Химия на кончиках пальцев

Автобус подпрыгивал на каждой кочке, создавая неповторимое ощущение халявной поездки на американских горках. Прижав рюкзак к груди, я всеми силами старалась не улететь со своего пассажирского сиденья, вперившись яростным взглядом в спину водилы. Тоже мне, Шумахер хренов. Наконец, когда мы с горем пополам доехали до нужной мне остановки, я, проходя мимо Молнии Маккуина, злобно бросила:

— Водить научись, убийца.

И выскочила из автобуса, пока водила не опомнился. К слову, его мои слова, кажется, не особо задели, поскольку он почти тут же умчался с завидной скоростью. Спасибо, что хотя бы ноги мне не отдавил, а то ведь явно намеревался, ублюдок.

Впрочем, долго злиться на водилу я не собиралась, ведь все мои мысли заняло нечто более ненавистное, стоило на горизонте появиться местному концентрационному лагерю моей любимой школе. Конечно, я снова опаздывала, несмотря на все старания Доминика Торетто, устроившего автобусный дрифт. Если честно, я вообще никогда особо в школу не торопилась, но во имя родительского спокойствия старалась не прогуливать и учиться более-менее прилежно. Всё бы ничего, если бы не ебать-её-в-рот химия. Пожалуй, это было единственное явление, которое я ненавидела так сильно, что готова была отдаться десяти гастарбайтерам, только бы оно исчезло из моей жизни. Но нет, предложений от гастарбайтеров особо не поступало, так что исчезновения химии не предвиделось. Более того, её вела наимерзотнейшая училка из всех существующих, просто ходячий кошмар, а не баба. У нас с ней была взаимная ненависть с тех самых пор, когда я, будучи шестиклассницей, дежурила в её кабинете, а она взяла и переебала мне шваброй. Случайно, как она утверждала, просто не заметила, что я за её спиной стою, резко развернулась, все дела. Но больно я ей поверила, дуре психованной.

Сегодняшнюю химию я планировала счастливо и без малейших угрызений совести прогулять, благо она стояла последним уроком. Я посетила уже пять занятий подряд, пора было сделать перерывчик, эта кляча и так должна быть благодарна мне за моё терпение. Юля, моя женщина и самая лучшая подруга на свете, мою идею с удовольствием поддержала и согласилась составить мне компанию. Но я от неё другого и не ждала, странно, что не она первая такую замечательную идею подкинула. Именно поэтому спустя шесть уроков мы с ней незаметно улизнули на первый этаж, походкой заправских шпионов направляясь к гардеробу. И надо же, блять, именно в этот момент там происходил бабский слёт, настоящий шабаш, зовите как хотите. У гардероба столпились шесть училок и что-то бурно обсуждали. Нашли время, спасибо, сволочи. Мы с Юлькой замерли в паре метров от них, буквально прижавшись к кулеру и делая вид, что нам обеим чертовски захотелось водички попить. Ну, как попить, я бы сказала, постоять в непосредственной близости от водички.

— Сонь, а может, ну его? — спросила Юля, напряжённо поглядывая на училок, очевидно не особо доверяя прикрытию в виде кулера.

— Ты че, ёбнулась?! Мы такой путь проделали, — возмущённо прошептала я. Тем временем до моего крайне любопытного уха донеслись обрывки фраз этих обломщиц:

— Ну, он довольно хорош в своём предмете, сказал, что приступит завтра. Посмотрим, что он может. Другого выбора у школы в любом случае сейчас не имеется.

— Хорош в предмете, говорите? — после этой фразы раздалась россыпь их куриного смеха. Кошмар, слушать тошно.

— Ладно, собой он тоже хорош. Молодой мужчина, все девчонки с ума сойдут, Ирина Борисовна!

— Ой, этого ещё не хватало.

— Зато, может, на уроки начнут чаще ходить.

Я уже хотела было язвительно прокомментировать подслушанный диалог, но именно в этот момент моему поганому носу приспичило втянуть в себя какую-то срань и спровоцировать громкий чих. Юлька в ужасе уставилась на меня, после чего, недолго думая, схватила под руку и утащила на улицу с такой скоростью, что даже мой утренний водила позавидовал бы.

— Очень умно, молодец! — я похлопала в ладоши, как только мы оказались вне школьных стен. — А домой мы голые пойдём?

— Они скоро уйдут, вернёмся и заберём куртки, не кипятись.

— Да я даже не думала. Слышала, о чём они говорили?

— Частично, — Юля поёжилась. Ага, довольна? Всё-таки минус шесть на улице. — У нас что, опять практикант будет?

— Надеюсь, — я злорадно улыбнулась, предвещая колоссальный буллинг.

Нет, вы не подумайте, я не такая сука, я следую только праведным целям. Дело в том, что молодым парням и девушкам в школе (особенно в нашей) не место, а я помогаю им это понять. Ну да, не самыми гуманными методами, но уверена, лет через десять они мне только спасибо скажут.

— Знаешь, я думаю тот несчастный математик тебя на всю жизнь запомнит, — усмехнулась Юлька пришедшим воспоминаниям.

О да, ещё как запомнит. Бедный парнишка лет двадцати с небольшим буквально встал в ступор, когда я начала изображать из себя одержимую демонами.

— А нечего было меня после уроков оставлять, сам виноват, придурок.

— Думаю, у него после того случая дидаскалейнофобия развилась.

— Это ещё что? — я в недоумении поморщилась.

— Боязнь школы, — ответила Юля так, словно это было нечто очевидное, как если бы я спросила, что такое колесо.

Был у неё такой пунктик — свои школьные проёбы компенсировать совершенно ненужными, но весьма интересными знаниями. Но, надо сказать, я её за это очень уважала. Юлька чуть ли не единственная из всего моего окружения понимала, что школьные знания нужны ей только для галочки и не рвала жопу ради оценок, в отличие от меня. Вообще, если бы она не появилась в моей жизни, я бы так и думала, что пятёрки в дневнике — это показатель того, что ты всё-таки homo sapiens, а не кто-то, находящийся на пару ступеней развития ниже. К чему я это? Ах да, цените таких друзей, как Юлька, они лучшие.

Спустя несколько мучительных минут бессмысленного стояния на холоде мы всё же вернулись в школу и поспешили к гардеробу, пока какие-нибудь озабоченные клуши снова не испортили нам праздник. К счастью, в этот раз нам ничто не помешало и мы, довольные идеальным преступлением, наконец-то свалили из этого рассадника детских травм.

Через полчаса мы уже сидели в комнате Юльки, допивая по первой нольпятке яблочного сидра. Ощущения были приятные, обволакивающие, даже всратый Юлькин подоконник, покрытый толстенным слоем пыли, казался теперь чуть ли не симпатичным. Я сидела на полу, Юлька развалилась на кровати напротив меня, расстегнув ширинку для более комфортного вмещения сидра в свой организм и, очевидно, чувствовала себя прекрасно.

— Ну вот, а ты валить не хотела, — слегка укоризненно заметила я, отставив почти пустую бутылку в сторону.

— Зассала, с кем не бывает, — отмахнулась Юлька.

— Как же приятно не видеть морду химички, — блаженно улыбнулась я. — Могли бы сейчас ещё там сидеть.

— Да поняли, поняли, ты героиня, — усмехнулась Юля. — Спасла нас обеих от престарелой драконихи.

Спустя пару часов нашего крайне дегродского времяпрепровождения, а именно просмотра видосов и тупых мемов, я решила отправиться домой. Завтра химия стояла первым уроком, и раз уж я сегодня позволила себе прогулять её, завтра следовало явиться пораньше, чтобы эта ненормальная не сожрала меня с потрохами. Так, возможно, хотя бы не привлеку к себе лишнего внимания. Надо бы Юльку тоже предупредить, чтобы она пораньше пришла. Чует моё сердце, эта кляча в любом случае хорошенько припомнит наш побег из Шоушенка, так что неплохо было бы подготовиться к завтрашнему уроку. Хотя кого я обманываю, я же не настолько сумасшедшая, чтобы по доброй воле химию учить.

Кто бы мог подумать, какие сюрпризы ожидали меня на следующий день.