Глазами пришельца

Рад нёсся по горной тропинке изо всех сил. Впереди маячила мокрая

от пота спина лучшего друга Лиза. Сзади слышался перестук сандалий

других воспитанников монастыря. Подстриженные налысо, в жёлтых

трусах по колено, мальчишки были похожими, будто дети одних

родителей. Но они-то умели различать друг друга. Как-никак вместе с

самого рождения. И вот теперь самым смелым, ловким и выносливым

предстояло покинуть монастырь. Но для этого нужно было пройти

испытание – преодолеть долгий путь в горах. И Рад старался во всю

мощь своих двенадцатилетних сил, чтобы перейти на другую ступеньку взросления. Сделать ещё один шаг на пути к Геройству.

Старался и Лиз. Они договорились помогать друг другу. И, как

сильнейший, Лиз побежал первым. Вот тропинка нырнула в тёмную

пещеру. Рад закрыл глаза, вызвав в памяти план пещерного лабиринта,

и продолжил бег. Память не подвела. Вскоре солнце вновь осветило

путь. А вот здесь они ещё никогда не бегали. Узкая щель между двух

скал, крутой поворот, и тропинка неожиданно упёрлась в отвесную

стену, испещрённую мелкими трещинками. Лиз, не останавливаясь,

начал карабкаться вверх. Рад последовал его примеру, взяв чуть

правее, чтобы сорвавшийся Лиз не смог зацепить его. Но Лиз не

должен сорваться. Они вместе покинут эти опостылевшие кельи. Эти

холодные горы и мрачные ущелья. Дрожь сотрясала все мышцы, когда

мальчики наконец преодолели подъём. Лиз протянул руку, чтобы

вытянуть друга на последнем метре. Но Рад упрямо мотнул головой.

Он сам. Время для помощи ещё не пришло. И снова изнурительный

бег. Сандалии с гладкой подошвой скользят по мелким камешкам.

Солнце напекает голову. Пот застилает глаза. Но так и должно быть!

Вперёд и только вперёд! Не останавливаться! Рад не собирался ещё на

год задерживаться здесь. Он – будущий Герой. Пройдёт десять лет – и

ему выпадет настоящее испытание во имя Примадонны. И тогда он

станет Героем. У его имени появится фамилия. Он получит право

выбрать жену среди очаровательных Учениц, которых видел пока

лишь на картинках в учебниках. Впрочем, Ученицы его мало

интересуют. По крайней мере, сейчас. Главное, пройти испытание. Рад

резко остановился на краю большого ущелья. Тонкая жердь,

переброшенная с одного края на другой, вибрировала под ногами Лиза,

осторожно ступающего по ней и отчаянно машущего руками, чтобы

удержать равновесие. Надо подождать, пока Лиз переберётся на ту

сторону. Двоих эта жердь, может быть, и выдержит, но колебаться

будет непредсказуемо.

Рад расслабился. Есть мгновение на отдых. Лизу труднее, он не

останавливался перед новым препятствием. Лишь снял сандалии. Надо

тоже снять. Только голой ступнёй можно пройти по этому коварному

мостику. Где же остальные? Отстали. Так и должно быть! Они с

Лизом – лучшие! Лиз, конечно, первый. А он – Рад – второй. Всё, Лиз

обувается на твёрдой земле. Рад храбро ступил на жердочку и развёл

руки в стороны. Главное держать равновесие и не смотреть вниз, где

на глубине двадцати метров, между камнями, пенится быстрый поток. Вот уже середина пройдена. Но что это?! Жердь завиляла из стороны в

сторону! Рад не удержался и стал падать. Сандалии полетели вниз,

руки потянулись к жердочке. Но в последний момент мостик вильнул,

и руки схватили пустое пространство. Краем глаза увидел повисшего

на жерди Луку. Его широко раскрытые глаза. Ну, почему он не подождал, не дал ему преодолеть препятствие!? Почему поторопился!? Рад

сумел сгруппироваться и упал на ноги. Но даже тренированные ноги

мальчика не выдержали такого падения. Не помогла и вода,

смягчившая удар. Учитель появился сразу и, подхватив покалеченного

воспитанника, безмолвно переносящего боль, понёс в монастырь.

- Ничего, парень, – сказал сурово. – Сломаны только ноги. Пустяки.

Главное, ты жив и голова цела. И, поверь мне, ты ещё станешь Героем.

Уже вечером Рад стоял в строю воспитанников монастыря.

Сваренные кости слегка ныли. Глава монастыря зачитывал фамилии

тех, кто прошёл испытание. Их ожидал вертолёт на посадочной

площадке. Всего семь человек из пятидесяти. Остальные сошли с

дистанции, получив различные травмы.

- Жаль, что мы не вместе, – Лиз пожал руку товарищу. – Прощай. И

помни: теперь ты первый.

- Прости, – Лука виновато протянул руку. – Я не подумал.

- Я подумал, и остался ещё на один год. А ты не подумал и прошёл

испытание, – Рад не подал руки.

- Надо было преодолевать этот мостик руками, – опустил голову Лука.

- Спасибо за совет, – жёстко ответил Рад и посмотрел вслед Лизу,

который уже садился в вертолёт.

- Прощай, – Лука виновато потупился.

- Прощай, – Рад неожиданно остановил его и отчаянно выговорил. –

Мы ещё встретимся. И я раньше тебя стану Героем!

- Желаю удачи.

Вертолёт легко поднялся над площадкой, завис на мгновение и

растворился среди гор. А через месяц он вернулся. И Рада сразу же

вызвали к Учителю.

- Тебя переводят в другое место, – сухо сказал Учитель. – Школа

археологии.

- Какой археологии? – растерялся Рад. – Я хочу стать Героем, а не

копаться в земле, отыскивая раритеты прошлого!

- В жизни везде есть место подвигу, – нахмурился Учитель. – И ты

станешь Героем.- Но для этого надо пройти испытание здесь! У меня ещё в запасе два

года. Две попытки!

- Я наблюдал за тобой. Если бы не оплошность Луки, ты бы одолел

маршрут. Считай, что для тебя это уже пройденный этап.

- Я не хочу быть археологом! – упрямо насупился Рад.

- Это распоряжение нашей Примадонны, – Учитель встал. – Спорить

не будем. Ты показываешь лучшие результаты в изучении

иностранных языков. Это и определило выбор.

Рад опустил голову. С Примадонной не поспоришь. Её слово – закон.

Да и кто он, чтобы спорить? Не Герой, а простой мальчишка, для

которого путь к геройству удлиняется на неопределённое время. А

может быть, навсегда? Как можно смириться с этим в двенадцать лет?

Рад молча шёл вдоль стены монастыря, и слёзы катились по щекам.

Конечно же, Учитель пощадил его самолюбие. Он утешал. Но Рад

понимал, что Героем теперь навряд ли станет. На его мечтах поставили

крест. Почему? Ну, почему?! И в прошлом году несколько неудачников

увезли в школу археологии. Мальчики шептались, жалея их:

археологи, по слухам, чаще становятся не Героями, а Путанами. Теперь

будут жалеть Рада. Или презирать? Нет! Не для того он двенадцать лет

жил в этом монастыре! Учитель прав: он станет Героем. А если не

станет, то для чего тогда жить?

Взгляд упёрся в далёкие заснеженные вершины. А что, если

спрятаться? Подождать, пока вертолёт улетит? Но разве в монастыре

спрячешься! Все кинутся на поиски. А вот за стенами монастыря… Рад

быстро вытер слёзы. И пусть его накажут! Не в первый раз. Зато он

сможет принять участие в испытаниях на следующий год и

продолжить свой путь к Геройству.

Рад остановился. Здесь стена испещрена трещинами. Мальчик,

словно ящерица, заскользил вверх. Мгновение – и он по другую

сторону. Сердце сжалось в груди. Никогда ещё не протестовал против

старших. И чем дальше удалялся, тем непослушнее становились ноги,

тем больше холодела душа. Но продолжал упрямо бежать вперёд.

Будто вновь почувствовал себя на испытаниях. Так же скользят сандалии по сыпучим камням, так же внезапно возникают трещины на пути.

Только если что случится, никто не подстрахует, никто не придёт на

помощь. Дорогу преградила очередная расщелина, вырытая за многие

века тающими снегами, каждую весну устремляющимися с заснеженных вершин. Вот и сейчас внизу слышен шум воды. Рад храбро начал спускаться. И вдруг увидел пещеру. Она чернела посреди расщелины,

невидимая сверху. Не задумываясь, нырнул в неё. Когда глаза

привыкли к темноте, разглядел непонятные следы, ведущие вглубь,

увидел у стены остатки костра, аккуратно обложенные камнями.

Пещера была обитаема! Кто мог жить здесь? И где сейчас хозяева? Рад

опустился на землю. Ничего, подождёт немного и уйдёт. Ему нечего

бояться. Медленно текли минуты, складываясь в часы. Терпению

мальчика можно было позавидовать. Но и Учителя терпеливые.

Сколько времени они будут искать? Вдруг слух уловил осыпание

камней под чьими-то ногами. Мышцы напряглись. Если найдут вход в

пещеру, то куда бежать? Имеет ли пещера второй выход, или

оканчивается тупиком? Рад отступил в темноту и прижался к земле. Он

первым увидит вошедшего. И, пока тот будет привыкать к мраку,

успеет ускользнуть. Вот тень упала на площадку перед входом, и в

пещеру вошёл мужчина. Это был Учитель. Он постоял, посмотрел в

сторону мальчика и спокойно сказал:

- Выходи, Рад. Эта пещера не имеет второго выхода.

Рад покорно встал.

- Я заметил в твоих глазах искру непокорности, но не думал, что ты

решишься на побег, – Учитель подошёл к мальчику и положил руку на

плечо. – Тебя ждёт суровое наказание.

- Я готов, – упрямо сжал губы Рад. – Лишь бы остаться здесь.

- И здесь ты не останешься. Примадонны не меняют своих решений.

Слёзы бессилия навернулись на глаза мальчика. Учитель вывел его

вниз к небольшому, но бурному ручью и присел на валун, который

весенний поток притащил с вершины горы. Рад стоял рядом, опустив

голову.

- Садись, – Учитель показал на валун поменьше, на самом краю

ручья. – Давай поговорим. Сегодня ты уедешь, и, думаю, мы больше

никогда не увидимся. Сорок лет назад я был таким же, как ты. Мечтал

стать Героем. Но трижды не прошёл испытание и был зачислен в

педагогическую школу.

- У вас было три попытки, как положено, – дрожащим от обиды

голосом сказал Рад. – Почему мне дали только одну?

- Скажем так, тебе не повезло, – и сдержанно вздохнул. – Ваше

поколение физически более развито, чем наше. И испытания у вас

сложнее. Но мы были умнее. У вас на первом месте мускулы. Именно

на них вы надеетесь в первую очередь на пути к Геройству. И поэтому больше страдаете от неудач физических. А главное у человека – это

душа.

- За душу не дают звания Героя, – возразил Рад.

- Не дают, – согласился Учитель. – Но если человек в душе Герой, то

больше ничего и не надо. Он не совершит плохих поступков в своей

жизни.

- Хороших тоже, – буркнул Рад.

- Почему так думаешь?

- Потому что у него не будет возможности совершить эти хорошие

поступки! Кто же доверит рядовому мужчине решение сложных задач?

- Смотря что подразумевать под сложными задачами, – Учитель

посмотрел на мальчика и ободряюще улыбнулся. – Нельзя всем быть

первыми. Не может быть такого, чтобы все были Героями. Когда-то

человек первым полетел в космос, первым ступил на поверхность

Луны. Сейчас полёты на Луну считается рядовым событием. Миллионы людей бродят по лунной поверхности. И никто не считает себя при

этом Героем. А есть особые случаи Геройства. Когда-то жила на Земле

Примадонна Зета. Она активно выступала за переоборудование

алюминиевых заводов, которые своими выбросами приносили

непоправимый вред здоровью людей и окружающей природе. И

добилась своего. Технологии производства алюминия были

пересмотрены, и теперь заводы не вредят экологии. Никто не наградил

за это Зету. Мало того, она умерла в сумасшедшем доме, куда её

запрятали алюминиевые Примадонны.

- Зря прожила жизнь.

- Она умерла с чистой душой. А душа – это самое главное. Она

бессмертна.

- Душа умирает вместе с человеком, – Рад впервые видел своего

Учителя таким многословным.

- Она не умирает. Это как этот ручей. Каждую весну он возрождается

к жизни, сметая всё на своём пути, чтобы летом успокоиться, а осенью

с наступлением холодов и вовсе умереть. Но приходит весна, и новые

потоки воды со снежных вершин устремляются по старому руслу.

- И душа бродит, как этот валун, не зная, куда следующей весной

занесут его могучие воды, – подхватил Рад с лёгкой иронией.

- Душа переходит из мира в мир, – вздохнул Учитель. – И в каждом

мире набирается опыта. В этом мире я – Учитель, а в следующем,

может быть, стану Героем. А в предыдущем уже, возможно, был Героем. Душа – это цепочка жизней. Она соткана из множества

человеческих судеб. И наш мир – это лишь звено огромного Мира. Вот

нам кажется, что Земля круглым шаром вращается вокруг Солнца в

холодной пустоте. Это могут увидеть наши глаза. Но есть ещё другие

глаза, многомерные, которые видят не простой шар, а сгусток

сросшихся шаров. Сколько их? Невообразимое множество. Они

вытянуты в цепочку. Один шар цепляется за другой и так далее. Но гдето должны быть переходы из одного мира в другой. Настанет время, и

не только душа будет перемещаться по этой цепочке миров, но и тело

человеческое. И тогда мы сможем наблюдать, как развивается параллельный мир, поймём, что надо сделать, чтобы предотвратить гибель

человечества и привести его на вершину совершенства. Ты самый

способный мальчик в нашей школе. И школа археологии, куда тебя

направляют, не совсем обычная. Придёт время, и ты будешь среди тех,

кто попытается связать параллельные миры. Станешь первопроходцем.

А сейчас пойдём. Вертолёт ждёт тебя.

Уже в монастыре Рад неожиданно взял Учителя за руку, крепко сжал

и упрямо сказал:

- Я буду Героем. Я обязательно буду Героем!

- Не сомневаюсь в этом, – Учитель ободряюще похлопал мальчика по

плечу. – И прекрасная Ученица подарит тебе свою любовь.

Но об этой привилегии Героев в тот момент мальчик не думал. Когда

вертолёт сделал прощальный круг над родным монастырём, слёзы

вновь набежали на глаза. Всё-таки Рад не знал другого мира, кроме

этого, заключённого в каменные стены между безмолвных гор. И вот

он остаётся там, внизу, а впереди… Что ждёт впереди? Что-то новое.

Другой мир. Так думал Рад. Но вертолёт перенёс его из одного

монастыря в другой. И снова вокруг сомкнулись горы. И снова

каменные классы. Лишь на столах стояла неизвестная аппаратура. И

учеников было всего пятнадцать. Таких же стриженых и таких же

похожих друг на друга. Жёлтые трусы сменили зелёные комбинезоны.

В классе каждому выделили отдельный стол. Новый Учитель

внимательно осмотрел учеников и приказал всем встать. И тут в класс

вошла женщина. Рад впервые увидел живую представительницу

противоположного пола. Пышные золотистые волосы падали на

красную рубашку, заправленную в красные шаровары.- Примадонна Екатерина, – представил вошедшую Учитель. – Она

лично будет контролировать ваше обучение. А сейчас она проведёт с

вами первый урок.

Ученики по команде надели обучающие шлемы и погрузились в

гипнотический сон. А вечером Рад усиленно учил колонку

пятизначных чисел, за каждой из которых скрывался раздел одного из

мёртвых языков, на которых когда-то давным-давно говорили народы

Земли. Называя про себя число, Рад тем самым вызывал в памяти

информацию, заложенную в его мозг. Вскоре он свободно мог

говорить на двадцати шести мёртвых языках. А через восемь лет,

поучаствовав в нескольких археологических экспедициях, перелистав

множество томов в библиотеках, хранящих записи умерших народов и

государств, Рад получил вызов в исследовательский центр,

расположенный на окололунной орбите.