедят ответы на эти вопросы будут уже не нужны. Важнее другое — я понятия не имею, как привести в себя Вадому. Стоит ли в этом признаться сейчас? Бесник явно будет не рад это услышать». — Катарина грустно поглядела на ведьмачку и пожалела, что деревенская травница когда-то не стала её своей науке учить. Хотя, справилась бы она с таким или нет, кто знает? Надо признаться, может у него будут хоть какие-то идеи.

— Бесник, я не знаю, как помочь Вадоме, я с таким никогда не сталкивалась, — она откинула полог и взглянула на него, надеясь, что не очень этим разозлит.

— Там ящичек есть, покопайся, у Вадомы куча трав всяких, есть и какие-то отвратно пахнущие, она их бабам подсовывает под нос, если сомлели, ну в родах. Посмотри, может ей поможет?

Кажется, Бесник на неё не рассердился. Ну и раз разрешение получено, Катарина могла спокойно копаться в вещах обнаруженных в повозке. Теперь она спокойно огляделась. В сундучках обнаружилась утварь, под кроватью ещё один меньшего размера сундук наполненный травами. Какие-то Катарина узнала, травница всё ж самую малость ей показала, если нужно будет действовать, а её под боком не будет. Какие-то травы Катарина помнила по жёсткому запрету их применять, ну а те, про которые говорил Бесник опознала сразу. Резкий запах от них вряд ли с чем-то можно было перепутать, пахли они аж сквозь несколько мотков кожи.

Катарина не рискнула нюхать это сама, но поднесла, как было велено, под нос Вадома. Та зашевелилась, застонала, голову отвернула. «Не боец», — мелькнуло в голове и Катарина бросилась к Беснику.

— Она нам в ближайшее время не поможет.

— Тёмные вас побери! — Выругавшись Бесник сжал зубы, потом без особой надежды глянул на Катарину: — А ты сама-то хоть чего можешь?

Пришлось виновато покачать головой.

— Вот вечно она лезет куда-то!

Прошипел, но как-то беззлобно и Катарине показалось, что это он о Вадоме.

— Там масло есть, под ногами у меня возьми стрелы, в сундуке какие-нибудь тряпки, возьми мою рубаху поплоше и крути давай. Стрелять из лука умеешь?

— Нет, — жалко пискнула Катарина, — «Они меня почему-то спасали, а я ничего не умею!»

— Хм, — тяжко выдохнул Бесник, — а с лошадью-то справишься? Если надо повозкой управиться будет?

— Д-да, — в голосе Катарины проскочило тщательно подавляемое сомнение. Ну в принципе, с телегой-то она справлялась…

— Понятно, — хмыкнул почему-то развеселившись Бесник, — крути давай стрелы.

С этим, к счастью вышло лучше — пришедшая в себя Вадома помогла, так и познакомились.

5. Они уже смазали и накрутили тряпицы почти на все стрелы бойцов их маленького отряда, когда Вадома подала голос:

— Ката., — осторожно начала Вадома, у Катарины аж ёкнуло в сердце почему-то.

— Да? — И постаралась сделать вид, будто очень сосредоточена на стреле.

— Ты делала что-то со знаком? — и так выглядело, будто ерунду какую-то спрашивает.

— Нет, — покачала головой Катарина и бросила взгляд туда, где был символ на полу. Был. И судя по вопросу плохо, что не было.

— А, ну не важно, — как-то подозрительно легко откликнулась Вадома.

«Да зачем бы ты спрашивала, если это неважно?!» — но Катарина предпочла сделать вид, будто поверила.

— Гони! — раздался крик позади и обе женщины едва не покатились по полу от рывка. Парень, который вроде как уехал вперёд догонял их сзади. А за ним чернело небо.

Пришлось быстро раздавать всем стрелы. Милош, тем временем, их нагнал.

— Они довольно медленные, по счастью, но повозку нагонят. До границы нам ехать и ехать, уж простите, между лагерем и вами я выбрал вас, из-за вас мы вляпались, вам и разгребать. А я к лагерю поеду помогу, покажу, где можно выйти, там до границы не так уж далеко на самом деле. Будут вас нагонять, на лошадей пересаживайтесь, так от них уйдёте. Пока к лагерю направляетесь.

— Идёт, стрелы только нам свои оставь, а то может не хватить времени остальным выйти из круга, — вроде Бесник и спокойно это сказал, а Катарине показалось, словно чем-то тяжёлым стукнул.

— Держите, — скинул Милош в повозку колчан и погнал коня прочь. Охота меж тем приближалась.

3.

Ждать нападения оказалось невыносимо трудно. В этот раз твари, что прилетели оказались вооружены копьями. Они не торопились с нападением, но погода не менялась и круг с неизбежностью смыкался. Маленький отряд успел достичь места бывшей стоянки, уходили люди быстро, если судить по брошенным впопыхах вещах, и тогда шарум всё-таки решили снова напасть.

Сначала это показалось даже забавным — шарум приближались неким подобием строя и бросили копья. Все одни не достигли цели, это немного обнадёжило Катарину. Воины из них были так себе, скорее всего брось она вышло бы примерно так же. Кочевников способных сражаться оставалось четверо, но они всё же позубастей кролика будут! Да и пережив одну битву явно стали уверенней. Двое уже подожгли стрелы и терпеливо ждали, когда шарум решатся на атаку, другие держали кресало наготове. Второй почти ряд шарум начал спускаться ниже, один из кочевников вскинул лук и точным выстрелом попал в надутый живот.

Бах! Тварь упала, но соседи, казалось не обращали на них внимания

Второй кочевник медлил с выстрелом и Катарина едва не завопила сама — «стреляй!», но вовремя вспомнила всё, что на это можно ответить и предпочла не нарываться. Кочевник меж тем вскинул лук и одной стрелой смог пронзить сразу двух шарум!

Бах! Бах!

Шарум это не смутило, они продолжали нападать, а кочевники так же методично и очень метко отстреливаться. «Интересно, почему шарум не наваливаются массой?» — обнадёженная сначала Катарина, вдруг поняла, что стрелы в колчанах убывают очень быстро. И их точно не хватит на всех шарум. Более того, оно вот-вот закончатся. «Понимают ли шарум, что тогда мы станем беззащитными? Хотят взять живыми, чтобы как с Якимом сделать?»

— Держи!

Появившиеся очень кстати Милош и Ферка раздали всем колчаны с подготовленными стрелами с сами присоединились к стрелявшим.

— Далеко ещё? — крикнул с козел Бесник.

— Если так пойдёт, дотянем! — отозвался Ферка.

Крак! Хрустнуло что-то снизу.

— Что там? — это Бесник.

— Темные вас побери! Они на земле! В кустах прячутся! В колеса копья кидают! — это уже Ферка.

— Ей, Катарина, чего ты не сказала, что они так умееют? — Бесник.

— На кроликах и мышах они при мне это никогда не использовали, — обиделась на всякий случай Катарина.

Крак! Хрясь! Повозка накренилась и завалилась на одну ось, послышался характерный звук от трения оси по земле. Они резко замедлились.

— Может пешими? — Ферка.

— Вадома не сможет. — Бесник. — А впрочем, держись, дотянем! Я этого вашего, пограничника вижу!

— Они нагоняют, нам не сдержать! — Милош.

— Повозка нужна, ты видел, какая Вадома со знаком сильная! — Бесник.

— Убедил! — Ферка.

И всё это в сопровождении Бах, бах, бах! А потом только сосредоточенное молчание и взрывы.

— Сказать им? — шепнула Катарина Вадоме.

— Не вздумай! — отозвалась ведьмачка и принялась, что было сил расправлять коврик там, где раньше был знак.

«Она слишком слаба», — с жалостью подумала Катарина. Она помогла ей скрыть исчезновение знака, и хотела уже перебраться к Беснику, посмотреть, далеко ли граница. Вадома из последних сил что-то шептала и делала знаки пальцами. «Она использует магию сейчас, в таком состоянии? А я, чем могу помочь я? Я абсолютно бесполезна».

Крак, Хрясь! А это уже переднее колесо, но к счастью выдержало.

— Вадома, если это делаешь ты, продолжай! — Ферка.

Снаружи зашумели, Катарина выглянула, людей стоящих на дороге стало намного больше, а ближайшие шарум словно перестали видеть и натыкались друг на друга.

— Это туман! — догадался кто-то, — Вадома прямо на глаза им наслала туман! Ого, вот это знак даёт, теперь она такое может!

Повозка резко остановилась.

— Выбрались! — Засунул внутрь голову Бесник. — Всё как ты и сказала, они за границу ни ногой! Вадома, ты как?

Пока Бесник занимался женой, Катарина выбралась из повозки и игнорируя людей подошла к незримой границы. Один из шарум с той стороны смотрел на неё.

— Что с вами случилось, почему вы так выросли? Почему вы на нас напали? Зачем Якима убили? — обратилась Катарина к нему.

— Из-за тебя снова погибли многие из нас.

— Мы просто пытались выжить. — Со всем уважением ответила Катарина, если лесной ей отвечает, нужно соблюсти все ритуалы и разговаривать сооствественно.

— А тогда, когда ты была размером с меня сейчас, что это было?

— Тогда это зависело не от меня, — и подумала с досадой и каким-то успугом, — «я была уверена, что об этом никто не знает».

— Ты смеялась тогда, говорящая, смеялась, когда гибли мои сестры и братья.

— Это было давно, я была маленькая тогда, — что тут можно сказать ещё? — Прошу, прости пожалуйста маленькую меня, сейчас я бы никогда так не сделала.

— Нет, не прощу. Но ты ещё вернёшься сюда, вот тогда и поговорим о том, чтобы ты сделала, а что не сделала. И что ещё сделаешь.

Шарум развернулся и улетел. Забавно, их пол легче всего было определить по хвосту, у мужских особей он был длиннее. А так, сейчас Катарина его очень хорошо разглядела, кроме размеров он ничем не отличался от маленькой версии себя. Тот же сероватый оттенок кожи покрытой редкими волосиками, тонюсенькие ручки и ножки с пухлыми суставами, беременный живот, наполненный газом позволяющий летать. Две пары рук, одна в виде крыльев и вполне себе человеческая. Черты морды напоминающие человеческие, но сильно искажённые. Хвостик коротенький, практически без него. Один в один с теми малышами, что жили рядом. Только те размером с мышь, а этот ей по пояс.

4.

Катарина задумчиво отошла от границы, а потом как очнулась: кочевники смотрели на неё во все глаза. «Они всё слышали, они теперь знаю, почему на деревню напали. А я даже не знаю, что тут сказать».

Из толпы к ней вышел Бесник.

— Ты кое-что взяла, что тебе не принадлежит, верни это обратно.

Катарина растеряно на него смотрела:

— Я… я всё положила на место, и травы и одежду.

Кочевники ощутимо напряглись, словно до этого были расслаблены, хотя это было не так.

— Я про силу, — спокойно объяснил Бесник, — ты просила ещё и ещё, теперь верни то, что взяла.

— Но я не знаю как! — Катарина говорила искренне, но люди в ответ помрачнели.

— А ты попытайся, — убедительно так сказал Бесник и Катарина поняла, что лучше ей попытаться.

Она подошла к Вадоме, положила ей на лоб руки, как та делала некоторое время назад. Сила просто вышла из неё, как воздух из проколотого плавательного пузыря рыбы. Как-то сразу всё снова навалилось — и потеря ребёнка и гибель всей деревни и внезапное спасение.

— Спи, — на лоб легла ладонь Вадомы и Катарина послушно уснула.