Natural Intelligence

Эльзас вернулась под вечер, спустя всего 3 дня. На границе с Махновщиной ждал неприятный сюрприз в виде наёмников, подосланных скорее всего с запада. Все эти учения - не более чем цирк и попытка запугать Анкап, что любая агрессия будет пресечена. Когда Консул получила отчёт о наблюдениях, наблюдать за этим лично не было ни времени, ни желания. Единственная причина, почему Эльзас вообще отправилась разбираться лично заключалась в одном - Хитин. Хитин - город, расположенный довольно близко к границе с Махновщиной. Это второй по величине город после Фёкстанда, и на нём сосредоточены многие узлы промышленности, в том числе и военной.

Эльзас не боялась потерять Хитин, хотя его потеря нанесла бы сильнейший удар по экономике Анкапистана. Однако Махно не расценивалась, как серьёзный противник, даже при поддержке запада. При Хитине было 2 аэродрома, сам город расположен на равнине, поэтому, стратегических точек вокруг него не особо много. 70% авиации Анкпистана производится именно здесь, хотя заводы работают на «холостых оборотах». Страна не может себе позволить многое, поэтому в авиации до сих пор фигурируют бипланы с несколькими парами крыльев. Птички эти совсем устарели на фоне авиации других стран, но своего истинного военного потенциала Анкапистан не раскрывал, хотя многие догадывались.

Об инциденте с загадочной смертью агитатора при участии министра обороны Эльзас не доложили, поэтому, в приподнятом настроении, она собиралась посетить Лисьстаг, а потом уже отправиться на законные выходные. Рабочий день уже подошёл к концу, но «жители» Лисьстага покидали его только сейчас, чтобы отправиться по домам. Лучше делать это ночью, так и без того немногочисленный поток автомобилей стихнет, и можно быстро и безопасно добраться до дома.

Эльзас хотела просто забрать из своего кабинета пару бумаг, после чего отпустить Вайт домой, и самой уже наконец отправиться на заслуженный отдых. До кабинета, по коридорам с приглушённым светом, Консула проводили до кабинета и оставили наедине. Часового, который к слову раздражает всех своей тактичностью на месте не было. «Видимо ушёл домой» - подумала Эльзас, взявшись за ручку двери и зажав свою фуражку подмышкой, а то голова потеет целый день с ней ходить. Ручка к большому удивлению лисы не поддалась, дверь была закрыта. Эльзас в недоумении попробовала провернуть ручку ещё раз, но всё так же безрезультатно. Затем лиса робко постучала кулачком о массивную дубовую дверь, даже особо не надеясь, что несколько сантиметров плотного дерева пропустят звук. За дверью послышалась какая-то возня, но похоже открывать её никто не собирался. Лисица оставила попытки достучаться до того, кто внутри и недолго думая: достала из кармана кителя массивный запасной ключ. Лисица всегда носила его с собой, хотя кабинет свой сама почти никогда не запирала, именно поэтому лиса была так удивлена, что она закрыта. Скрип, щелчок, и ручка после двух оборотов ключа наконец поддалась. Обычно, Эльзас могла просто распахнуть любую дверь где угодно в Лисьстаге, и по сути, ей за это ничего не будет, но конкретно здесь, собственный закрытый кабинет ей показался странным. На ночь глядя лисица никого не уведомила заранее, что возвращается. Не захотелось всех беспокоить ради бесполезных формальностей. Но не предупредив Вайт заранее Эльзас и обнаружила такую странную находку, как собственный закрытый кабинет. Интересно... Она всегда его запирает, когда Консул в отъезде? Эльзас легонько надавила на дверь и заглянула в образовавшийся проём.

Нет, внутри не было ничего страшного или хотя бы странного. Тьму разрезал свет настольной лампы с бирюзовым абажуром, да и редкие уличные фонари и луна, которая пыталась пробиться в окна своим светом сквозь облака. Тьма была изуродована, но кажется, приобретала объём; её можно было потрогать, в ней тяжело было дышать, но тем не менее... всё портил свет, нарушающий права законной ночи.

Вайт сидела на месте Консула, и сама Консул подумала, что она спит, но потом уловила на себе ошарашенный взгляд. Девушка беспомощно хлопала глазами, смотря на мордочку Эльзас в проёме, её руки были опущены куда-то вниз, под стол. Кажется её застали врасплох. Эльзас вошла в кабинет, убрав руки за спину:

— Ну и что мы сидим? Не видишь, кто пришёл? — завела разговор вишенка.

— Я-я... В-в-виновата!.. Г-госпожа Консул... — очень испуганно протараторила робо-лисичка, но при этом - не встала, а с точки зрения субординации это было неправильно.

— Что случилось? — Эльзас, кажется, вошла в положение Вайт, не став её учить дисциплине. Она медленно стала подходить ближе, но в какой-то момент её остановили.

— Нет! — испуганно крикнула Робо-лиса, — Н-не н-н-надо... П-пожалуйста...

Эльзас сильно смутилась и даже немного напугалась от такого тона. На всякий случай, она всё таки остановилась перед столом, как её и попросили. Вайт же, не теряя времени зашевелила руками под столом, послышался звук, как будто натягивают одежду. Затем, лисица быстро встала и поспешила к выходу, прижимая к ногам край юбки и опустив голову с опущенными ушками. Как вдруг, сзади себя она услышала:

— Так! Ну ка стоять! Что это ты тут делала?

— Н-ничего, г-госпожа Консул!.. — Вайт старалась говорить по убедительней, но получалось как то не очень, — П-просто... Э-э-э... Извините... я пойду... Наверное. — до заветной двери остался буквально метр, но кажется, Эльзас решила так просто бедняжку не отпускать.

— Ну ка подойди. — этому приказному тону нельзя было не подчиняться, да и неподчинение верховному правителю могло закончиться весьма плачевно. Бедняжке пришлось пересилить себя, развернуться, и подойти поближе.

— Покажи мне свои руки... — уже более спокойно попросила Эльзас. Робо-лиса сначала молчала, но потом, очень неохотно вытянула свои ручки вперёд. На белых пластиковых пальцах правой руки отчётливо был виден жирный отблеск какой-то прозрачной жидкости, её выдавал свет лампы. Пока вишенка разглядывала руки, Вайт вжала голову в свой широкий ворот, из за чего было видно только испуганные глаза. Напряжение всё росло, но явно не для Эльзас, которая была тут хозяином положения.

— Это что? — поинтересовалась Эльзас, хотя на морде у неё было написано, что она уже всё поняла, просто хочет подтверждения. Ответа на этот вопрос так и не прозвучало.

Тогда, вишнёвая лисица взяла девушку за руку, именно за ту, что была покрыта жидкостью:

— Неужели, нельзя делать это дома? — она улыбнулась. Робо-лисичка быстро отвернулась, уж очень не хочется ей пересекаться взглядом с Эльзас. Вторая рука, что обвилась вокруг шеи Вайт, вернула её голову в изначальное положение. Эльзас приблизилась совсем вплотную, нарушив личное пространство, а затем... девушки и вовсе соприкоснулись губами.

Губы огнёвки можно было ощутить на вкус. Снова сравнение девушки с десертом. Она попыталась утянуть беленькую лисицу в засос, прижимая рукой за затылок, но та была против. Приложив все усилия, Вайт оторвала от себя вишнёвую лисицу, а потом и вовсе упала на пол, прибывая в шоке. Ползком, она попыталась добраться до двери, чтобы выскочить наконец из кабинета. Плевать, какие бы её ждали последствия, плевать что после этого с ней может случиться. Надо бежать, бежать прямо сейчас. К сожалению для Вайт, на край её кителя приземлился каблучок от сапога Эльзас:

— Ну постой. — довольно спокойно и ласково произнесла она, — Я ничего тебе не сделаю.

— Обещаете?.. — всё ещё испуганно, лёжа на полу произнесла Вайт.

— Клянусь. Встань. — Эльзас убрала ногу с кителя, давая наконец перепуганной бедняжке подняться, — Я всё понимаю, я тоже люблю баловаться. Но негоже делать это прямо на работе, милая. — Складывалось такое ощущение, что перед Вайт стояла совсем другая лисица. Такая добрая, ласковая. Что с ней случилось? Чего она от неё хочет? Её поведение сильно настораживает, ласковая манера пугает ещё сильнее, как будто хищник пытается усыпить бдительность своей жертвы, чтобы потом нанести удар. По крайней мере Вайт ничего не чувствовала, кроме желания свалить отсюда куда подальше. На её крики никто не отзовётся. Максимум сторожа Лисьстага могут придти, вежливо постучаться в дверь и спросить, всё ли в порядке, но их прогонит невозмутимый ответ Эльзас, сообщающий о полном порядке. Бежать тоже слишком страшно. Масло подливал в огонь тот факт, что Эльзас была вооружена. Мало ли, что у неё вообще на уме. Вдруг выхватит пистолет из кобуры и в одно мгновение угомонит своего канцлера? От этой плутовки можно было ждать чего угодно, оттого было так страшно. Вайт несмело поднялась, ноги её были подкошены в коленях, а голова опущена вниз. В миг подбородка коснулась мягкая лапка и подняла голову Вайт повыше, заставляя смотреть на Эльзас:

— П-простите! Я больше не буду! — у Вайт на глазках навернулись слёзы. Удивительно, но эта лисица могла даже плакать, вместо слёз из под век казались капли машинного масла, выделяемые специальными клапанами внутри головы. Внутренний мир робо-лисички был настоящим сокровищем для какого-нибудь инженера. Странно, что она вообще оказалась здесь, вместо того, чтобы быть разобранной на винтики ещё много лет назад. Выглядел плач Вайт странным, и даже пугающим, напоминало девушку, которая размазала тушь и плакала, смешивая остатки косметики и слезы, отчего на щёчках и под глазами оставались чёрные разводы, — Что вы со мной сделаете?..

— Я ничего тебе не сделаю, глупенькая. Я просто хочу, чтобы ты поняла - нельзя дрочить на рабочем месте. — кажется теперь Эльзас перешагнула через все рамки приличия, полностью втоптав устав в грязь.

Она взяла Вайт за руку снова и потащила к своему столу. Усадив девушку в кресло, она на пару секунд отлучилась, чтобы закрыть дверь на замок. Затем она вернулась и уселась напротив прямо на стол, закинув ногу на ногу. В такой позе стало отчётливее виднелась грудь, узкая талия и большие бёдра. Вайт же вжалась в спинку кресла, даже боясь подумать, что будет дальше:

— Почему ты так боишься? Разве я настолько страшная, что ты так норовишь слинять от меня? — огнёвка улыбнулась.

— Я... Просто мне страшно. Отпустите меня домой, пожалуйста... — Вайт умоляюще посмотрела на кремово-вишнёвую мордочку.

— Конечно я тебя отпущу, но тебе сейчас спешить некуда. Я отниму у тебя пару часов времени под свою ответственность. — Эльзас встала, подошла вплотную и низко склонилась над белой лисицей, снова нарушая личное пространство, потом она коленями забралась на кресло, прямо между ножек Вайт и снова стала целовать губы девушки, стараясь изо всех сил усыпить её внимание.

Надо сказать, что стало получаться. Вайт слегка прикрыла глаза и отдала свои губы на растерзание вишнёвой красотки, а потом и своё тело. Флюида поцелуев перетекла в засос, языки нашли друг друга и закружились в танце. Эльзас положила руки Вайт на плечи и стала нежно их мять, полностью подчинив себе белую милашку. Всё интенсивнее и интенсивнее, мыча от удовольствия, она прижалась сильнее к губам, не выпуская девушку из засоса. Вайт пересилила себя и робко обняла Эльзас за спину, но та была совсем не против, её выдавал хвост, который свисал вниз с кресла и качался, словно маятник. Вайт тоже стало тихо мычать, и это вызвало у огнёвки неописуемый восторг.

Медленно, но верно Эльзас добивалась своего, рука её упала на голову Вайтюши и стала медленно поглаживать её по густым фиолетовым волосам. Искусственные волосы мараются так медленно, поэтому даже сейчас оставались чистыми и ухоженными. Под приятные стоны девушки вишенка кайфовала, и кажется всё сильнее входила во вкус. Она так старалась увлечь Вайт за собой, полностью сломать её волю и подчинить себе; ласково гладит она по волосам и продолжает страстно сосаться, иногда причмокивая и не выпуская скользкий резиновый язычок из объятий собственного. Не хотелось Эльзас заставлять свою подчинённую делать это насильно, она хотела добровольного секса.

Когда снежинка стала подавать первые признаки недостатка воздуха, то от её губ всё таки отпрянула любвеобильная лисица и теперь чарующе смотрит. Зрачки от недостатка света стали такими большими, что теперь затягивали своей мглой, своей озорной ноткой, а на краях были красивые отблески света, который дарила девушкам наступившая ночь. Как чёрная дыра, с ярким горизонтом событий - вот на что это было похоже. Так она и сидит напротив канцлера, забравшись на кресло коленками, пока наконец не начала:

— Милая, давай поиграем? Я так захотела снова это ощутить, только теперь уже с тобой. Я открою тебе секрет, но я уже довольно долго хочу сделать это с тобой. — она улыбнулась, ласково произнеся эти слова, затем легонько провела ладонью по щёчке Вайт, от чего у последней пробежала лёгкая дрожь.

— Почему вы так говорите? Разве так можно? — Вайт уже была более спокойна, но старалась сохранять бдительность.

— Мне можно всё, Вайтюш. И-и... После того, как мы сделаем это, я тебе кое что расскажу. — она подмигнула. Вайт сглотнула и решилась.

— Раз так всё далеко зашло... У вас уже было? У меня это первый раз... — честно призналась лисичка.

— Первый раз - самый незабываемый. Я рада, что у тебя он будет именно со мной. А ты должна этим гордиться. А насчёт твоего вопроса... Да, но вот с такой обаятельной девочкой ещё нет.

— Спасибо. Мне очень приятно. Вы обычно сердитая, но тут вы прям... Другая какая-то. Это для меня так странно. Со мной же ничего не случится?..

— Всё будет хорошо. Я обещаю, тебе понравится.

Эльзас убрала руки с плеч Вайт, рассчитывая на её покорность. Та действительно получив свободу не рванулась прочь, лишь робко сложив руки на юбочке вокруг паха. Наверное убежать не давала Эльзас, которая сидела всё так же прямо напротив. Вишенка медленно взялась за свой китель и расстегнула первые несколько пуговиц, а потом то же самое проделала с рубашкой. Теперь из под неё виднелся красный лифчик из плотной ткани. Он заметно выделялся на фоне груди и шеи Эльзас, ведь они были кремово-белые. Вот бы макнуть в этот крем палец и облизнуть его, а потом почувствовать во рту сгущёнку, или крем, из которого делают мороженое, или может сливочный сыр, который так же используется для приготовления чего-нибудь сладкого. Вся Эльзас сейчас напоминала сладость. Её вишнёвая шерсть, словно из варенья, облитые как раз тем самым белым кремом, волосы из желейных конфет, но тоже из вишнёвых. Или может это были мармеладные червяки. А руки и ноги Эльзас облицованы вкусным молочным шоколадом...

Теперь, Эльзас уже не скрывает своего возбуждения и радости. Её хвост весело болтается в воздухе, извиваясь и выкручиваясь. Она наконец произнесла, подставив поближе к Вайт свою грудь в лифчике:

— Раздень меня. — робо-лисица лишь тяжело вздохнула, после чего аккуратно взялась за лифчик. Тут же, она почувствовала приятную бисквитную мягкость в своих руках. Грудь Эльзас была такая мягкая и тёплая, тепло чувствовалось даже сквозь ткань лифчика. Вишенка совершенно не сопротивляется и даёт трогать свою грудь, лишь иногда хихикая с сексуальной неопытности своего партнёра. Интересно, это и есть наказание? Ведь вишнёвая лиса никогда не позволяла себе проявлять такого даже близко, всегда тактичная, рассудительная, а теперь, она рискует репутацией не только себя, но и своего канцлера. Народ и так недоволен плачевным состоянием Анкапистана, а если они узнают про это... Тем не менее, девушка не думала сейчас о последствиях. Легонечко простонала она, когда Вайт слегка сжала в руке один шарик. А потом ,всё же добралась до заветной застёжки и расстегнула её. Лифчик провисел ещё пару секунд, а потом, Эльзас подвигав телом, просто сбросила его на пол. Теперь наконец то стало видно кремовую пушистую грудь во всей красе. В совокупности со строгим мундиром поверх, это выглядело ещё возбуждающе, но Эльзас явно не хотела ограничиваться только лишь лифчиком. Приятно гармонировали с шерстью на груди нежно-розовые соски, они были довольно твёрдые, это можно было заметить даже визуально. Грудь была сама по себе небольшая, но зато: аккуратная и милая и ухоженная, как будто шерсть на ней расчесали расчёской: небольшие кремовые завитки располагались на всей её площади. Кстати о завитках, волосы Эльзас почти всегда были распущены, они пышные и очень густые, доходящие до узкой талии. Заплетать, в одиночку, косы из такой пряди очень трудно, а просить кого-нибудь из служащих Эльзас не хотела. Она вообще никому не давала своё тело. У девушки не было цирюльников, гардеробщиков, стилистов и прочих. Всегда она сама следила за своим телом: сама стриглась, сама наводила макияж, сама красила когти, причём на всех лапках. Сейчас, её волосы тоже были распущены, пряди висели через плечи и качались груди. Всё потому, что девушка слегка наклонена вниз, над Вайт, а её волосы, свисая вниз, создают «буферную зону» между девушками.

Медленно, даже не получив приказа, Вайт взялась уже за обнажённую лисью грудь одной рукой, а потом сжала, и ещё, и ещё раз. Под приятные стоны главнокомандующей, она делала это всё чаще и чаще, а затем, подключила и вторую руку, заняв уже оба буфера. Вишенка, склонившись над ушком снежинки, приятно ласкает ушки своей гаммой звуков блаженства и одобрения, в перемешку с нотками смеха. Она давала показать так, что её приёмная дочь делает всё правильно. Нажимает на чувствительные места усердно, но нежно. Вайт же в это время максимально сосредоточилась, буквально доя Эльзас. Гладкие пластиковые пальцы приятно скользили по шерсти, от этого приятно было обоим: Эльзас от гладких пальцев, а Вайт- от мягкой грудки. В какой то момент последняя даже улыбнулась, жмякая грудь своей приёмной матери.

В какой-то момент Эльзас решила поднять эти заигрывания на новый уровень. Без одобрения девушки, она стала расстёгивать уже её китель, тоже намереваясь добраться до груди. Той лишь оставалось подчиниться, поэтому китель оказался расстёгнут, а за ним сдался без боя уже и чёрный кружевной лифчик, обнажив грудь Вайт. Облицована её грудка была резиной и силиконом - настоящий антистресс, ничем не уступающий груди Эльзас. Её не покрывала шерсть, однако эта экзотика не пугала похотливую вишенку. Из интересного хочется отметить, что обе груди были разного цвета, дублирующие цвет носика: одна была розовой, а вторая нежно-голубой. Настоящая экзотика, которая подойдёт не каждому, но Эльзас была очень довольна. В её планы входило не только оголить грудь Вайт, она собиралась раздеть её полностью, но делать это в таком положении слегка неудобно, поэтому девушка отступила обратно на стол, усевшись на него своей сочной задницей. Продолжая стягивать свой китель, и попутно стягивая сапоги с ножек она скомандовала:

— Раздевайся! — Вайт ничего не оставалось делать, как исполнить приказ. Она последовала примеру Эльзас, начав полностью снимать с верха одежду. Похоже девушка окончательно смирилась, что без этого не обойтись.

На пол упали китель, за ним рубашка, лифчик и юбочка. Теперь Вайтюша сидела на кресле с обнажённым верхом, стеснительно прикрывая грудь руками. Эльзас в это время тоже скинула с себя одежду. Живот... и похоже то, что было чуть пониже тоже имели белую шерсть. Вайт этого не знала, пока огнёвка не спустила штаны вместе с трусиками, того же цвета, что и лифчик. Лобок у неё был всё так же кремово-белый, и на нём красовалась причудливого вида татуировка. Представляла она из себя самый обычный красивый узор. Никакого смысла он не нёс, просто кучка красивых завитушек. Однако не татуировка так привлекла робо-лисичку, она смотрела на другое. Она наконец увидела женский половой орган. (за исключением собственного) Но она не могла поверить, что он будет принадлежать её начальнице. Аккуратная киска с выправленными половыми губами, с коротенькой шерстью давала понять, что хозяйка за ней тоже следит. Шерсть на самих половых губах переходила уже в пушок, который наверное мягче самой мягкой перины на свете! Они были в шерсти, но было видно, что киска гладкая, так и ждёт ласки пальцев, языка, или чего-нибудь ещё. Десерт на десерте. Края половых губ с внутренней стороны были уже розовенькие - просто идеальная киска, таких даже на картинах с соответствующем содержанием нет. Розоватые половые губки, остро выпирающий клитор, розовая полосочка самой щёлочки наконец-то разбудили у Вайт аппетит. Стало видно, как её хвост задёргался в порывах восторга и восхищения. Наверное ей не терпелось показать красоту своего внутреннего мира, но было ещё рано.

Образ киски Эльас дополняли её широкие бёдра, а так же узкая талия и впалый животик. С последнего складывается ощущение, что огнёвка совсем ничего не ест, ибо такая стройная фигура, данная ей исключительно от природы, но никто разумеется так не думал. Даже Вайт усомнилась, что такую красоту неземную можно получить без хирургических вмешательств, ибо её собственное тело было собрано, собрано кем-то, собрано по схемам и чертежам. Надо отдать ему должное, ведь были соблюдены все стандарты женской красоты. Вайт сочетала в себе все плюсы женского тела. Интимным зонам было уделено большее внимание, и пускай её тело было холодное, казалось безжизненным, местами твёрдым, ведь это всё таки углеродный пластик - всё равно её очень хотелось. Хотелось... во всех смыслах хотелось! Особенно огнёвке и особенно сейчас!

Эльзас полностью обнажила своё сексуальное тело и тотчас скомандовала:

— На колени!

— Может не надо?..

— Надо!

Делать нечего, придётся Вайт и вовсе стать посллушной куколкой, чтобы ничего плохого не случилась. Девушка сползла с кресла на пол, встав на колени:

— Лижи мне, шлюха! — скомандовала Эльзас, широко раздвинув ножки.

Может быть, Вайт не была готова к такому, или же у неё ещё сохранился здравый рассудок в отличие от этой поехавшей огнёвки. Лисица судорожно замотала головой, сообщая об отказе. Её морда в этот момент выглядела такой виноватой. Вайт смотрела вишенке в глаза, пыталась вызвать благосклонность, но похоже безрезультатно. Эльзас грубо взяла Вайт за волосы и прижала её прямо ртом к своей промежности. Сразу снежинка ощутила влажность на своих губах. Она громко запищала, но Эльзас продолжает держать за волосы:

— Вылизывай её, сука! Давай быстрее блять! — она зарычала.

— М-м-м!.. — у Вайт на глазах снова показались слёзы. Пересиливая себя и плач, она стало неуклюже лизать киску языком, слегка просовывая его внутрь. Всё это время, бедняжку держат за волосы и прижимают мордой, поэтому от боли она мычит. Эльзас со временем всё таки ослабила хватку, запрокинула назад голову и стала стонать от удовольствия. Облокотившись руками на стол, она кажется уже обо всём на свете забыла. Её стоны вырывались за дверь, через окна, её было слышно кажется отовсюду. Вайт уже слегка успокоилась, подняла уставшие влажные глаза наверх. Кажется вишенка совсем увлеклась, даже вниз не смотрит, а Вайт тут старается между прочим, работает язычком! Для чего? Чтобы на неё даже не смотрели? Так это оставлять нельзя...

Вайт резко встала и руками повалила Эльзас на стол, та вообще такого не ожидала, поэтому стоны в момент оборвались, а лисица спустя секунду вскрикнула от неожиданности. Приложившись затылком к столу она уронила всё, что на нём стояло: бумаги, канцелярию, даже лампа пошатнулась и чуть было не улетела вниз. Вайт, не теряя не секунды, забралась одним коленом на стол, для удобства. Положив руку Эльзас на грудь и прижав её к столу, она другой рукой просунула два пальца прямо внутрь вагины, стала водить ими туда-сюда, обволакивая пластиковые пальчики той самой прозрачной жидкостью. Эльзас хотела закричать, но ей тут же заткнули рот рукой, переставив её с груди. У Вайтюши был довольно серьёзный вид, от чёрных слёз на щёчках оставались разводы и выглядело это зловеще. Вот так лисицы резко поменялись местами. Эльзас уже хотела Вайт укусить за руку, но потом от ласки пальчиками она быстро расслабилась. Возмущение самой вишенки перешло в подчинение. Руками она убрала руку Вайт со своего ротика и разразилась ещё более сладкими стонами, смотря с оскалившейся улыбкой на снежинку. Задрав вверх ножки, она принялась принимать ласку любимой:

— А ты... О-о-ох... Молодец... Умница!.. Продолжай!.. — вишенка быстро простила дерзкое поведение со стороны канцлера и позволила наконец поиграться с собой.

Вайт освободившейся рукой протёрла разводы, вернув своей милой мордашке красоту и нежность. Она полностью забралась с ногами на стол и уселась сбоку от Эльзас, не переставая дрочить ей пальчиками. Киска протекла на ляжки, запачкала стол, но кажется обоим было уже всё равно, они слишком увлеклись друг другом. Пластиковые пальчики Вайт были гладкие, так идеально проходили внутрь. На них не было когтей, поэтому они скользили внутри вишенки, словно раскалённый нож в масле. Эльзас лёжа на столе, превозмогая приближающийся оргазм, подозвала Вайт к себе пальчиком. На её мордочке были нарисованы лишь кайф и наслаждение, никакой злобы или жажды мести за такой неожиданный поворот в сексе - это снежинку успокоила. Стараясь сохранять пальцы в том же положении, она приблизилась мордочкой к мордочке огнёвки и услышала те слова, что буквально растопили её:

— Я люблю тебя. — обронила Эльзас и обняв Вайтюшу руками за затылок утянула её в сладкий засос. Огнёвка повернулась бочком, закинув одну ножку на ножку своей любимой. В порыве такой страсти обе уже позабыли про всё на свете. Обе думали лишь друг о друге. Их груди прижимались друг к другу; пока Эльзас обнимала Вайт ручками за затылок, та ей продолжала дрочить киску, загоняя пальцы глубоко, насколько могла, а большим пальчиком, во время поступательно-вынимательных движениях, касалась клитора.

Это оказалось пределом для огнёвки. Прижавшись губами к губам любимой она громко, очень громко замычала от наступившего оргазма. Стон нереального блаженства проглотил засос, он отразился лишь глухим отголоском, который вылетел сквозь губы лисиц. Вайт перестала двигать пальчиками, а Эльзас стала кончать, обрызгав и себя, и свою партнёршу. Всё это время она дрожала и мычала, а на кончиках глаз даже показались маленькие капельки.

Но всё в момент закончилось. Эльзас прекратила сквиртить, соответственно и стонать. И они просто лежали. Просто лежали на столе вдвоём, уставшие и довольные.

Что всё это было? Будет ли это продолжаться? Может Эльзас сошла с ума после поездки в Хитин, и сейчас её целесообразнее застрелить? Вайт однако уже так не думала. Сейчас она просто лежала в обнимку с Эльзас, ни о чём не думая, кроме неё и её тела. Мутный осадок за её поступок ещё оставался в подсознании, но быстро утекал, как песок сквозь пальцы, ибо приятные постанывания вишенки не предвещали уже ничего дурного. Дверь кабинета была надёжно заперта, а значит лисицам опасаться нечего. Да и кто в здравом уме сунется в кабинет к Консулу, да ещё, когда на приёме у неё канцлер.

Вишенка была практически голая. Она потянулась тоненькими ручками и ножками, чмокнув Вайтюшу в щёчку. Та лишь тихонько мурлыкнула что-то себе под нос. В отличии от вишенки, снежинка ещё не полностью оголила. Однако её тело, отдающее блеском чистейшего снега, её грудка разных цветов, а так же кружевные чёрные трусики были хорошо видны. Даже белые оттенки у лисиц разнились. Если белый мех Эльзас представлял собой смесь ванильного мороженого с добавлением лимонной кислоты, (или жёлтого красителя) то Вайтюша была вылитой снежинкой. Белый чистый снег, и только её грудь и носик были настолько необычного цвета, неестественного для живых существ. Хотя Вайт не являлась живым существом. Или всё таки являлась?..

После телесных утех завязался разговор:

— Поехали ко мне домой, милая. — Вайт изумилась от предложения. Дома у Эльзас она не была ни разу.

— Сейчас?..

— Ну конечно сейчас, глупенькая! Я забираю твоё время под свою ответственность. Ты же помнишь?

— Да, помню, госпожа Консул.

— Зови меня сейчас Просто Эльзас. — девушка улыбнулась, в очередной раз поцеловав щёчку.

— Простите. Я не могу. Может в другой раз?.. Пожалуйста. — неизвестно, что сейчас оттолкнуло Вайт посетить жилище огнёвки. Может она до сих пор чего то боялась.

— Ну хорошо. Сходишь в гости ко мне в другой раз. Но пока мы вдвоём - я не пущу тебя никуда до утра.

Эльзас поднялась со стола, а потом спустилась на пол, уже сама встав на колени. Её волосы были распущены и так красиво лежали на плечах, закрывали глаза. Она поправила их одной рукой, а потом произнесла:

— Я покажу тебе, что тебе надо было сделать. — облизнувшись, Эльзас обвилась вокруг ножек Вайт и развернула её к себе. Раздвинув ножки, она упёрлась носом в пах, в кружевные трусики, — Это нам не пригодится. — взявшись за резинку, девушка легко их спустила, да и Вайт была не против.

У неё наконец открылась щёлка. Такая аккуратная, как будто девственная. Она была мокрая, половые губы, состоящие из резины белого цвета покрывала та самая прозрачная жидкость. Но Эльзас убедилась в этом, протяжно проведя слюнявым языком вдоль щели по всей её длине, пробуя ту самую прозрачную жидкость на вкус. Снежинка не смогла сдержаться и выпустила стон, полный блаженства. И... Кажется промокла ещё сильнее. Ну а огнёвка погрузилась в куни.

Она сидела и стонала. Ей было так приятно ощущать в себе шаловливый, длинный, мокрый и тёплый язык. А другой было приятно пачкать морду, засовывая язык всё глубже и глубже. Вайт действительно мокла. Жидкость, что чувствовала Эльзас языком и губами была чуть солёной, но по большому счёту почти не отличалась на вкус от воды. Теперь скрывать её не надо было, совсем. Всё зашло до того, что Эльзас, прикрыв глаза полностью пастью обхватила пах партнёрши, а та сцепила ножки вокруг шеи огнёвки, которая сидела на полу на коленях своих. Вайт так громко стонала, что приходилось невольно пригибать ушки, чтобы крик не резал слух. Замечание никак не сделать, прерывать процесс никак не хочется, выпускать вкусное влагалище тем более, поэтому Эльзас приходилось лишь продолжать ласкать и слюнявить любимую языком. Вперёд-назад, вперёд-назад - Эльзас так усердно двигает языком внутри, изображая член, она так же попутно сглатывает влагу, но её излишек всё же капает на пол прямо из пасти огнёвки. Она, захлёбываясь тёплой влагой и блаженными мыслями ласкала себя пальцами, но не могла уже добиться такого эффекта, до которого её довела Вайт.

Вскоре, белая лисица сама достигла оргазма. Она так громко вскрикнула, что её звонкий голосок отчётливо разошёлся по стенам Лисьстага. Её тело задрожало, а киска излила прямо в рот вишенке много вкусной жидкости, которую та стала жадно сглатывать, проливая излишки на пол. Она закрыла глаза и просто приняла всё в свою пасть, словно какая-то грязная шлюха, стоя при этом на коленях. Может теории про охранников не такие фантастические? Она постаралась всё проглотить, потом облизнулась:

— Тебе понравилось? — выжидающе поинтересовалась Эльзас у своей партнёрши. От переполнявших её чувств, в сопровождении оргазма не давали выговорить ни слова. Стоны сменились тяжёлым дыханием, а тело покинула судорога.

Так и не дождавшись ответа, Эльзас просто спустила Вайт к себе на пол, разлёгшись на мягком ковре на полу. Прижав девушку к своей груди, она ласково пропела Вайт на ушко:

— Этого никогда не было, но я бы хотела повторить как-нибудь. — Эльзас уткнулась носиком в ухо.

— Хорошо, Эльзас. Мне тоже очень понравилось. — прошептала тихо Вайтюша, а уже через минутку- засопела. В месте с ней, в объятиях на полу, уснула и обнажённая вишенка.