Под твоим облаком

Аки лежал на просторной кровати. Голова покоилась на груди смуглого брюнета, веки сомкнулись, не желая видеть белый свет. Только что Шу заставил его тело дрожать от удовольствия, но проблема состояла в том, что в темноте, то и дело, возникали зеленые глаза, нахмуренное лицо и соблазнительные кубики пресса. Вопрос, какова на вкус концентрация ауры Момо Ичиро, не желал покидать голову.

– Шу, – сквозь сон промычал Рюичи.

– Что, тигрёнок? – Низко отозвался голос выше.

– Мне надо узнать родословную одного человека. Сможешь выяснить?

Последовали несколько секунд молчания, после чего Шу ответил:

– Кто-то конкретный? В чем смысл? Хватай ее и все.

– Просто странный случай, надо кое-что проверить.

Шу запустил пальцы в волосы любовника и принялся массировать кожу головы, внимательно наблюдая за этим процессом. Приятные ощущения стали усыплять Рюичи.

– Что за случай? Хочешь узнать, есть ли в ее семье ещё «вкусняшки»?

– Момо Ичиро. Директор отдела СММ компании «Асахи». 27 лет, – почти провалившись в сон, бормотал Аки.

Шу прекратил массировать голову, что покоилась на его груди. От удивления бровь поползла вверх.

– Мужчина? Так это не связано с твоей охотой. Кто он такой? По работе?

«Нет, ты явно забываешься», – подумал Рюичи, неохотно разлепляя веки.

– Шу. Хватит вести себя, как ревнивая барышня. Мы не встречаемся. Я не обязан перед тобой отчитываться. Плачу, как обычно, – Аки лениво поднялся с груди мужчины и потянулся за джинсами, что лежали в кресле рядом. Шу смотрел на парня без единой эмоции, размышляя, куда Рюичи мог бы сейчас засунуть себе свои деньги.

– А ты с кем-нибудь вообще когда-нибудь встречался?

Последний элемент одежды в виде чёрной футболки вернулся на бледное тело. Аки глянул на часы в смартфоне. Те показывали «23:10». Долго он тут пробыл, учитывая, что планировал ещё поработать.

– Шу. Мне иногда кажется, – стягивая с тумбочки ключи от машины, не глядя на собеседника, отвечал Аки, – что ты живёшь в какой-то придуманной вселенной. Где древний дух – твой «тигренок», мечтающий опробовать позу 69 на кухонном столе.

– Но ведь ты здесь. И ты не ответил на вопрос.

– Нет. Я ни с кем не встречался. Знаешь ли, не было времени между войнами людей и семейными разборками. Загугли на досуге мое имя. Может, дойдёт, кто я такой, наконец, – ответил Рюичи перед тем, как закрыть за собой дверь.

Шу закурил сигарету, раздосадовано улыбаясь. Закрыв глаза, он пробормотал в сторону закрытой двери:

– Знаю я, кто ты такой. Несчастный и испуганный, всеми брошенный мальчишка.

Четверг. 06:20. Омоте–Сандо.

Ичиро сидел за столом и пытался начать есть свой завтрак, но тот давно остыл. Мужчина разговаривал по телефону уже пятнадцать минут. С самого утра главного маркетолога не отпускал вопрос: «Эти идиоты могут сделать хоть шаг без его указки?».

– Запускайте рекламу в сетях. Возьмите тот же ролик, что выходил блоком на ТВ в прошлом месяце, сделайте версию на минуту. Я скоро приеду и обговорим вопрос с отделом продаж.

Наконец разговор был окончен. Момо и сам не понимал, как у него выходит решать проблемы компании так быстро. За три года он достиг невероятных высот. За что бы ни брался – все выходило. Да и везение сыграло в карьере Момо не последнюю роль. Он возглавлял отдел рекламы, когда главный маркетолог «Асахи» ушёл к конкурентам. Очень удачно владелец компании тогда наткнулся на статистику, проследив, насколько выросли продажи, после появления в компании Момо. Должность глава предложил Ичиро лично. 27 лет – и такие успехи – невозможно поверить.

Личная жизнь Момо, однако, не слишком складывалась. Вчера он расстался с девушкой, которая была рядом два года. Рядом, но не слишком. Инициатива разрыва исходила от самого Ичиро. Когда ты вырос один, без семьи, сложно взрастить в себе ласку и любовь самостоятельно. Он так и не научился любить. Она, конечно, тоже это чувствовала.

Этот дом когда-то принадлежал его тете – единственному близкому человеку, которого Ичиро помнил. Родители Момо погибли во время пожара, едва мальчику успел стукнуть год. В тот день малыш гостил у тети, избежав, таким образом, смерти. На месте семейного дома Момо до сих пор ничего нет. Ичиро намеренно не трогает его – в критические моменты жизни мужчина часто приезжает на пепелище. Почему-то, после этого, все как–то налаживается.

«Надо заехать на кладбище», – подумал Момо, доедая свой омлет.

Момо Акира умерла от рака, когда Ичиро исполнилось пять. Все осознанное взросление прошло в детском доме. Как только парню стукнуло 14, и настало время для старшей школы, Ичиро сразу вернулся в дом, по факту находясь под наблюдением опеки. В этом доме, много лет назад, он небольшой отрезок жизни прожил в любви. В любви, которую не помнил.

Мужчина поднялся из–за стола и вышел на улицу. Во дворе его ждал чёрный мерседес.

***

Железнодорожный переезд был закрыт. Это означало, что Ичиро придётся простоять на дороге минут пять, пока состав промчит мимо. За эти пять минут, произошло несколько событий.

Солнце заволокло плотными тучами. Люди на тротуаре замерли от резкого понижения температуры воздуха. Летний день окрасился осенними нотками. Неожиданно дверь со стороны пассажирского сидения открылась. Ичиро, от неожиданности, смог только тупо пялиться на женщину, что так внезапно появилась в салоне его автомобиля. Это была стройная блондинка. Момо отметил, что женщина довольно красива, но все же вопрос, что она вообще здесь делает, опережал ход мыслей.

– Здравствуйте, господин Момо, – лицо девушки озарилось недоброй, но чертовски привлекательной улыбкой, она смотрела на мужчину без тени смущения, но с каким–то ненормальным восхищением, – вот это да. И где он тебя нашёл?

– Кто вы? – попытался сказать Момо, но впал в оцепенение, когда наманикюренная кисть прикрыла его губы.

– Тише-тише. Не бойся меня, нас никто не должен видеть. Осталось примерно две минуты, прежде чем шлагбаум откроется и мы отправимся дальше. Ты заедешь на парковку кинотеатра, а там мы пойдём в кино, красавчик. Как настоящая парочка. Понял?

Ичиро не мог сопротивляться. Эта женщина словно влезла к нему в мозг. Он сделал все, как она велела. Они подъехали на парковку, вокруг не было ни души.

– Что-то на кино я все же сегодня не настроена, – нетерпеливо заёрзала блондинка. Она развернула лицо Момо к себе, глаза засверкали голубыми огнями. Хищный оскал исказил лицо.

– Ох, дорогой, скажи мне эти сладкие слова. Повтори. «Я».

– Я, – ничего не соображая, повторил Ичиро. В голове, словно кричали тысячи голосов. Он отчетливо слышал: «Не делай этого!».

– «Отказываюсь», – продолжала улыбаться голубоглазая.

– Отказываюсь...

– «От своей ауры», – женщина предвкушая неизбежное, заулыбалась ещё шире.

– Я... что вам нужно?

Лицо беловолосой исказило такое удивление, что на секунду она сама впала в ступор.

– Почему ты..., – но блондинка не успела окончить фразу. Дверь автомобиля открылась с ее стороны, а плечо сжала татуированная рука. Миг, и застуканная врасплох девушка, была грубо извлечена из мерседеса. Тем не менее, обозлённая женщина в костюме от PRADA, быстро вскочила на ноги. Свирепым взглядом, источая, казалось, все электричество мира, на блондинку взирал черноволосый парень, который хорошо был ей знаком.

– Никогда не видела тебя таким злым. Что, не нравится, когда отбирают обед? – Злобно оскалилась девушка.

– Тварь. Откуда ты узнала? – Сквозь зубы процедил Аки.

– А ты думал, что мы за тобой не присматриваем? Глупый, наивный братец.