Девочка бандита. Второй шанс

Пролог

Медленно открываю глаза. Вокруг меня белые стены. Какие-то приборы пищат над ухом. Кто-то за стеной кричит. Осматриваюсь. Кажется, я в больнице. Пытаюсь подняться, и тут же вскрикиваю от жуткой боли в груди. Ребра обдает жаром, будто в них воткнули острые кинжалы.

Перевожу взгляд на руки. Все в синяках, одна рука загипсована до локтя. Что со мной произошло?

В какой-то момент понимаю, что не могу вспомнить, как меня зовут. Я не помню, откуда я и как сюда попала. Как это вообще возможно? В голове одновременно роятся сотни мыслей, но я не могу собрать их в кучу.

Внезапно алой вспышкой перед глазами проноситься ночь. Я отчетливо вспоминаю, как меня кто-то качает на руках, поглаживая по голове. Кажется, я болела тогда или мне было почему-то очень больно. Как ни стараюсь, не могу вспомнить лица или имени. Только жар тела и очень приятный запах. Да, он мне определенно нравиться. Кто же это был?

Отчаянно стараюсь отмотать последние дни или даже годы своей жизни, но вижу только пелену. Чем больше напрягаюсь, тем сильнее у меня болит голова, перед глазами мелькают разноцветные круги. Кажется, я совсем ничего не помню…Боже, что со мной! Я что сошла с ума?!

Паника захлестывает меня с головой, я и не замечаю, как начинают плакать в голос.

— Помогите! Кто-нибудь! Подойдите ко мне. Ну, хоть кто-нибудь.

На мои крики вскоре приходит пожилая медсестра.

— Тише-тише, девочка. Все нормально. У тебя болит что-то?

— Да, тут болит. — показываю на ребра. — Где я, что со мной случилось?

— Ты в первой городской больнице. Мне жаль, но ты перенесла насилие и автомобильную аварию. Не переживай, то что ты уже пришла в себя, очень хорошо.

— Что? Нет-нет, подождите, о чем вы говорите? Я не помню такого. Не было этого! Я не помню… Что со мной?! Что со мной такое?!

Медсестра встревоженно смотрит на меня.

— Я позову врача, лежи спокойно.

Она пыталась успокоить меня, но я отчаянно старалась встать с постели. Тогда эта жуткая женщина вернулась со шприцом в руке, и вколола мне какую-то дрянь, после чего я почти сразу же вырубилась.

Не знаю, сколько я спала, но когда очнулась, начали приходить доктора и осматривать меня, словно подопытного кролика. А еще они задавали кучу вопросов, на которые я не знала ответов. Это было похоже на какой-то кошмар, от которого я не могла проснуться.

Пожилой мужчина, который назвался моим лечащим врачом, дольше всех поводил тесты. После каждого моего ответа он что-то записывал в свой блокнот.

— Что со мной?

— Амнезия. Развилась вследствие шока от изнасилования и автомобильной аварии. Судя по тестам, вы не помните как минимум последние годы жизни. Но не волнуйтесь, шансы на то, что память когда-нибудь вернется, безусловно, есть.

— Какая авария, какое изнасилование… Нет! Вы все врете, этого не могло случиться со мной! Выйдите отсюда, выйдите все вон!

В тот момент я не знала, что было хуже — изнасилование, авария или потеря памяти. Эти новости были настолько страшными, что я просто не верила в их реальность.

Внутри меня разгорается пожар. Я больше не могу себя контролировать. Последние слова врача служат спусковым механизмом, и меня накрывает истерикой. Несмотря на жуткую боль в груди, я начинаю громить все на своем пути.

Вскакиваю с кровати, и переворачиваю тикающий монитор. Сама не знаю, где нахожу силы на это. Вырываю катетер с руки, загребаю подушки, и швыряю ими в опешившего от моего поведения доктора.

В конечном итоге я забиваюсь под небольшой стол в палате, и никого к себе не подпускаю.

Мне дико страшно. Так сильно, как еще никогда в жизни. Если это и есть кошмарный сон, то он кажется жутко реальным, и все никак не заканчивался.

Я не знаю, сколько времени так провожу под столом, мне кажется что вечность, но выходить оттуда я вовсе не собираюсь.

В один миг слышу голоса. Двое крепких мужчин в белых халатах подходят ко мне, и бесцеремонно начинают хватать за руки, вытаскивая меня из-под стола. От этого я вскрикиваю так сильно, как только могу, и расцарапываю одному лицо до крови. Другого со всей силы кусаю за руку.

Я не дамся живой, точно не дамся! В голове то и дело мелькают мысли, что это психбольница. А что, если они ставят надо мной какие-то опыты? Боже, как давно я тут на самом деле?!

В какой-то миг все прекращается. Санитары отстают от меня, а затем и вовсе выходят, пропуская еще кого-то в палату. Я не вижу его, только слышу грубый басистый голос, который приказывает моим мучителям убираться вон.

Взгляд падает на черные ботинки, которые приближаются прямо ко мне. В сердце холодеет. Незнакомец наклоняется, и смотрит прямо на меня. Кто это такой?

Мужчина приседает на корточки. Черные густые волосы, яркие зеленые глаза как у змеи, короткая густая борода. Боже, какой же он большой, словно гора мышц.

Я медленно перевожу взгляд на его руки — огромные лапы стерты до крови на костяшках пальцев. Он бил кого-то!

— Эй, ты чего буянишь тут?

Его голос очень бархатный и низкий, отдает хрипотой, и от того завораживает. Сам мужчина выглядит очень суровым, даже опасным.

— Кто вы такой?

— Ты что, совсем не помнишь меня?

Смотрю на него. Какой же он красивый. Я точно не видела его раньше. Не смогла забыть бы такую внешность.

— Не знаю, кажется, нет. Оставьте меня!

— Не оставлю. Я Дамир, вспомнила?

— Я не знаю никакого Дамира. Кто вы такой? Что вы хотите?

Он долго смотрит на меня в упор, пристально, словно изучая мою реакцию, а потом выдает то, от чего у меня падает сердце куда-то вниз.

— Я твой муж, Стася.

Глава 1 Стася

Я бегу счастливая из университета, крепко сжимая материалы, как вдруг передо мной резко останавливается черный тонированный внедорожник, чуть не сбивая на полном ходу.

Все происходит слишком быстро. Их выходит трое. Огромные головорезы надвигаются на меня, словно стая диких волков. Не проронив ни слова, они грубо заламывают мне руки, и затаскивают в машину, а я…от неожиданности даже пикнуть не успеваю.

На мои жалкие попытки вырваться амбалы только глухо смеются. Они большие и сильные словно танк. Я не могу противостоять ни одному из них. Да и что может восемнадцатилетняя девчонка против трех взрослых мужиков?

От шока меня словно парализует, я цепенею от страха. Это похоже на жуткий нереальный сон, который все никак не хочет заканчиваться. В какой-то момент мне все же удается пнуть одного из мужиков между ног, после чего тот размахивается, и влепляет мне жесткую пощечину.

К горлу тут же подступает тошнота, перед глазами все плывет, и мелькают мурашки. Ноги становятся ватными, а голова — тяжелой. Кажется, я теряю сознание.

Прихожу в себя от того, что меня качает из стороны в сторону. Мы уже за городом, так как то и дело наезжаем на почки. Чувствую сильное жжение кожи на скуле, наверняка будет огромный синяк от удара. Этого еще не хватало, ведь завтра мой первый день учебы.

Господи, меня везут в неизвестном направлении трое незнакомых мужиков, я а из-за учебы переживаю. Мысленно даю себе пинка, о чем я только думаю?

Мой рот заклеен скотчем, я понимаю это, так как губы соприкасаются с чем—то жестким и липким, не пропускающим ни грамма свежего воздуха. Поворачиваю голову к окну. Перед глазами проносятся уже опавшие деревья и кусты. На дворе конец ноября.

Машина несется на огромной скорости. Я не знаю, ни куда еду, ни с кем. По обе стороны от меня сидят мужчины, которых я вижу впервые в жизни. Третий сидит за рулем. Их лица страшные, жестокие и угрюмые. В глазах сверкает опасный блеск.

Сердце пропускает несколько гулких ударов. Я чувствую, как начинаю дрожать и невольно всхлипывать, слезы застилают глаза.

В какой-то миг набираюсь мужества, резко вскакиваю с места, отчаянно дергаю за ручку двери, но мою руку сразу же перехватывают стальным обручем. Как же больно! Он выворачивает мне руку до такой степени, что еще немного и будет перелом.

Огромный бритоголовый амбал грозно смотрит на меня сверху вниз:

— Сиди смирно, не то снова вырублю.

Когда машина останавливается, я нахожусь уже в разгаре истерики. Меня всю трясет, я совершенно не понимаю, кто эти люди, и зачем им никому не нужная студентка первокурсница медицинского института.

Мужчины выходят из авто и один из них выволакивает меня следом на улицу, совершенно не церемонясь о моих стертых об асфальт коленках. Я кручусь и извиваюсь, не давая себя тащить. Даже намеренно падаю и отказывалась идти, но мои попытки ничто по сравнению с силой любого из этих троих.

Уже через мгновенье меня затаскивают в какой-то деревянный дом, и бросают на пол у стола по центру комнаты. Жгучей болью отзывается отрывание скотча от моих губ, но я не могу упустить такого шанса, поэтому тут же издаю истошный крик:

— Помогите! Спасите, кто-нибудь!

Один из амбалов криво улыбается, поглаживая своей огромной лапой меня по волосам:

— Чего брыкаешься? Сама ж ходила по трассе, юбкой виляла. За деньги не бойся, не обидим. Трахатся охота, неделю уже без бабы.

Меня обжигает пониманием, что они почему-то восприняли меня за шлюху, хотя я одета более чем прилично: зимнее платье, куртка, простые ботинки. Ни грамма косметики на мне нет, каштановые волосы только распущены.

— Чт...что?! Нет-нет-нет, я не проститутка! Отстаньте от меня! Я...милицию вызову, вас всех посадят за похищение!

Комнату пронизывает жуткий гогот. Мужчины явно знают это место, и чувствуют себя здесь как дома. Они быстро бросают вещи на диван, начинают располагаться. Краем уха я слышу звук открывающегося шампанского.

Один из мужчин, кажется, его звали Ральф, подает мне бокал с алкоголем. Игристое пускает маленькие пузырьки, и красиво переливается.

— Выпей, расслабься, а то уж больно нервная.

Я вскакивают и тут же выбиваю бокал из его рук. Алкоголь, шипя расплескивается, а на полу звенят осколки разбитого стекла.

— Вы что ненормальные? Отпустите меня немедленно, дайте мне уйти!

Моя глупая выходка не остается незамеченной.

В один миг тот, который блондин, достает пистолет из-за пояса, и направляет его мне прямо в голову. Затем проводит ним от виска к груди, все ниже и ниже. Я кожей ощущаю гробовой холод стали.

— Села! Будь паинькой, и отпустим быстро. Мы просто хотим поиграть. Будешь брыкаться — все равно тебя трахнем, вот только не уйдешь ты отсюда на своих двух. Вперед ногами вынесут.

У меня замелькало перед глазами. Они не шутят. Эти волки разорвут меня здесь на куски, никто и не найдет моих останков.