Ненавижу эту сделку

Легкий взмах кисточки туши, чтобы прибавить объем. Приблизилась к зеркалу, рассматривая свой образ на сегодня. Яркие румяна, которые создавали эффект наливных яблочек на щеках из-за перебора с алкоголем. Глаза с черным смоки, но основное – линзы янтарного цвета, что заставляли мои глаза сверкать словно золото под яркими лампами, которые светили на лицо со стола.

Легкий блеск без цвета для сияния, коррекция носа, чтобы сделать его визуально больше, да, именно больше, дабы изменить черты лица, а также коррекция скул. Новый человек сидел предо мной, и я невольно улыбнулась, всматриваясь в свое творение.

Длинные волосы каштанового цвета спадали с плеч мягкими кудрями, я чуть потянулась к ним и подкинула пару раз наверх, делая больший объем для прически парика. Снова улыбнулась в зеркало, выбирая как стоит сегодня преподнести себя. Буквально подбираю улыбку, то показывая все тридцать два зуба, то скромно приподнимая лишь уголки. Кто я сегодня?

Поднялась со стула, поправляя чулки, и подошла к окну, откуда открывался прекрасный вид на город. Нет, я не живу в пентхаусе. Просто на двадцатом этаже с видом на улицы города. Не лучший район, а скорее даже – один из худших районов города, где обычно между домами в темноте ночи происходят кражи с ножами-бабочками, а девушки предпочитают ходить тут после заката лишь с сопровождением, ибо может быть всякое. А в идеале – и вовсе не ходить тут по ночам, потому что никогда не знаешь кто или что тебя может ждать за углом.

Но я всегда была исключением. Несмотря на весь мой образ легкодоступной девушки, которую спокойно можно изнасиловать за мусорными баками или ограбить, снимая лишь на вид дорогие украшения, сделать все это было очень сложно. И нет, я не имела черного пояса по карате, но имела в сумочке пистолет – не настоящий, но работал всегда безотказно.

Да и к тому же - всегда лишь страх являлся проблемой и преградой для защиты себя в экстренных ситуациях, когда встречаешь в переулке какого-то парня, что возомнил себя крутым и выживает за счет страха других, хотя и сам всегда дрожал, держа руку на ноже, надеясь никогда его не применить по-настоящему. А потому видя, что человек может дать отпор и совсем не испытывает страха – бежит, сверкая пятками. И часто даже пистолет не нужен для запугивания. Другое дело – настоящие маньяки, психи, которые не боятся ничего. Они питаются страхом на завтрак обед и ужин. И тут не поможет муляж, если только настоящая пушка – и то, если успеешь ее достать и выстрелить.

Почему я думала о преступлениях, глядя на ночной Нью-Йорк? Потому что только сегодня утром по новостям передавали, что маньяк, прозванный «крошителем», до сих пор не был пойман полицией, а буквально пару дней назад была найдена еще одна жертва с примечательными уликами, которые указывали прямо на маньяка – он просто любит ловить девушек, тащить в свое логово, а потом молотком измельчать им кости, пока те кричали в агонии, а после умирали от потери крови. Жутко, даже дрожь по коже прошлась, отчего я обняла себя, чуть сжимая пальцы на своих плечах.

Мне не страшно было за себя, скорее – за его новых жертв, пока полиция не удосужится поработать нормально, чтобы поймать этого урода. Но это не мое дело, и никогда моим не было, ведь путь в полицию мне был заказан, да и я, кажется, переболела идеей попасть туда. У меня уже была работа, в которой я хороша, а большего мне пока и не нужно.

Разворачиваясь, направилась к шкафу, чтобы подобрать платье, ведь на часах уже было почти десять, а значит мне скоро нужно будет ехать в клуб. Распахнула дверцы, откуда на меня смотрели разнообразные платья, к которым если прибавить парочку – шкаф попросту развалится от такой нагрузки, а полка, что держала все вешалки – чудом выживала, удерживая такой груз.

Я снова улыбнулась, но потом быстро закусила губу, начиная просматривать варианты. Зеленое платье из обтягивающего материала – слишком дешево для этого клуба. Серебристое платье со стразами – слишком дорого. Красное, черное, изумрудное, фиолетовое… быстро перебирала вешалки, раздвигая пространство, чтобы оценить свои наряды, но никак не могла зацепить свой взгляд за что-то.

Черт. Замерла на мгновенье перед тем, как сдаться, чтобы надеть любимое платье, но вдруг в голове вспыхивают образы – роковая брюнетка, явно не отсюда, возможно, из Франции, прилетела сюда ради отдыха, а потому и наряд надо советующий. Снова быстро перебрала наряды, чтобы найти то самое, что представляла в голове, и вот – бинго. Достала с вешалки платье из черного бархата – очень короткое и обтягивающее, верх подобен корсету, подчёркивая грудь, а рукава опущены и торчат фонариками, заканчиваясь на кисти. Быстро натянула его, а потом вновь подошла к зеркалу, чтобы покрутиться перед ним. Последние штрихи – пробор с прямого на косой, и двинула волосы все на одну сторону, открывая полностью плечо, а в заключение – надела красивый блестящей чокер из крупных страз, что будут удачно сверкать под софитами. Немного пудры, и я готова.

А теперь главное… взяла серебристый клатч среднего размера, в который аккуратно положила маленькую баночку с порошком. Это убойная смесь снотворного с легким наркотиком, который при самой простой проверке сразу дает о себе знать. Для подстраховки. А также взяла вторую баночку, но уже просто с психоделиком, который давал туманный разум человеку, а еще делал его очень податливым. И тут назревает вопрос – а зачем это девушке в клубе? Все просто, ведь я – воровка, аферистка, мошенница – называть можно, как угодно. Но факт остается фактом, потому как сейчас я собиралась на дело, и весь мой образ, который я создавала с помощью парика, линз и определенного макияжа – лишь маскировка, которая помогала мне оставаться на свободе, чтобы продолжать спокойно жить и воровать совершенно безнаказанно.

Поправила платье, опуская его чуть вниз, а также взяла со стула пальто, потому как погода нынче не радовала – дожди, слякоть. Не сказала бы, что это типично для моего города, но порой такое бывают, что создает для меня проблему. Трудно добираться до работы, особенно на высоких каблуках. Подхватив телефон, на котором быстро заказала такси через приложение, ключи и деньги, которые мелкими купюрами засунула в сумку, чтобы было на что доехать туда, а после обратно, и также на напиток, который я буду очень медленно попивать, заигрывая с трубочкой, создавая образ прекрасной и скучающей девушки.

Вроде, не забыла ничего важного. Сегодня будет простая вылазка: найти, заворожить, подсыпать, а потом снять часы, запонки, опустошить кошелек. И такого навара обычно хватает на довольно приличный срок, если не тратиться на вещи и образы. Просто скоро нужно платить за квартиру молчаливому владельцу, а мои средства заканчивались. Через какое-то время нужно будет выйти на охоту на крупную добычу, но пока обойдемся малым, ведь, честно говоря, мне просто было скучно сидеть дома почти уже пару недель, выходя лишь в магазин, а в остальное время читая книжки, чтобы как-то занять время. И поэтому решила поиграть в… жизнь.

Закрыв на замок дверь, я поспешила к лифту. Удачен выбор этого дома был еще тем, что он мало заселён, а значит - вопросов не будет, почему я каждый раз в разных париках ухожу не ясно куда. Меньше вопросов – спокойнее жизнь. Но иногда, конечно, мне приходилось встречаться с молодыми и пьяными людьми, которые снимали тут квартиру на одну ночь, ведь, по сути, это и был главный доход владельцев квартир – сдавать всем подряд за небольшую сумму денег.

Потому что жить тут не хотели. В свое время построили пару высоток, хотели облагородить район, чтобы привлечь сюда молодых людей для обустройства местности, но, по итогу, на многое забили. Выгодным проект не стал, а значит и продолжать строить не было смысла – так в округе появилось два здания, которые так и остались пустовать.

В скором времени их снесут, хотя не мне рассуждать на такие темы. Мне в принципе не была интересна политика города, его обустройство. Я не волонтёр, я не активистка – лишь простой и скромный житель, что выживала в этом мире, как и многие другие люди.

Кони-Айленд - никаких вечерних прогулок. Можно на плакатах печатать как предупреждение. Но для меня это было идеальное место. Никто никому тут не был нужен, квартира в разваливающейся высотке недорогая, но довольно удобная, а это единственное, что интересовало меня.

Зашла в лифт, где все стены разрисованы граффити и костяшкой пальца нажала на кнопку панели. После пары странных звуков – он тронулся. Оказавшись тут впервые, я подумала, что он просто сейчас рухнет, прихватив меня с собой, превращая в лепешку по приземлению. Но нет – жива и прекрасно себя чувствую. Это была просто его особенность… Как говорят же некоторые, что у вещей есть свой характер. Так вот у лифта характер умирающего старика. Никогда не знаешь, когда он умрет по-настоящему. Быстро выйдя из него, когда двери открылись на первом этаже, я двинулась к выходу.

Телефон в сумке завибрировал, оповещая меня о прибытие машины. Отлично. Открыла сумочку и быстро выключаю звук, и направилась на выход. Залезла в машину - молча, потому как адрес уже был указан, и просто смотрела в окно, наблюдая за дорогой. Я не любитель поболтать в поездке, и в этот раз мне повезло – водитель был молчалив, отчего я смогла расслабиться по дороге в клуб, обдумывая стратегию и свое поведение в данном заведении.

Дорогой клуб, где любят тусоваться богатые парни с хорошей наличкой, потому как там очень просто снять девушку на один вечер. В принципе, многие клубы можно описать таким образом, и этот не выделялся из толпы – нет предыстории, нет какого-то яркого плана, который я вынашивала годами. Все очень приземленно и просто – погуглить клубы, выбрать, где я либо еще не была, либо была меньше трех раз и все – место для работы выбрано. В ВИП-зоне всегда кто-то да обитает, желая потратить свои деньги. Такие люди есть, были и будут, так что в какой-то степени моя работа – вечная.

Главное - быть осторожной и не выбирать жертв по второму кругу. Это просто мое табу. Хотя я и могла утверждать почти на сто процентов, что они не запоминали меня. Они явно лишь поматерились утром, обнаружив пропажу дорогих часов и налички из кошелька. И я даже могла утверждать, что чаще всего они думали, что потеряли их, а не сразу кричали во все уши, что прошлой ночью их обобрали.