Эй, Обломова!

Возле кабинета директора я простояла минуты две, не решаясь войти и собираясь с мыслями. Было стыдно. Как объяснить свое опоздание? Перепалкой с недостудентом в мужском туалете? Так я лишь усугублю ситуацию и подпорчу свою же репутацию прилежной студентки, фото которой висит в холле прямо перед входной дверью.

По ту сторону отчетливо был слышен громкий голос Михаила Ивановича, разъясняющий другому человеку устав колледжа и что-то о работе преподавателя. Я навострила уши. Другой голос был мне смутно знаком и я не могла пока понять, где я его слышала. Он отвечал коротко, особо не разглагольствуя в ответ.

Продолжать подслушивать я посчитала крайне глупым и, тихонько постучав, нерешительно шагнула во внутрь.

Сказать, что директор удивился моему появлению в своем кабинете прямо посреди пары — это ничего не сказать. Его лицо вытянулось и он уставился на меня, хлопнув ртом, как рыбка. Я неловко приподняла уголки своих губ, потоптавшись на месте, пока мое внимание не привлёк короткий смешок, исходящий где-то со стороны.

На кожаном диване, удобно развалившись, сидел мой новый знакомый. В глазах парня плясали смешинки, но сам он молчал, пока я смотрела на него испепеляющим взглядом. Все-таки я была права насчет него, и он действительно не очень-то прилежный студент, раз околачивается в кабинете директора, как у себя дома.

Хмыкнув своей, как я посчитала, удачной догадке я поспешила отвернуться от него, показывая всем видом свое безразличие к таким людям.

- Эмилия? У тебя проблемы? - спросил наконец Михаил Иванович. - Почему ты здесь?

Я подошла ближе к столу мужчины, игнорируя провожающий меня взгляд темноволосого парня. Пусть смотрит. Он мне не ровня, мы с разных миров, которые пересеклись всего лишь на несколько минут на одном общем перекрёстке.

Мама всегда говорила мне избегать таких парней, мол, они чистой воды бездари и будущего у таких людей нет. Их максимум - это грязная физическая работа за копейку, а я со своим умом и целомудренностью заслуживаю почтительного молодого человека с большими перспективами в жизни.

Поджав губы, я коротко ответила:

- Опоздала.

Лицо директора вытянулось во второй раз.

- Ты? Опоздала? - переспросил он, будто не расслышал в первый раз.

Со стороны дивана вновь послышался смешок, ловко перекрытый актерским громким покашливанием. Я предостерегающе стрельнула глазами в парня, которого вся ситуация откровенно забавляла.

- Меньше, чем на минуту, - пискнула я.

Директор уселся в свое громоздкое кресло с тяжелым вздохом, а я почувствовала, как скрутило внутренности от переживания. Угораздило же меня на последнем курсе, за все время учёбы так отметиться! Надеюсь, хоть до родителей эта информация не дойдёт, а то они устроят мне вырванные годы и, наверняка, придумают очередное глупое наказание за мою неудачную выходку.

- Олег Константинович доставляет слишком много лишних хлопот, - покачал головой директор и устало потёр переносицу, сбросив очки с глаз в сторону. - Ты уже восьмая за сегодняшнее утро.

Я вопросительно выгнула бровь, не услышав в свою сторону таких ожидаемых удручающих слов о том, как же я, без пяти минут студентка с красным дипломом, могла позволить себе опоздать на пару.

- Я, конечно, понимаю, что дисциплина в колледже должна быть, но одно дело, когда студент изрядно опаздывает, не сообщив причину, или если это заядлый прогульщик, - объяснял поседевший мужчина. - Но совершенно другое, когда он гоняет ко мне в кабинет адекватных студентов, опоздавших на каких-то тридцать секунд.

По всей видимости, наш англичанин надоел не только студентам, но и самому директору. Конечно, опаздывать на пары нехорошо, но мы уже не в школе и многие студенты подрабатывают, чтобы иметь лишнюю копейку в кармане, поэтому я считаю, что несчастных две минуты опоздания можно простить.

Чего не скажешь о моей причине задержки, которая сидит напротив на маленьком диванчике и дабы хоть как-то прикрыть улыбку, закусывает губу.

- У тебя, наверняка, есть веская причина, по которой ты опоздала. Правда, Эмилия? - директор уставился на меня, ожидая подтверждения своих слов. Казалось, оно не особо ему нужно, так как это первое мое опоздание и он убеждён в том, что не просто так.

А мне вновь стало стыдно, потому как моя причина, мягко говоря, так себе по весомости.

- Уборщица закрыла женский туалет на генеральную уборку, и некоторые студентки должны были терпеть неудобства, посещая мужской, - неожиданно подал голос парень. Мы с директором уставились на него во все четыре глаза, обернувшись.

Михаил Иванович явно находился в замешательстве, ничего не понимая, и обратился ко мне, с застывшим вопросом в глазах:

- Эмилия..?

А что я? Я, так же как и он, ничего не понимаю и стою хлопаю глазами, как дурочка.

- Да.., - неуверенно протянула я, и после до меня начало доходить, что мне дали возможность выкрутиться. - Он прав. Я запачкалась и зашла в мужской туалет. А там очередь из-за того, что женский заперт.

Ладно, последнее я приукрасила, но ведь ложь во спасение может быть оправданной?

- Да, Семёновна в своём репертуаре, - растянул директор, откидываясь на спинку стула. - Ладно, Руслан, с завтрашнего дня можешь приступать к работе. Учебный план и расписание у тебя есть, - это было обращено к парню, имя которого я теперь знаю.

Я неосознанно сдвинула брови. Расписание? Учебный план? Что за чёрт? Глупая цепочка выстраивалась в моей голове, но никак в ней не укладывалась.

- Кстати, познакомься, это Эмилия. Одна из лучших студенток нашего учреждения, - представил меня Михаил Иванович, махнув учтиво рукой в мою сторону.

Я увидела, как расплылись губы Руслана в ухмылке, явно сопоставляя полученные факты в голове. Лучшая студентка, оттирающая запачканные чем-то белым брюки в мужском туалете.

Моя реакция, наверно, была бы такая же.

- Эмилия, это наш новый преподаватель экономики — Руслан Викторович, - представили оторопевшей мне моего нового знакомого.

Моё сознание явно не хотело воспринимать факт того, что человек, сидевший на диване, небрежно закинув ногу на ногу — преподаватель. Он элементарно чисто внешне не похож на человека, который чему-то может научить.

- П-преподаватель? - недоверчиво протянула я, покосившись на молодого человека.

- А вы сомневаетесь в моих знаниях или педагогических способностях? - вступил в разговор тот самый Руслан Викторович. Он с вызовом смотрел на меня, явно задетый моими сомнениями на его счёт.

Я прикусила язык, вовремя понимая, что вступать в перепалку с новым учителем, едва с ним познакомившись, затея не из разумных. Кроме того, мне всегда твердили, что сдержанность - это то, чем должна владеть любая вежливая и прилежная девушка. Пока моё воспитание играло мне на руку.

- Нет, что Вы. Ни в коем случае, - поспешила заверить его я. - Просто необычно видеть такого молодого учителя.

О неуместности татуировки и цепей на штанах я решила умолчать. Если директор не сделал никаких замечаний по этому поводу, значит меня волновать тоже не должно.

Парень в ответ выгнул иронично бровь, раскусывая мою актёрскую игру.

- Я подумал, что это неплохая идея, - вклинился директор. - Студенты и преподаватель будут на одной волне, здорово ведь? - кажется, Михаил Иванович и сам пока имел сомнения насчёт "одной волны", но упорно верил, что из этого что-то получится.

Преподаватель, каким вижу его я, должен быть старше лет так на десять, иметь огромный багаж знаний и уметь доносить его мелкими частями до студентов. Выглядеть более сдержанно и не так выделяющимся из толпы, и, в конце-концов, не задавать вопросов об ощущениях при занятии сексом в студенческом туалете.

Когда мир успел перевернуться с ног на голову?

- Неплохая, - эхом повторила я.

Что-то мне подсказывает, что было бы гораздо лучше, если бы на замену поставили какую-нибудь престарелую бабушку, не важно кого, но только не этого нагловатого Руслана Викторовича.

Обратно я вернулась где-то посередине пары, когда Олег Константинович разрисовывал на доске транскрипцию к неизвестным словам. В ответ на моё появление он лишь нахмурился и недовольно поджал губы, но ничего не сказал. Я же в свою очередь виновато втянула плечи и быстро проскочила в аудиторию.

Яковлев, увидев меня, тут же похлопал по месту рядом с собой. Обычно, с ним никто рядом не садится, если на паре нет самостоятельной работы или семинара. Кроме меня.

Друзьями я назвать нас не могу. Мы просто два студента, которые имеют общий интерес - учёба. Мы не созваниваемся после пар, не встречаемся и не разговариваем ни о чем другом, кроме пар. Мы помогаем друг другу, если вдруг кто-то что не понял во время лекции, лабораторные иногда делаем вместе, но Семён слишком закрыт для иных разговоров. Впрочем, как и я.

- Ну что там, как? - шепотом спросил парень, не успев я даже разложиться.

Я пожала плечами.

- Нормально, - ответила я, открывая параллельно тетрадь и начиная делать заметки. С английским у меня небольшие проблемы, которые нужно немедленно устранить. Этим я и планировала заняться в ближайшее время.

- Что сказал директор? - продолжал любопытствоваться Семён.

- Ничего не сказал, Сёма, все хорошо, - я начинала порядком злиться.

- Ну и ладно, - обидчиво буркнул парень и отвернулся.

До конца пары у меня еще несколько человек спросили о моих ощущениях после визита к директору. Тоже мне, новость дня! Стоило мне опоздать на пару, как все тут же обратили внимание на мою персону. Что же, буду знать, как в следующий раз привлекать к себе внимание, чтобы обо мне вспоминали не только, когда у нас сессия или семинары.

- Ты видела расписание на завтра? - спросил Яковлев, недолго на меня обижаясь.

Я отрицательно махнула головой.

- У нас завтра экономика, - сказал он. - Как думаешь, нужно готовиться к паре? Домашнего, по сути, не было...

Я сидела, как воды в рот набрала. Не ожидала, что так быстро поставят в расписание экономику, и уж тем более не думала, что так быстро найдут подходящую замену. Но факт остается фактом, и завтра будет первая пара с новым преподавателем. От чего-то телом поползло волнение. Наверно, от того, что я назвала его придурком, не зная, кто он есть на самом деле. Будет ли это отражаться на моих оценках? Что если Руслан Викторович теперь будет относиться ко мне излишне строго?

Всё покажет завтрашний день.

- Думаю, нет, - коротко ответила я.

- А ещё интересно, кто у нас новый преподаватель. Надеюсь, кто-то помоложе..., - продолжал парень.

Яковлев сегодня излишне разговорчив, что начинало порядком раздражать. Не люблю, когда меня отвлекают от учёбы пустой болтовней.

- Вот и увидишь завтра, - огрызнулась я. - Записывай, - я ткнула на доску, исписанную белым мелом.

Парень хмыкнул, искоса глядя на меня.

- Злая ты сегодня, - и уткнулся взглядом в тетрадь.

Я покачала головой, тяжело вздохнув. Сегодня просто не мой день. Очередной не мой день.

Сегодняшний день явно отличается от других серых будней. Впервые попала к директору из-за опоздания, нагрубила новому учителю, хоть и неосознанно, еще и забыла о просьбе мамы после занятий зайти в магазин за хлебом.

- Ладно, будем сегодня без хлеба, - заявила она, встретив меня на пороге. - Раздевайся и мой руки, я уже всё приготовила.

Мои родители - простые люди, но очень строгие в плане учёбы и дисциплины. Так что дом для меня своего рода второй колледж, где так же следят за твоей посещаемостью, знаниями, как ты одеваешься и ведёшь себя.

Мои интересы на втором плане. Никто не спрашивал, хочу ли я поступать на экономический, ходить в музыкальную школу, кем я себя вижу и кем хотела бы быть. Родители упорно строили из меня того человека, которого им нужно было. А мне ничего не оставалось делать, как подчиняться и быть безвольной куклой. Родители... они ведь всегда знают, как лучше?

- Как учёба? - спросил папа, присаживаясь с нами за стол.

Каждый день один и тот же вопрос, с которого начинается наш разговор. Не с того "Дочка, как прошел твой день" или "Эмилия, как ты себя чувствуешь?". Их в первую очередь интересует моя успеваемость.

- Отлично, - ответила я, опустив голову и ковыряя вилкой плов.

- Как английский? У тебя с ним проблемы. Может, стоит больше заниматься? - продолжал папа. - Этот предмет важен не менее, чем экономика, Эмилия, - добавил строго он.

Мысленно я в очередной раз закатила глаза. Какой по счёту раз я слышу эту фразу за последний месяц? Десятый? Двадцатый? Как объяснить людям, что я не робот, а живой человек. Я так же устаю, имею свою точку зрения. У меня, как и у других ребят, есть предметы, дающиеся легче остальных и наоборот.

- Не надо, я справлюсь сама, - сказала я, поднимаясь с места. Семейные трапезы в последнее время стали невыносимыми. - Спасибо, мам, все очень вкусно.

- Но ты ведь толком не поела..., - растеряно протянула мама, глядя на мою почти чистую тарелку.

- Я плотно пообедала! - воскликнула я, будучи уже возле двери своей комнаты - единственного места, где меня никто не донимает глупыми вопросами и советами.

Сколько ещё мне предстоит выслушать нареканий со стороны родителей по поводу учёбы? Когда я уже начну жить самостоятельно и думать своей головой? Когда у меня наконец появится право выбора?

Ответов на все эти вопросы не было, и всё, что мне оставалось сделать, открыть учебник по английскому и переписывать молча текст, стараясь исправить свою "четвёрку" на твердую "пять". Как меня и просили. Что от меня требуется в обязательном порядке.