(Не) тот ребенок

День сегодня выдался суматошным: проблемы в спорткомплексе, путаница в документации, несколько встреч с утра. Хотя, если говорить начистоту, из колеи меня больше всего выбила вчерашняя истерика Юли. Она до сих пор не выходила из головы. Я все время мысленно возвращался к нашей ссоре. Не перегнул ли я палку? Услышала бы Юля меня, если бы я был не столько категоричен? Часть меня рвалась домой, чтобы посмотреть как там жена, поговорить с ней спокойно, успокоить. Я осаждал себя, потому что знал, по-хорошему в этом вопросе с Юлей нельзя. Уже пробовал — не слышит, только давит и давит, стремясь, во что бы то ни стало, добиться своего.

Лучше всего переждать, дать ей время смириться с моим решением и уже вечером постараться поговорить еще раз. Именно с этими мыслями я и ехал в ресторан, чтобы пообедать, но на полпути к нему мне позвонили из клиники. Я думал, чтобы уточнить что-то по поводу моего вчерашнего запроса, но все оказалось еще запутаннее. Девушка-администратор не смогла мне объяснить причину необходимости моего личного появления в клинике, но очень просила выделить на это время в моем графике.

Пришлось жертвовать обедом и ехать решать вопросы еще и там.

Пока Митя вез меня в центр города, где находилась одна из ведущих клиник по репродуктологии, я устало просматривал результаты своих парней. Скоро открытие сезона и многим нужно подтянуть хвосты. Что-то за лето мои хоккеисты расслабились. Я устало потер шею. Она все еще побаливала из-за неудобной позы, в которой я спал этой ночью. Все-таки диван в зале – не самое лучшее место для полноценного сна.

– Сейчас бы в душ и смыть с себя эту жару, эту городскую суету и все проблемы заодно, – подумал я, откладывая планшет и прикрывая глаза. Нет, спать не хотелось, просто навалилась какая-то усталость, замотанность, что ли.

Последние два года казались затянувшимся кошмаром. Четыре попытки ЭКО, две удачные, два выкидыша и разбитая на куски Юлька, которая мечтала родить ребенка. Несмотря ни на что, вопреки всему, и плевать на цену, которую нужно будет заплатить. Конечно, речь шла не о деньгах, их в нашей семье достаточно. Жена поставила на кон иное: свое здоровье, наш брак.

Я так не мог. Смотреть на мучения любимой женщины, сдерживать ярость, когда она вела себя, как истеричка, заниматься сексом по графику – все это стало невыносимым. Дошло до абсурда – я не хотел возвращаться домой после работы. В то уютное место, в которое мы вложили столько любви, тепла, сил.

Да что дом? Я больше не хотел свою жену! Стройную, сексуальную блондинку, которую провожали взглядом многие. Они бы мечтали оказаться на моем месте в супружеской кровати, а я избегал близости. Почему?

Потому что та Юлька, которая вскружила мне голову, давно спряталась в этой вечно недовольной, незнакомой мне женщине. Я забыл, как она смеется, давно не видел ее танцующей, а ведь раньше она любила включить зажигательную музыку и, вырисовывая незамысловатые движения бедрами, готовить нам ужин.

Я улыбнулся, вспомнив, как жена тайком занималась стрип-пластикой, чтобы на мой день рождения устроить мега-шоу. Да, моя Юлька не побоялась снять вип-комнату в клубе и станцевать для меня приват! Какой горячий секс у нас был тогда, какими жадными мы были когда-то…

На телефоне заиграла мелодия, которую я поставил на жену. Мой тяжелый вздох разнесся по всему салону, я устало потер глаза, перед тем как ответить. Тяжело угадать, что тебя ждет: слезы, крики, мольба или ласковая, мурлыкающая кошечка.

– Да, Юль.

– Не делай этого, Леш, пожалуйста, – опять тот же разговор.

Разве мы все еще вчера не обсудили?

– Юль, это нужно прекратить, понимаешь?

Я старался говорить спокойно. Доводы приводить уже и не пытался. Смысл? Меня никто не слышал или просто не хотел считаться с моим мнением.

– Нет, пожалуйста, еще один раз, последний!

– Он уже был, этот последний раз!

Восемь месяцев назад я поддался на уговоры. Дал надежду и себе, и Юле. Только хуже стало.

– Леш, не лишай меня этого, я не смогу так…

Всхлипы жены вызывали уже не жалость, а злость.

– Хватит, Юль! – не сдержавшись, прикрикнул я. – Все зашло слишком далеко, ты не видишь границ, не замечаешь, во что превращаешь наш брак. Мы с тобой уже не можем находиться в одной комнате больше нескольких минут без ссор. Все. Я принял решение и ничто не заставит меня его изменить.

– Ты меня не любишь! У тебя ведь уже другая, да?

Юля заплакала навзрыд.

– Не говори ерунды, – я устал оправдываться и успокаивать жену. – Все, мне пора на встречу.

– Ненавижу тебя! – сказала любимая супруга, и я сбросил вызов, прекрасная зная, что ожидает меня дальше.

Сколько раз я уже стойко выслушивал подобное, успокаивая себя, что ей тяжелее? Сбился со счета. Безусловно, Юля переживает трагедию глубже, чем я. Ведь страдает и ее тело, не только душа. Я понимаю, что мне следует быть мягче с ней, терпеливее. Просто с каждым разом делать это все сложнее.

– Алексей Николаевич, мы приехали.

Я огляделся по сторонам. Точно, Митя припарковался рядом со входом.

– Да, спасибо.

Прохлада машины сменилась изнывающей жарой августа, хорошо, что до клиники пара шагов. В кабинете главврача работал кондиционер, но мне было жарко и душно.

– Как такое возможно? Что значит, весь мой биоматериал использован?

Я смотрел в упор на мужчину с легкой сединой на висках и пытался осознать услышанное. Это что, шутка такая неудачная?

– Произошла досадная ошибка, — собеседник тщательно подбирал слова. — Среди клиентов клиники оказался ваш однофамилец. Он должен был стать донором, как и вы восемь месяцев назад. Более того, процедура ЭКО обеих женщин проходила в один день. Медсестра допустила халатность и передала ваш материал для оплодотворения обеих яйцеклеток.

Руки сжались в кулаки сами. Значит, из-за невнимательности какой-то медсестры моя сперма оплодотворила чужую женщину? Наш малыш погиб, а тот, другой?

– Поэтому мы не можем уничтожить то, чего и так больше нет. Клиника готова нести ответственность и выплатить вам штраф. Наши юристы подготовят мировое соглашение.

Я усмехнулся, конечно, мировое соглашение. Только деньги меня не интересуют.

– Скажите, каков результат второй процедуры? Женщина беременна?

Врач побледнел и сложил пальцы в замок.

– Простите, но я не вправе разглашать эту информацию, — твердо произнес доктор явно заученную фразу.

– Если вы предоставите мне данные женщины и информацию по ее беременности, я не стану выдвигать претензии клинике.

– Никаких, – твердо добавил я.

Мое предложение явно было слишком заманчивым для оппонента, но он все же побоялся принимать решение единолично:

– Я должен переговорить с нашими юристами.

– У вас есть пятнадцать минут, – встав со стула, я покинул кабинет.

Мне ужасно хотелось пить, в горле першило. На первом этаже было небольшое кафе, в котором я часто ждал Юльку, пока та проходила обследования. Воду там продавали на любой вкус, хотя мне сейчас сгодилась бы любая. Хоть из-под крана.

Идя по коридору, я сбился с шага, услышав:

– Это не тот ребенок! Мне нужен малыш от Дениса, а не от какого-то однофамильца! Вы понимаете?

Застыв у двери, я прислушался к разговору. Ответ собеседника девушки мне не удалось разобрать, зато она говорила на повышенных тонах.

– Мне не нужны ваши деньги! Мне нужен мой ребенок от моего мужа!

Возня в кабинете продолжалась, но голоса притихли. Видно, врачу удалось успокоить пациентку. Я хотел уже войти в кабинет, но дверь резко открылась. Женщина обернулась к врачу и сказала на прощание:

– Не будет второго шанса.

А затем стремительно прошла мимо, не бросив даже любопытного взгляда в мою сторону. По ее щекам текли слезы, которые она даже не пыталась смахнуть. Округлившийся живот красноречиво говорил об удачном ЭКО.

Словно околдованный, я пошел за ней следом. Мне до сих пор не верилось, что мой ребенок существует. Что он живет и растет в теле чужой, незнакомой, но уже важной для меня женщины!

Я разглядывал ее так, как коллекционер смотрит на новый экспонат, подмечая даже мелкие детали. Длинные, чуть волнистые темные волосы, прихваченные вверху лишь заколкой, легкий сарафан простого кроя, явно не брендовый. Девушка не выглядела мажоркой, если бы не подслушанный мной разговор, я бы и вовсе принял ее за суррогатную мать. Окажись она ей, мне бы было проще договориться. Хотя сильно ли это важно, если незнакомка и так не хочет этого малыша.

Я прекрасно помню ее слова: «Это не тот ребенок!»

Девушка явно ждала мини-копию какого-то Дениса. Скорей всего, это ее муж и он тоже не обрадуется ребенку от постороннего мужчины. Уверен, незнакомка сейчас думает, как станет объяснять все супругу.

Нескольких минут хватило придумать почти идеальное решение. Девушке не нужен мой ребенок, а Юля изводит себя, желая родить мне наследника. Она не рассматривает усыновление только из-за нашей спортивной династии. Мой отец постоянно акцентирует внимание на наследственности. Как по мне, все это чепуха. Я был бы счастливым отцом, даже если у ребенка не оказалось бы вообще никаких способностей к спорту. Только жена зациклилась на генетики.

Этот ребенок биологически наполовину мой, родной матери он не нужен, а Юля примет его, как только возьмет на руки.

Это выход для всех нас!