Подписаться
Главы
Поделиться
Обложка новеллы Ангел-наблюдатель

Ангел-наблюдатель

Четвертая книга серии «Небесная канцелярия» повествует о трудностях воспитания уникального ребенка. С появлением сына Игоря к Татьяне и ее хранителю Анатолию приставляют ангела-наблюдателя. Небеса изучают дитя, но родители быстро осознают исходящую от сообщества угрозу. Ситуация обостряется из-за тяги Игоря к Даре, чей темный отец вступает в конфликт с ее воспитателем Тошей. В борьбе против воли руководства героям помогают союзники среди людей и ангелов, однако судьбу детей определит лишь один из них.
Главы
Поделиться

Глава 3

19 ноября.

У меня все чаще всплывают в памяти слова матери об Интернете. Действительно, что за ерунду они там пишут! Я, конечно, понимаю, что все дети разные и что все случаи в одной статье не опишешь, но хоть какой-то диапазон на каждом этапе развития ребенка можно дать? Мне уже даже надоело Игоря со всеми этими стереотипами сравнивать. В отношении набора роста и веса мы еще в них как-то вписываемся (ближе к верхним пределам, правда), а вот в плане поведения… Не случайно большинство материалов детскими врачами написано – они малышей на приеме наблюдают и делают выводы на основании тысячи пятнадцатиминутных общений.

Нет, настоящую историю развития ребенка могут только родители написать. Причем, нетрудно догадаться, что именно тот из них, который с этим ребенком все время проводит. Да и влияние генов еще никто не отменял, а оно как раз носителям этих генов и виднее.

Взять, к примеру, пресловутое бессмысленное выражение чуть ли не весь первый месяц. Да откуда ему у Игоря взяться? Я с самого первого дня заметила, насколько внимательный у него взгляд. Лежит, глаза переводит с предмета на предмет, изучает, и лицо такое сосредоточенное. И даже когда спит, хмурится, бровями шевелит, носиком подергивает – явно осмысливает все увиденное. Это он в меня пошел.

И движения у него если и были бесконтрольными, то только по первому разу. Со второго он уже догадывался, какую пользу из каждого из них можно извлечь. А кулачком мимо рта вообще ни разу не попал – никаких пустышек не нужно. А потом и оба стал в рот запихивать – это он в отца пошел.

И капризным его никак не назовешь – не требует, чтобы его постоянно на руках носили, как другие дети. Лежит себе спокойно, изучает окружающий мир, переваривает полученную информацию вместе с едой – и не слышно его, я даже пугалась поначалу. Кроме, конечно, тех случаев, когда его переодеть нужно. Тут раздается такой вопль, что любую полицейскую сирену заглушит, и пока я прибегу, он уже ногами изо всех сил по кроватке молотит от нетерпения. Это у него тоже от отца.

И вот что интересно. Сначала я никак не могла понять, чего он продолжает возмущаться, пока я источник дискомфорта убираю, а потом заметила, что стоит мне начать объяснять ему, что я делаю и зачем, как он сразу успокаивается и очень внимательно к моим словам прислушивается. Вот это точно от меня.

Он уже вообще со мной общается. И ничего я не выдумываю! Звуки, по крайней мере, точно разные издает. Когда пора кушать или переодеваться – пронзительный сигнал таймера. Когда рассматривает все вокруг – задумчивое «Угу», словно варианты решения сложной задачи обдумывает. Когда поймал рукой игрушку или собственную ногу – торжествующее «Ха!». Когда надоело в кроватке лежать и хочется расширить поле наблюдений – просительное такое поскуливание. Когда что-то не получается – сердитое сопение и утробное какое-то порыкивание. В такие моменты он – точная копия моего ангела.

И зовет он меня отнюдь не только на помощь, как знатоки в Интернете пишут. Временами прямо мистика какая-то – я почти уверена, что он хочет похвастаться, когда научился чему-то новому. Во сне на бочок он почти сразу переворачиваться начал – это как раз понятно, посмотрела бы я на любого взрослого, которого заставили бы всю ночь на спине спать. Но недавно он как-то днем резко оттолкнулся и сразу на животик перевернулся – только ручка застряла. Раздался сигнал тревоги – я прибежала, высвободила ему эту ручку. Он озадаченно нахмурился и тут же клюнул носом – не держится еще голова, мыслей в ней много, как у меня. Перевернула на спинку, чтобы отдохнул.

И что бы вы подумали? Не успела я до кухни дойти, чтобы чай свой допить, как из спальни раздался заливистый… ну, прямо настоящий хохот! Возвращаюсь – он на животе лежит, руки в разные стороны, смеется и головой трясет. То ли от усердия, то ли от восторга. А когда я его на руки взяла, чтобы похвалить – улыбка до ушей и щеки от гордости раздулись. Как у отца, когда тот мне свои человеческие документы демонстрировал.

И разговаривать, между прочим, он предпочитает только со мной. В последнее время, когда мой ангел возвращается с работы и открывается кран его красноречия, при первом же звуке его голоса Игорь тут же просится мне на руки и больше глаз от отца не отрывает. Он поворачивает голову вслед всем его передвижениям, внимательно прислушивается к менее знакомому низкому тембру, сосредоточенно шевелит бровями и губами, словно повторяет за ним какие-то слова. Но беззвучно. Нужно говорить, у кого он умению не перебивать научился?

Временами, когда мой ангел ненадолго замолкает (исключительно во время приема пищи), Игорь чуть подается к нему, глядя на него в упор и недоуменно хмурясь. В такие моменты мой ангел тоже замирает – с вилкой у рта и пристально глядя Игорю в глаза. И на лицах у обоих появляется почти одинаковое выражение недоверчивой озадаченности. Я обычно стараюсь прервать эту игру в гляделки – не хватало мне еще, чтобы они мысленно беседовать начали, оставив меня, как обычно, за бортом всего самого интересного!

Впрочем, меня Игорь тоже копирует. Вот недавно случайно научила его язык показывать. Придется повнимательнее за собой следить. Но, как правило, забравшись ко мне на руки, он категорически требует вертикального положения… хотелось бы мне сказать, для того чтобы видеть мир в правильном ракурсе, но, скорее, для того чтобы оказаться со мной лицом к лицу. Точнее, руками к лицу. Хорошо, что я никаких украшений не ношу, волосы в хвостик собираю и о макияже временно забыла.

Устав от бесплодных, но настойчивых попыток отделить от моего лица нос, уши, губы и особенно глаза, Игорь вцепляется в последние пристальным взглядом. Я бы даже сказала, напряженным взглядом – словно он, подобно своему отцу, и до моих самых сокровенных мыслей докопаться хочет. Вот, не дай Бог, еще превзойдет его в этом вопросе!

На улице он тоже уже далеко не всегда спит. Хорошо, что у нас на окраине днем и машин почти нет, и большинство людей на работе, и с заморозками погода в этом году повременить решила. У реки мы уже не только свежим воздухом дышим, но и с буйством осенних красок знакомимся, и с птицами перекликаемся, и за листиками, неспешно плывущими по воде, наблюдаем, как завороженные…

21 ноября.

Нет, меня этот водолюбивый представитель мудрых, как я когда-то по наивности верила, ангелов однажды доведет-таки до инфаркта!

Первый почти несчастный случай в жизни ребенка – и, разумеется, он оказался связан с водой!

Вот трудно было головой своей подумать, что если его в ангелы прямо из рыб произвели и только потом человеческим телом снабдили, с рыбьим же количеством извилин, то ему хоть один Бог только знает сколько лет предоставили для тренировки этого самого тела?

Или хоть краткий курс техники безопасности поведения на воде пройти с ребенком – в безопасности, на суше – вместо того чтобы каждый вечер турусы на колесах… нет, на кровати разводить?

Или хоть у меня поинтересоваться, насколько уверенно ребенок держит голову в привычной обстановке и не потеряет ли ее в слабо еще знакомой среде?

Или хоть предупредить меня, что его наконец-то осенила мысль поучаствовать в привитии ребенку жизненно важных, с его ангельской точки зрения, навыков?

До сих пор мы всегда купали Игоря вдвоем. То, что намыленный ребенок становится скользким, известно всем, кроме всезнающих небожителей. То, что научившийся переворачиваться ребенок хочет делать это постоянно, очевидно всем, кроме и так все умеющих ангелов. То, что человек, которого незнакомая стихия накрыла с головой, может впасть в панику, предскажет кто угодно, кроме вечно парящих в заоблачных высях… безрассудных… самоуверенных…

Одним словом, до сих пор купание у нас всегда проходило спокойно и даже радостно. Правильно мать говорила, что самое главное – первое впечатление, а я уж постаралась, чтобы оно у Игоря осталось самым благоприятным. И под спинку надежно поддерживала, и другой рукой в теплой водичке поглаживала. На этот, однако, раз он решил и отцу продемонстрировать, как лихо умеет на живот перекувыркнуться.

Нужно отдать должное моему ангелу, он его поймал. Пальцы растопырил – Игорь на них и шлепнулся, как лягушонок на мелководье, лапками во все стороны. Вот только не рискованное мероприятие неуместными восторгами нужно было поддерживать, а голову ребенку! Естественно, и минуты не прошло, как он клюнул носом – и не в надежную, но мягкую твердь кровати, а прямо в воду, из-под которой тут же вырвался гейзер пузырьков и отчаянного вопля.

Я этого горе-спасателя чуть не убила – глупая человеческая совесть не позволила, пока у него руки заняты. Чем он тут же и воспользовался. Принялся поднимать и опускать ребенка, следуя движениям его головы, чтобы она над уровнем воды оставалась, и похлопывая его по рукам и ногам.

Ничего удивительного в том, что Игорь старался голову подольше поднятой держать – у меня тоже инстинкт самосохранения хорошо развит. Но этот истинный сын своего отца таки поплыл! По крайней мере, ногами явно отталкивался и руками в стороны разводил, словно воду перед собой разгребая. Я опять чуть не убила моего ангела – на этот раз за самодовольную усмешку и торжествующий взгляд в мою сторону.

Вы думаете, он на этом остановился, удовольствовался невероятным для полуторамесячного младенца достижением, дал ему возможность закрепить случайно приобретенные навыки? Как же! Ангелы ведь лучше знают, где у человека пределы возможностей находятся, и задачу свою видят в неустанном их расширении – помню я, как он меня в ту реку зашвырнул и на каток без всяких церемоний выпихнул.

Я замерла возле ванны в напряженном ожидании.

Не успел Игорь хоть как-то синхронизировать движения конечностей, как мой ангел без какого бы то ни было предупреждения взял и убрал из-под него свои руки. Не чувствуя больше под собой никакой опоры, Игорь в панике бросил все силы на ее поиски и тут же камнем ушел под воду.

На этот раз я оказалась быстрее. И нечего было потом одному вопить, что это я помешала ребенку самому вынырнуть, а второму – отчаянно отбиваться от меня руками и ногами, норовя ринуться прямо головой в полюбившуюся уже обоим стихию и оправдать надежды старшего фанатика. Может, людям и предоставляют по несколько жизней, но где гарантия, что мне его вернут прямо сюда, сейчас и в том же, уже готовом виде? Второй раз его на свет производить?!

Продолжайте смотреть!
Сюжет становится всё напряжённее! Перейдите в приложение, чтобы продолжить чтение
Разблокировать все эпизоды
Открыть официальный сайт

Вам также может понравиться

Обложка новеллы Любовь, граничащая с безумием
7.4
Высокородный граф и бесправная рабыня — их миры разделены пропастью. Девушка вынуждена скрывать тайну своего происхождения, ведь правда грозит ей смертью от рук собственного отца. Измученная преследованиями родителя, ставшего ее господином, она решается на отчаянный побег. Однако свобода оказывается иллюзией: беглянка попадает во власть влиятельного безумца. В этом противостоянии жестокость переплетается со страстью, а мечты о покое тонут в интригах. Удастся ли невольнице выжить и обрести долгожданный мир?
Обложка новеллы Вкус намахаге. (1 книга цикла "Намахагэ)
8.9
Мира всегда ценила предсказуемость, не помышляя о переменах. Однако заманчивое предложение обещает ей долгожданную свободу и финансовое благополучие. Условия просты: восемь месяцев работы по контракту в закрытой военной структуре. Девушка без подготовки оказывается в суровом мире, где малейшая оплошность ведет к краху. Ситуацию осложняет внимание со стороны самого опасного и жестокого человека в системе. Вместо покоя Мира получает борьбу за выживание, осознавая, что расторгнуть сделку невозможно.
Обложка новеллы Любовь, Бесконечная
8.4
Война Богов обрекла героиню на цикл из десяти перерождений. Сохраняя память о прошлых веках, ее возлюбленный, друг Бессмертного Судьбы, раз за разом лишает ее жизни. В последнем воплощении он хладнокровно истребил ее семью, назвав смертных лишь пешками в своих играх. Оказавшись в Девяти мирах, душа девушки встречает пленника, скованного божественным клинком. Тот обещает ей шанс на месть в обмен на свободу. Теперь ее цель — не просто новое рождение, а окончательная гибель того, кто веками причинял ей боль.
Обложка новеллы Сумерки Юпитера
9.8
Планету продолжают наводнять загадочные создания, чьи мотивы остаются неясными, а любые контакты заканчиваются человеческими жертвами. Глобальный кризис нарастает, грозя обернуться катастрофой. В условиях критической нестабильности совет безопасности снаряжает новую военную экспедицию к Марсу и лунам Юпитера. Однако теперь цель экипажа радикально изменилась: вместо уничтожения вражеских баз героям приказано выйти на связь с чужаками. Эта миссия станет самым рискованным испытанием.
Обложка новеллы Красный лотос
7.4
Япония охвачена пламенем междоусобиц. Пока сёгун Ёсисада Хадзиме укреплял власть через марионеточного императора Тоду в Эдо, его изгнанная сестра Суа-химэ возглавила мятежный клан «Пылающий рассвет». Заручившись поддержкой западных провинций и законных наследников из Киото, она развязала кровавую войну против сторонников брата. В эпицентре столкновения амбициозных правителей и интриг могущественных кланов «Три Тигра» оказывается легендарная группа ниндзя «Красный лотос». Однако за масштабными битвами скрывается личная трагедия — история обреченной и несчастной любви юных синоби.
Обложка новеллы Маруся-2
7.9
История одаренной княжны Марии Горской продолжается в долгожданном продолжении. Во второй части цикла читателей ждет новая глава из жизни наследницы знатного рода, чья судьба неразрывно связана с опасными приключениями и магическими вызовами. Героине предстоит столкнуться с чередой суровых испытаний, требующих решительности и отваги. На страницах этого фэнтезийного экшена разворачиваются масштабные события, в которых Маруся вновь проявит свой характер, защищая честь семьи в суровом мире.