Моя чужая

Герман

– Наумов, мы же лучшие друзья. Вот уже долгие годы. Разве твоему дядьке трудно вытащить меня из дерьма?

– Тимоха, ему не трудно — ты прав. Но ты перешел черту вседозволенности. Ты сбил человека!

– Не насмерть же! Гер, мой не хочет давать мне денег, хотя ему стоит лишь сделать один важный звонок и все – я в безопасности.

Сколько раз я говорил ему не садиться пьяным за руль? Да все без толку. Родившиеся с золотой ложкой во рту, не умеют ценить свою жизнь, а тем более чужую...

Как быстро летит время. Ровно четыре года назад, я был здесь последний раз. Внезапная смерть отца, что принесла с собой кардинальные перемены в мою жизнь. Возвращаться из Парижа, где около 5 лет я работал учителем музыки в элитной гимназии и брать на себя управление компанией "Инвест групп". Все это наложило свой отпечаток. Игра на пианино, которая раньше отвлекала меня от всего плохого, когда я касался руками клавиш, и лилась понятная лишь одному мне мелодия. Эх, сколько композиций я сочинил, посвящая их все только ей — моей маленькой несбыточной мечте.. А сколько из них мне удалось продать... Одну из них я написал для очень известной певицы, но, конечно, анонимно. Я был талантлив, но не любил этого афишировать.

Поднялся с дивана с чашкой ароматного чая. С жасмином или… Мысли о чае мигом улетучились, ведь через окно я увидел ЕЕ. Девочку, о которой никогда не должен был мечтать. Ведь тогда она была подростком, но сейчас….

Снежана повзрослела.

Она сидит на пледе под деревом, в нежном розовом платье и читает какую-то книгу. Девочка с книгой? Разве такое возможно в наше время? Она похожа на героиню из романа. Нереальная. Невесомая. Не моя.

Между нами возвышалась стена не только разницы в возрасте, но и ее необъяснимой ненавистью ко мне.

– Позвать ее? Вижу, что ты подвис. От неё реально у всех парней голову сносит. Отец уже не знает, как отбиваться от этих женихов. А она все книжки читает, принца своего дожидается.

– Это ее увлечение, пусть читает. Тебе бы тоже не мешало. Желательно познавательную литературу.

– Брось. У неё этих увлечений в последнее время слишком много: балет, фортепиано, прогулки на лошади. Отец на её восемнадцатилетние подарил очень хорошего жеребца. Знаешь, Алиса из страны чудес просто и рядом не стоит с чудаковатостью моей сводной сестренки. Мать ее охмурила моего старика, а вот Снежка совсем не в мамочку. Слишком наивная и простая.

– Ты преувеличиваешь.

– Гер, ну помоги мне, а?

– Не могу. А если быть честным – не хочу. Решай сам. Если на этом все – я пожалуй, пойду, — отхожу от окна, ставлю чашку на стол.

– Я могу заставить отца выдать сводную сестрицу за тебя, если ты поможешь мне. Ты кандидатура удачная, да и от Снежанки без ума. Тем более, отец уже устал от ее капризов. Принцессе пора вернуться в реальность. Забыла из какого болота вылезла вместе с мамашей своей.

Богатая жизнь не для неё. Надо мной все друзья смеются. И считают моего отца влюбленным идиотом. Жениться на простой учительнице младших классов да ещё и с прицепом. Угораздило же моему отцу тогда спонсировать футбольный клуб общеобразовательной школы. Эх, ничего не поделать... Как бы там ни было — результат на лицо. Бабы всесильны и имеют безграничную власть над нами.

– Не бабы, а женщины и девушки! Научись уважительно относиться к ним и говорить!

А он чертовски прав. Они имеют власть, ради женщин мы способны на самые безумные поступки. Ради одной их улыбки, взгляда... Но насильно мил не будешь! И прекрасно осознаю, что Снежка сбежит от меня, стоит лишь снять подвенечное платье. Вынужденный брак ничем хорошим не закончится для нас обоих. Нет, я так не хочу. Хоть и знаю, что Семен Николаевич запросто сосватает мне свою падчерицу.

– Я пойду, – говорю и направляясь в сторону выхода.

Но не могу уйти не увидев ее. Просто не могу! Испугается, прогонит – так тому и быть. Обхожу дом, и иду в сад.

– Валерис, ты любишь меня? Докажи свою любовь!

– Докажу, Маргарет!

Так она читает вслух? А какой милый у неё голос. Она сидит ко мне спиной, ее золотистые локоны струятся по плечам.

– И где же мой Валерис? Где ты, любовь моя? – проговаривает в тишине вопросы. И я бы слушал вечно ее монолог, но по несчастливой случайности наступил на сухую ветку, которая хрустнула под ботинком. Как же это все не вовремя!

– Кто здесь? – девушка поднялась с пледа, посмотрела на меня с опаской.

– Привет, Снежка, - поприветствовал ее первый.

– Вы меня напугали! Разве Вам не говорили, что подкрадываться некультурно? И просто по имени ко мне могут обращаться только самые близкие и родные люди. А Вы – чужой. Для Вас я — Снежана Доронина. Дайте мне пройти, — но я не позволяю. Забираю из ее рук книгу и тихонько сжимаю ее ладошку в своей. Прохладные руки у моей морской нимфы.

– Верните немедленно книгу и отпустите меня, — она пытается вырваться, злится.

На ее лице вся гамма эмоций из неприязни, удивления, разочарования, а мне все равно. Я, как дурак улыбаюсь, в глаза ее бездонные смотрю и погибаю. Любовь к четырнадцатилетней девчонке не прошла даже спустя четыре года. Она разгоралась с новой силой, неся с собой другие мысли и мечты.

– В последний раз, когда мы виделись, Снежка вела себя так же высокомерно, отстраненно и холодно. Но разве спустя столько лет не стоит ли что-то менять?

Снежана

Снова дрожу перед ним, как осиновый лист на ветру. Четыре года прошло и он сильно изменился. Уже не молодой парень, а настоящий мужчина, вызывающий страх и опасность.

– Почему ты так относишься ко мне? Скажи? Чем заслужил, что пал в немилость такой очаровательной девушки? – спрашивает, но не отпускает.

– Герман Игнатович, Вы..

– Может хватит? Я не настолько стар, что бы ты ко мне так обращалась.

– Вы старше почти на десять лет, и считаете, что это небольшая разница?

– Снежка, – проводит рукой по моим волосам, слегка касаясь их.

– Прекратите!

Мне все-таки удаётся вырваться и убежать. И все бы хорошо, если бы я не врезалась в своего сводного братца при входе в дом, которого просто ненавидела всей душой.

– Бежишь так, как будто черта повстречала, Снежок.

– Дай пройти, Тимур. Я замерзла, и хочу в дом.

Но и в доме нет покоя.

– Ох, а разве мой друг тебя не согрел? – продолжал издеваться.

– Прости, мне правда холодно, ветер поднялся, – не хочу с ним спорить и доказывать ничего не хочу.

– Слушай. Не веди себя, как стерва. Герман положил на тебя глаз, разве не видишь? Будь более сговорчивее с ним. Отец его уважает.

–Позволять согревать себя, вот что в твоём понимании «более сговорчивее»?

– Нет, в моём понимании это значит «раздвигать ноги». Ты уже взрослая девочка и сама должна понимать, что своей девственностью никого не удивишь!

– Тимур, прекрати! Я не из тех твоих подружек, которых ты можешь разводить. И не смей так ко мне обращаться.

– О, да. Ты у нас принцесса. Только позволь напомнить. Что из села человека вывести можно, а вот село искоренить из человека – никак! Сколько бы мой отец не вкладывал в тебя сил и денег, ты навсегда останешься для меня приживалкой, так же как и твоя мамаша. Отец рано или поздно вышвырнет вас на улицу.

– Ты так мечтаешь избавиться от нас? Боишься, что папочка все перепишет на мою мать и его золотой сыночек останется без наследства?

– Закрой свой рот! – резко схватил меня за руку и встряхнул.

– Я не боюсь тебя, Тема.

– А стоило бы!

Не знаю откуда берутся силы, но я отталкиваю братца от себя и забегаю в дом. Прямиком в свою комнату и закрываюсь изнутри. У него бывает иногда привычка врываться ко мне без стука. Однажды он перешёл все границы, когда зашёл не только в комнату, но и в душ. Я тогда завизжала так, что на мой крик сразу же прибежала мама. Но она как всегда, стала выгораживать Тимура и во всем обвинять меня.

– Хватит выделываться, дочь! Мальчик просто перепутал комнаты, такое бывает.

– Он целенаправленно шёл сюда, мама. Он ничего не путал! Ты не понимаешь, что он… – но договорить не успела. так как щеку больно обожгло.

– Мир не вертится вокруг одной тебя! Прекрати провоцировать Тимурчика, он сын моего мужа, он твой брат!

– Нет, он мне не брат! Мой брат сейчас в могиле, и ему сейчас было бы 15 лет, если бы ты тогда не отправила его в тот лагерь, и он бы не утонул! Это ты виновна в его смерти! – вторая пощёчина оказалась сильнее и обожгла вторую щеку.

– Не смей! Я любила Мишеньку!

– Да? А когда же ты была в последний раз на его могиле, мама? Забыла? А я могу напомнить – пять лет назад! Как вышла замуж, так и обо всем забыла. В твоей голове лишь шоппинг, салоны красоты, светские вечеринки, ну и, конечно, полностью удовлетворять в постели своего мужа! Позволять ему делать с собой все, что он пожелает! Мама, он же бьёт тебя! Как ты можешь все это терпеть?