Средневековая история - 3

Ройс Флетч посмотрел на двоих мужчин из своего отряда.

— Мик, Джейм, оставляйте лошадей здесь и идите в деревню. Скажете — бродячие наемники, ищете работу. Разузнаете все про Иртон, про графиню, как, что, когда… сами понимаете.

Мужчины закивали. Они понимали.

Главный вопрос — стоит ли связываться с ее убийством. А если да — то как до нее легче добраться?

Ближайшая деревенька называлась Яблоновицы.

Остальной отряд расположился в лесу. Наемники принялись привычно разбивать стоянку, расчищали место для костра, рубили лапник… здесь им придется провести несколько дней, пока не вернутся Мик и Джейм.

А потом… потом как командир скажет. Либо работа.

Либо…

Кинуть заказчика и забрать у него деньги тоже было не худшим вариантом. До Ивернеи не так далеко, работа найдется…

— Анель старается как может. — Альтрес сидел у ног Гардвейга, но на короля не смотрел. Мужчины глядели в камин, на причудливую пляску огня.

— Но?

— Да. Рик на нее не клюнул.

— Почему?

— Хочет посмотреть и одну, и вторую…

— Альт, меня это не устраивает. Из Уэльстера он должен увезти браслет Анели…

— Гард, я и не спорю. Когда у нас большая охота?

— Через четыре дня.

— Вот и отлично. У меня есть один план…

— Рассказывай.

Мужчины смотрели в камин. И слова текли, словно нить из паутины. Она готовилась взвиться и захлестнуть доверчивую муху.

Ричарда Ативернского.

Лиля быстро проглядела документ.

— Шевалье Авельс, вы просто чудо!

— Я старался, ваше сиятельство…

Лонс позволил себе вежливую улыбку. Действительно, доклад составить было довольно сложно. Но он справился. Лиля понимала, что сама все не успеет, поэтому поручила ему четко расписать состояние Иртона, доходы, расходы, ее действия… Этот доклад Ганц Тримейн должен был передать его величеству. И Лонсу пришлось раза четыре переделывать, пока не получилось то, что понравилось Лилиан. Максимум цифр при минимуме слов. Но — получилось же! И даже Ганц Тримейн, проглядевший отчет, не нашел в нем ни ошибок, ни неточностей…

— Вы сможете перебелить все это? Красиво, с завитушками, все-таки королю посылаем, а не абы кому…

— Разумеется, госпожа…

Лиля одарила Лонса благодарной улыбкой. Но успокаиваться на этом шевалье не собирался.

— Ваше сиятельство?

— Да, шевалье?

— Вы ведь собираетесь ко двору…

— Все уже знают?

— Кому надо — те очень неплохо осведомлены, ваше сиятельство.

Лонс улыбнулся. Лиля фыркнула.

— Король пригласил. Весной. Хотя мне это и не нравится.

— Воля короля закон для его подданных. Ваше сиятельство, прошу вас не счесть это излишней дерзостью…

— Что именно? Шевалье Авельс, вы можете говорить без обиняков…

— Ваше сиятельство, вы ведь… ваши манеры весьма своеобразны, но…

— При дворе на меня будут смотреть как на сумасшедшую.

Лонс не кивнул, но его взгляд был весьма красноречивым.

— Я знаю об этом, шевалье. Но… Я — дочь купца. Ненаследного дворянина. И мое воспитание оставляло желать лучшего. А в Иртоне что-то не слишком нужны хорошие манеры…

— Ваше сиятельство, я ведь не в укор. Я был учителем, и хорошим. Поэтому если вы позволите…

— Вы подучите меня тому, что я должна знать.

— Ваше сиятельство, еще раз прошу не гневаться на мою смелость…

Но Лонс отлично видел, что не гневается. Наоборот, его предложение явно пришлось в тему. А значит — Лилиан Иртон будет ему еще больше обязана.

Шевалье Авельс уже успел оценить эту женщину. И про свои планы стать ее любовником на жалованье вспоминал с усмешкой. Глупость какая! Эта женщина не будет содержать любовника. Скорее это ее любовникам придется здорово потрудиться, чтобы быть достойными ее. Очень умная, яркая, сильная… хотя и не без странностей и тайн.

А, ладно! Кто без греха? Лонс и сам не торопился пускаться в откровения. Хотя мысли об Анелии грызли душу хуже могильных червей. Как-то там его девочка?..

А сейчас в интересах шевалье Авельса было подготовить Лилиан Иртон.

При дворе она должна притягивать восхищенные взгляды. И даже больше.

Блистать!

Ему это по силам. Не уничтожая ее личности — сделать из нее настоящую королеву. А она… то, что Лилиан Иртон умеет быть благодарной, Лонс знал по себе.

Ему платили весьма неплохие деньги, немногим меньше, чем Гардвейг, но более регулярно. Он жил на всем готовом и гораздо лучше, чем в замке Лорис, а еще Лилиан Иртон не забывала периодически одаривать его всякими приятными мелочами вроде серебряного пера и чернильницы, или новой одежды, или сапог… да перечислять можно было долго.

Одним словом, Лонс надеялся на взаимовыгодное сотрудничество. И закрадывалась иногда мыслишка — а ведь сюда, в Иртон, можно привезти и Анель.

Лилиан Иртон точно возражать не будет. А они смогут спокойно жить, рожать детей, любить друг друга… почему нет?

— А пока…

— Ваше сиятельство, тогда прошу вас выделить мне время…

Лиля прищурилась.

— Шевалье, а вы сможете обучать и меня и детей?

— Детей?

— Мири, Марка, вирман…

— А вирманам зачем? — непроизвольно вырвалось у Лонса.

Лиля пожала плечами:

— Никогда не знаешь, что тебе в жизни пригодится.

Лонс подумал — и поклонился.

— Как прикажете, ваше сиятельство.

— Я посмотрю, выделю время… может быть, вечером?

— Любое удобное вам время.

Лиля кивнула:

— Благодарю вас, шевалье Авельс. Я не забуду.

И Лонс не сомневался в ее словах.

Действительно не забудет.

— Эрик!!!

Лиля услышала вопль кого-то из детей даже через новые стекла. Вот тоже Эмме была работа.

Домоправительница просто с ног сбивалась.

Лиля требовала чистоты, слуги же о гигиене были осведомлены весьма слабо, а косяк детей, носящихся по замку, упорядоченности не добавлял.

Но дети — штука полезная. Да, играют, да, валяют дурака, но польза есть. Бегают, приглядывают за всеми, кто в замке, кое-кто на побегушках у родителей, их всегда можно отправить с мелким поручением, а Хельке, да и остальные мастера начали приглядываться к мальчишкам и девчонкам как к подмастерьям…

Все на пользу, не во вред. Тем более что основная часть вирман сейчас занята в море. Лиля один раз побывала в коптильне — чуть не взвыла.

Конвейер. Иначе это и не назовешь. Рыбу выгружают, обрабатывают, коптят, солят… кстати — идея с солеварней оказалась стоящей. И даже более чем.

Соль получалась чуть более горьковатая, но — черт с ней! В супе незаметно! Зато проблем со щитовидкой не будет!

Странно, но до солеварен здесь не додумались. Как объяснила Ингрид — проще было добывать соль из земли.

Ганц Тримейн, услышав про такой финт ушами, побывал на производстве, после чего почтительно поклонился Лиле и попросил описание процесса.

Таких мелочей Лиля жалеть не стала. Описала весь процесс и передала Ганцу свиток. Пусть внедряют. Ативерна — государство прибрежное, так что…

А вообще все почти уже было готово.

Подарки всем, кого надо заинтересовать.

Хельке срочно дошлифовывал несколько камней и клялся, что все ахнут от восторга. А ведь это она еще за бисер не взялась. И монастырское шитье… Девушки уже все доделали. А вот стеклодув чуть задерживался. Но и неудивительно. Мальчишкам хотелось заявить о себе.

А были еще и товары на реализацию. Из тех, что следовало передать Августу Брокленду для продажи.

Лиля сбивалась с ног. И даже помощь Лонса не могла ничего исправить. Едва удавалось выкроить время для занятий.

Кстати даже за столом они продолжались. Как двигаться, улыбаться, что говорить… столовые приборы оказались для Лонса неожиданностью.

А Лиля только злорадно ухмылялась. Ну да. Есть нож, есть ложка, а остальное можно и руками. А вот она…

Потребовалось достаточно много времени, чтобы объяснить местному кузнецу, что она от него хочет. И обеспечить подходящим металлом. Лучше всего подошло серебро — ну так почему бы и нет? Есть куча уродливой серебряной посуды, которой уже под патиной и не видно. Переплавить к лешьей матери! Воровство? Поставить в кузне вирманина, который будет следить за процессом и ждать результата. После чего конвейер заработал. И Лиля уже имела к настоящему времени полный столовый набор на тридцать две персоны.

Хотя сами персоны смотрели на это дело квадратными глазами. Но — вилка, нож, столовая ложка, десертная ложка — были обеспечены каждому за столом. А Лиля на своем примере показывала, как ими пользоваться.

Легче всего это переняла Миранда. Потом подтянулись и остальные. Ганц сначала сомневался, размышлял, а потом признал, что так — безусловно, красивее и удобнее. Ему Лиля тоже приготовила небольшие подарки. Но это — потом, в день отъезда. Пока пусть побудет в неведении…

В дверь постучали.

— Войдите!

На пороге возник Эрик. Улыбнулся, показывая дырку в зубах.

Лиля улыбнулась ему в ответ:

— Я рада вас видеть, Эрик. Как поездка?

— Ваше сиятельство, все замечательно. Поговорил с мэром, все закупил, даже немного побольше… кстати, со мной тут приехал…

Эрик отступил в сторону — и Лиля вновь расцвела улыбкой.

— Тарис! Я рада вас видеть, друг мой!

Тарис раскланялся по всем правилам этикета. Но было видно, что он тоже рад Лиле.

— Ваше сиятельство, вы стали еще прекраснее. Хотя я сомневался, что это возможно…

— Стало быть, годам к восьмидесяти достигну совершенства, — поддразнила его Лиля. — Что привело вас в наши края?

— Я привез послание от вашего отца, ваше сиятельство. К тому же привез с собой почтовых голубей. Привез кое-какие мелочи. И ваш отец просил меня остаться и помогать вам в делах, если вы не будете возражать.

Лиля захлопала в ладоши от избытка эмоций.

— Тарис! Что вы! Возражать?! Как я рада, что вы будете с нами этой зимой! Прошу вас, устраивайтесь, отдыхайте с дороги, а потом расскажите мне об отце! Прошу вас!

Тарис раскланялся, вручил Лиле послание и вышел. Лиля и не сомневалась, что Эмма устроит его в лучшем виде. И очень кстати он ей подвернулся. Самой Лиле откровенно не хотелось таскаться зимой в Альтвер и сбывать товары Торию Авермалю. А ведь это необходимость. Надо, чтобы уже зимой все начало расползаться. Если весной ее хотят видеть при дворе, имя она должна зарабатывать уже сейчас.

Как говорят в вузах: сначала ты работаешь на зачетку, а потом она на тебя. Вот Лиля и собиралась как следует поработать «на зачетку». Еще до встречи с королем.

Итак… Лиля принялась загибать пальцы.

По замку главная — Эмма.

По деревням — Ингрид.

Коптильню и солеварню держит Лейф, он же и по деревням с Ингрид ездит.

Охрана на Лейсе.

Производство пока еще на самой Лиле. Но тут уже… ее идеи и воплощение мастеров. Как с теми же вилками-ложками. Тут ее никто не заменит.

Отчеты и подсчеты — Лонс Авельс. Хотя проверять приходится. Но вроде бы парень не ворует.

А на внешнюю торговлю поставить Тариса. И пусть крутится как пожелает. Проверять его тоже будем… вот тут как раз и Эрик пригодится. Якобы для охраны.

Перезимовать же…

План по скотине выполнен.

По торфу — запасли чертову прорву. Если чего не хватит — дровами догонимся. Но запасание идет до сих пор. Благо болот много, болота торфяные… собаку Баскервилей туда выпустить…

— Ваше сиятельство…

— Эрик?

Лиля посмотрела на дверь. Когда зашел Тарис, Эрик как-то незаметно скрылся. А сейчас опять появился на пороге.

— Ингрид сказала мне… это вам маленький подарок…

Лиля приподняла брови. В мешке было явно что-то живое…

А Эрик развязал его — и вытряхнул оттуда здоровущую собаку… нет! Не собаку. Щенка. Здоровенного, большелапого, пока еще по-детски непропорционального и очень пушистого.

— Это вирманская сторожевая.

— Какая прелесть! — Лиля выскочила из-за стола и подошла к щенку. Протянула руку. — Ну, мальчик, давай знакомиться…

Щенок послушно обнюхал ее руку, лизнул пальцы, потом еще раз…

Эрик широко улыбнулся:

— Вы, ваше сиятельство, никак «собачье слово» знаете?

Лиля замотала головой:

— Что ты! Я просто недавно кусок ветчины съела, вот запах на пальцах и остался…

Щенок тем временем посмотрел на хозяйку, повилял хвостом… и вдруг присел. По каменному полу начала расползаться желтая лужица.

Лиля звонко рассмеялась.

— Эрик, позови слуг, пусть уберут.

Эрик кивнул.

Лиля потрепала щенка по холке. В кабинет влетела Илона, а за ней Эмма.

— Ох ты! Это кто ж такой?

— Вирманская сторожевая…

— Ой! — Эмма схватилась за щеки. — Да они ж размером с лошадь!

— Такие здоровые вырастают?

— И еще побольше…

Ну насчет лошади Лиля искренне сомневалась… Но щенок и правда был хорош.

— Эмма, скажи на кухне, чтобы его кормили.

— Скажу…

— И зовут его — Нанук.

— Нанук?

— Да. Устройте ему лежбище в моей комнате, пусть привыкает. И прикажите кому-нибудь из слуг выгуливать зверя…

Лиля передала щенка экономке и занялась своими делами.

М-да… Нанук… воспоминание из детства. Однокурсник отца заехал в гости, проездом к новому месту службы. Служил он где-то далеко на севере — и привез с собой оттуда здоровенную лайку. То есть помесь волка и лайки. Огромного пса по кличке Нанук.

Аля тогда прикипела к нему сразу. Весь вечер сидела рядом с собакой на полу, чесала, гладила, тискала… пес стойко переносил ее внимание. И украдкой подставлял под ласку уши. Громадный, пушистый — рука ребенка тонула в шерсти чуть не по локоть, с острой умной мордой и ясными желтыми глазами…

Ну и соответствующими клыками. Одна улыбка — и любой хулиган срочно мчится в аптеку за памперсами. Интересно, вырастет ли эта собака такой же?

Как оказалось — вырастет. И это подтвердил Лонс, очертив псину чуть ли не полтора метра в холке. Мол, с ними на медведя ходят…

Как оказалось, Эрик привез несколько таких песиков. Еще двух кобелей и сучку. Лиля подумала и распорядилась выделить еще одного щенка Миранде. Марта начала возмущаться, а ребенок повис на шее у Лили со счастливым визгом. Даже угроза, что воспитанием щенка займется сама Миранда и за плохо воспитанную собаку Лиля строго спросит, не помогла. Девочка просто была счастлива.

Милая моя дочурка…

Я безумно переволновался, узнав о покушении. Но Тарис успокоил меня. К тому же я рад услышать, что у тебя наконец-то проснулись наши семейные таланты. Твоя мама тоже была удивительно хозяйственной. И редкостной выдумщицей…

(М-да, все хорошее от нас, все плохое от тещи…)

И ты на нее очень похожа.

А теперь о делах.

(А то ж…)

Я подарил твои перо и чернильницу его величеству. И они пользуются большой популярностью. Так как изготавливать их может только Хельке Лейтц, согласно установлению гильдии, у него уже есть куча заказов. Не меньше ста штук. Список заказавших и их просьбы прилагаю отдельным свитком.

Очень понравились принцессам серьги. Также прилагаю список заказов от наших дам.

Полагаю, ты найдешь возможность переслать мне заказы?

(Из шкуры вон вывернусь и обратно ввернусь!)

Его величество весной приглашает тебя ко двору. Так что постарайся не ударить в грязь лицом. Это очень важно.

Если ты пожелаешь, мы будем собирать доказательства и потребуем для тебя раздельного проживания с Джерисоном Иртоном. На основании пренебрежения договором и прямой угрозы твоей жизни.

Обдумай этот вопрос, пожалуйста.

Добиться этого вполне реально. Но вредно для моего дела. С другой стороны — твое благополучие для меня важнее всего.

(Это радует.)

Поэтому серьезно подумай. Я буду ждать и поддержу любое твое решение.

(Хм… а папа-то действительно меня любит…)

Посылаю к тебе Тариса Брока. Полагаю, его опыт и знания будут тебе полезны.

(Еще бы!!!)

Ему дан приказ помогать тебе во всем. Также посылаю тебе кое-какие безделушки и немного денег. Это всегда пригодится в хозяйстве. Что с твоей девичьей долей? Ты ею распоряжаешься?

(Девичья доля? Мгум, а я и забыла… а где оно?! Где, где мои денежки?!!)

Пришли мне подробное письмо. При Тарисе есть опытный голубятник. Так что мы сможем обмениваться короткими весточками.

Также я пришлю в Альтвер пару своих кораблей, чтобы у тебя было сообщение с внешним миром. И жду от тебя вестей…

Дальше шло обычное бла-бла-бла на тему любви, верности, молитв…

Самое важное, впрочем, было сказано. И Лиля смотрела на письмо, смахивая слезы. Папа был таким же…

За своего ребенка — свою Алечку — он бы загрыз кого угодно. С особым цинизмом. И Август был из той же породы… неужели так может повезти?

И в этом мире у нее будет близкий человек?

— Лиля, я решила назвать щенка Лилиона. А сокращенно — Ляля. Тебе нравится?

В кабинет просунулись две мордашки. Причем Мири была ненамного крупнее своего щеночка.

— Замечательное имя, — искренне сказала Лиля. — Очень подходит.

Мири засияла солнышком. А Лиля подумала, что близких у нее — двое.

Подождем пока с раздельным проживанием.

Если есть возможность прижать супруга — отлично. Но пусть она пока остается возможностью. Отравить или прирезать успеем всегда. А сначала попробуем договориться по-хорошему.

Но этим день не закончился. После обеда примчались двое крестьянских парней. А еще через двадцать минут Лейс выслушал их и отправился к Лилиан.

— Ваше сиятельство, у нас проблемы.

— Это понятно. Какие?

— В деревню приходили наемники, расспрашивали о вас.

— Так…

— Парни из Яблоновиц проследили за ними… ну как могли. Говорят, у нас в лесу отряд наемников…

— Парни проследили?

Лейс пожал плечами:

— Есть у Арта там пара охотников…

Лиля кивнула. Тогда понятно. Охота — дело такое. Здесь вам не там, приходится и один на один со зверем выходить, и следить, и лес знать, и подкрадываться…

— Ага. Отряд наемников?

— Человек двадцать — двадцать пять…

— Угумс… и что вы собираетесь делать?

— Мы их можем положить в три минуты…

— А надо ли?

Лейс задумался. Лиля покачала головой. Военный. До мозга костей сержант. В крайнем случае — лейтенант. Но не генерал.

— Лейс, мы можем взять их живыми и расспросить, за каким… — едва не сказала «чертом», — собачьим хвостом они приперлись на нашу землю?

— Мм… наверное, можем.

— Поговорите с Эриком. Ему это тоже привычно, да и размяться он будет не против.

Лейс кивнул, получив понятные указания.

Наемников не убивать. По возможности взять живыми и допросить. А там уже видно будет.

Надо найти Эрика.

Ройс Флетч смотрел в огонь и думал о жизни. Его парни вернулись еще днем, но новости не порадовали.

Иртон оказался вовсе не развалюхой с отрядом в десяток человек. Увы…

Местная хозяйка вела свои дела жестко. Одних вирман в Иртоне было больше пятидесяти человек. Не говоря уж о местной дружине. Связываться с ними такими малыми силами было самоубийством.

Повернуть назад и тряхнуть заказчика?

Как вариант…

Но тут ловить точно нечего. Несчастный случай они устроить могут, но уходить потом придется… куда?

Вирмане — те еще волки, его псы им и в подметки не годятся. Рвать за нанимателя будут до последнего…

М-да… проблема…

— Вечеряете?

На поляну, не особо скрываясь, вышел громила в полном доспехе. Кольчуга на мощной груди блестела синеватыми искрами. Наемники повскакивали, но Эрик (а это был именно он) поднял руку.

— Спокойно! Если бы я хотел вашей смерти, вас бы еще час назад перестреляли!

Подтверждая его слова, в костер вонзилась стрела. Разбросала тучи искр и вспыхнула.

Ройс не тронулся с места. Просто поднял голову.

— Чего тебе от нас надо?

— Неправильный вопрос. Это вам чего надо на нашей земле?

— Это графство Иртон, а не Вирма…

Эрик усмехнулся, приобретя вовсе уж зловещий вид.

— А нас наняла графиня Иртон, чтобы обеспечить свою безопасность. Так будете говорить или перестрелять вас всех?

— Ты первым подохнешь, — процедил кто-то.

Эрик пожал плечами:

— До сих пор не подох, авось и дальше пронесет. А вот вас до одного перебьют. А кого не сразу — тех потом добьют мучительно. Так чего вы сюда заявились?

Какое-то время Ройс колебался. А потом кивком предложил Эрику место у костра:

— Поговорим?

Эрик усмехнулся, показывая дыру в зубах, и опустился рядом.

— Надеюсь, ты помнишь о лучниках?

— Я не буду делать глупостей.

— Вот и отлично. Я тоже не буду вас убивать. Пока…

— А потом?

— Вы еще пригодитесь. Когда я узнаю правду.

— Правду?

— Вы не рыбку половить мимо проходили. Я хочу знать, зачем вы здесь. И не потерплю лжи.

Ройс уже прикидывал, что наплести этому громиле, когда тот поднял руку.

— Постой. Прежде чем рассказывать что-то — подумай.

— О чем?

— Я — скромный вирманин. В ваших интригах не разбираюсь. — Улыбка, скользнувшая по губам мужчины, опровергала это утверждение. — Поэтому рассказывать ты будешь не мне. А господину Ганцу.

— Господину Ганцу?

Вирманин кивнул в сторону. Там, на краю поляны, в тени деревьев стоял человек.

— Ему. Ты подойдешь и тихо все расскажешь. А потом все остальные из твоего отряда.

— Это же…

— Долго? А нам спешить некуда.

Ройс выругался про себя. А вирманин спокойно продолжал:

— А вот если в ваших словах будут расхождения, мы выберем тех, кто говорит правду, а остальных убьем. Медленно убьем.

— Тех, кто говорит то, что вам понравится?

— Нет. Только правду. Господин Ганц умеет допрашивать. А я умею только убивать. И следить, чтобы никто из вас не сговаривался.

Ройс еще раз выругался. На этот раз вслух. Вирманин не оставлял ему путей для отступления.

— Что будет с теми, кто сказал правду?

— Они скажут ее еще раз. На суде. И будут свободны. И даже при деньгах. Разве плохо?

Неплохо. Если вирманин сдержит слово.

Эрик словно прочел мысли наемника. Хотя читать и не надо было. Ганц тщательно обговорил с ним тактику разговора. Благо время было, пока они сюда добирались. И обговорил, и реплики подавал, и объяснял, что говорить в том или ином случае, лучше бы он сам пошел, но Лиля настрого запретила. Случись что с королевским представителем на ее земле — с кого шкуру снимут?

— Графиня Лилиан Иртон против вас ничего не имеет. Вы никому зла не сделали. Никого не обидели. И она вас не обидит. — Эрик провел пальцем по кошелю на поясе.

Намек был понятен. И понят правильно.

Ройс вздохнул. Встал. Успокоил своих людей и отправился на собеседование.

Лэйр Ганц ждал наемника под деревом. Повел рукой, приглашая его присаживаться на плащ:

— Прошу вас. Поговорим?

— Поговорим. Хотя вы мне не оставили шансов.

— А вы так хотите поболтаться в петле? Вы на территории Ативерны, а я полномочный представитель его величества Эдоарда Восьмого. Я имею право казнить и миловать. И отчитываюсь только перед королем.

Ройс выдохнул:

— Что будет с моим отрядом?

— Эрик не сказал? Если вы расскажете всю правду, мы вас отпустим.

— Даже если меня наняли убить графиню?

— Вы опознаете заказчика?

— Да, я могу.

— Тогда сначала вы передадите его в руки правосудия, свидетельствуете на суде, а потом будете свободны. И даже награждены. Графиня добра и милостива. Мое слово. И ее слово.

Ройс кивнул. И медленно заговорил.

Дело было так и так проиграно. А значит — ему надо сберечь свой отряд. Любой ценой.

В конце концов, кто ему заказчик? Сват? Брат? Да пропади он пропадом!

Под ледяным взглядом Ганца Тримейна как-то остро вспоминалось о бренности человеческой жизни…

Лиля не ложилась…

Читала письмо барона Авермаля.

Уважаемый Торий Авермаль в самых изысканных выражениях сокрушался, что Хельке пришлось покинуть гостеприимный Альтвер (ну еще бы, жить-то хочется), и выражал надежду на дальнейшее сотрудничество. Разумеется, он всегда будет рад помочь графине в любых ее делах…

Еще бы… от кормушки-то отлипать неохота…

Лиля почесала кончик носа.

Ладно. Для зимы — сойдет. Надо поговорить с Тарисом, пусть наладит контакт с Авермалем. Зимой надо куда-то сбывать часть продукции — почему бы и не через него. А вот что делать весной?

В дверь кабинета постучали.

— Ваше сиятельство?

— Входите, Тарис… Вам тоже не спится?

— Признаться, нет. Ваше сиятельство, ваш отец говорил со мной…

— И?

— Ваше сиятельство, он может добиться для вас раздельного проживания с супругом. Если вы этого пожелаете…

— А если нет?

— Он понимает, что все письму не доверишь. Поэтому поручил мне узнать точно.

Лиля вздохнула. Ну да. Письмо можно прочесть. Поэтому там и не напишешь, что волновался, что мужу голову откручу… это все читалось в глазах Тариса. И ведь отец пойдет откручивать… а надо ли? Если что — она и сама справится. Не подставляя близких.

— Тарис, еще летом я первая сказала бы, что хочу освободиться… И сколько в этом было бы меня, а сколько моего горя — не знаю. Сейчас же… Ради Мири я должна попробовать еще раз наладить отношения с ее отцом. Меня беспокоит другое.

— Что же, ваше сиятельство?

— Мои люди. Они зависят от меня, а я — от графа… Вы понимаете?

Тарис понимал.

— Ваше сиятельство, а вот об этом можно поговорить с вашим отцом.

— И что он сделает? Они мне нужны здесь…

— Да, но, как представитель вашего отца, я имею полное право нанять их на службу. Ничего не изменится, но ваш супруг распоряжаться ими уже не сможет.

— Если уж он мной распоряжался…

— Джерисон Иртон далеко не дурак. И ругаться с вашим отцом не станет. — Тарис осторожно прощупывал почву. И внимательно наблюдал за женщиной.

Спокойной. Холодной.

Ни разу не влюбленной. Это он бы отличить смог.

Нет, Лилиан Иртон любила мужа только на словах. Внешне все было идеально. Но внутренне… сейчас она просто расслабилась. Вот и показалось истинное лицо из-под маски.

Или она просто решила ему довериться чуть больше?

Может, и так…

— Не самый плохой выход. Да, пожалуй, я согласна. Надо написать об этом отцу. И… на всякий случай пусть приготовит место для моих людей?

— Я напишу, ваше сиятельство.

— И дадите мне прочитать.

— Разумеется, ваше сиятельство…

О доверии говорить было рано. Хотя Тарис не расстроился. Придет время — будет и доверие.