Подписаться
Главы
Поделиться
Обложка новеллы  И Золушки здесь не тихие

И Золушки здесь не тихие

Остаться сиротой — тяжелое испытание, но коварство мачехи превращает горе в борьбу за свободу. Вдова отца намерена выгодно избавиться от падчерицы, продав её в жены пожилому родственнику. Однако юная героиня не собирается мириться с участью бесправного товара. Обладая острым умом и неиссякаемой энергией, она готова сама определять свое будущее. Судьба дает ей шанс, сталкивая с привлекательным молодым мужчиной, который в одиночку воспитывает ребенка. Сможет ли она обрести свое место рядом с ним?
Главы
Поделиться

Глава 3

После ужина герцог пригласил меня в кабинет. Мы заключили договор на месяц.

-Мис Нила. Я уезжаю на неделю по делам. Дилан останется на вас. Согласитесь, я ничего о вас не знаю. Рисковать жизнью и здоровьем мальчика мне бы не хотелось. Поэтому, помимо бумажного договора я хотел бы заключить и магический.

         Я сглотнула.

-Какого рода договор?

-Что вы не причините вреда Дилану и будете его защищать даже ценой своей жизни.

-Вы хотите заключить договор на крови? Это же запрещено! - Я не понимала, как человек, облеченный властью, мэр, может предлагать мне такую сделку.

-Так где, вы говорите, учились? Почему вы врете? После ванны стало видно ваши руки, кожу, волосы. Вы никогда не работали физически. Ваша кожа никогда не обветривалась и не сгорала. Но шрам на лице. Шрамы, которые было видно на шее. От кого вы бежите? Кто эти люди? Я не хочу, чтобы Дилан попал в неприятности из-за вас. Тем более, когда меня не будет рядом.

         Я потупила голову. Вот и закончилась моя сказка. Но снова идти куда-то, просто нет сил. Кажется, из меня выпустили воздух. Было желание сеть прямо здесь и смотреть в одну точку. Ни о чем не думая, не переживая.

-Хорошо. Я дам клятву на крови.

         Я приготовилась протянуть руку, зажмурить глаза, мужественно выдержать укол кинжала в палец. Но маг тихо произнес заклинание, и у меня из носа потекла кровь. Вот тебе и кинжал. Похоже он сам по себе грозное оружие.

-Клятва принята. - Герцог, не торопясь, встал с кресла.

-Какая клятва? А текст? - я вытирала кровь, которая так и не останавливалась.

-Зачем вам текст? Смысл я вам и так озвучил.

-В смысле зачем? Может, вы туда добавили пляски под бубен в полночь! Или, может, решили все кровь из меня выкачать носовым кровотечением. - я стояла и сверкала глазами как дикая кошка, при этом некрасиво размазывая кровь по лицу.

         Герцог закатил глаза. Подошел. Приложил ладонь к моему носу. В следующий миг кровь остановилась. Он достал свой  платок. Одной рукой взял мой подбородок, второй вытер  платком кровь. После этого всунул мне грязный платок в руку. Развернулся и пошел к дверям. Открыл ее мне и показал на выход.

-Ээээ.

-Не нужно. Не благодарите.

         Я на автомате вышла за дверь. Потом очнулась, чтобы спросить про клятву, развернулась  и в этот момент дверь перед моим носом захлопнулась... Вот гад. Хотела постучать. Но передумала. Решила, носа на сегодня хватит.

         Утром герцог уехал. Я пошла искать своего малыша. Нашла его в комнате. Он сидел в углу и тихо перебирал игрушки.

-Дилан, привет! Хочу у тебя узнать, что ты уже умеешь делать? Что ты проходил. - Мальчик сдвинулся в угол и стал затравлено на меня смотреть. Да что такое? Чем я его так напугала?

-Мммм. Какая у тебя лошадка! Какие у нее мышцы! Наверняка очень быстрая! Генерала, не иначе. Так, сейчас мы найдем в игрушках достойного для нее генерала.

         Мне в ладошку ткнулась игрушка маленького, затертого оловянного солдатика. Было видно, что малыш не выпускает его из рук. Возможно, он чем-то дорог малышу.

-Ой! Какой отважный воин! Где ты его нашел? Это, это же не просто генерал! Это генералиссимус

         Малыш улыбнулся и зарделся. Я улыбнулась ему в ответ.

-Дилан, я так хочу почитать сказку! Прямо сил нет. Ты не знаешь, где здесь могут быть сказки? У вас такой большой дом! Я боюсь в нем заблудится. Помоги мне найти их.

         Дилан показа мне где книжки. Его принадлежности для учебы. Игрушки. До вечера мы играли. Во время игры еще и занимались. Но малыш так ни разу и не подошел ко мне близко. Странно. Мне казалось, что дети более контактны. Для них нет границ личного пространства. И если человек нравится, они показывают это тактильно. Прикасаются, обнимают.

         Вечером я уложила малыша спать и пошла к себе. Решила взять из библиотеки книгу и почитать перед сном.

         Когда я уже планировала лечь, в комнате раздался плач. Я замерла. Что это? Я же одна в комнате. Да здесь и спрятаться негде.

-Кто здесь? - я приподняла настольную лампу, чтобы осветить большую часть комнаты. В ней никого не было.

         Я вышла в коридор  с лампой в руку. Прошла по коридору, туда и обратно. Никого. Дошла до комнаты Дилана. Она была заперта. Зачем? А если пожар? Развернулась и вздрогнула от испуга. За мной стояла служанка с оспинами на лице - Фира.

-Фира, вы меня напугали. Вы так тихо ходите!

-Зато вы громко. Зачем ночью по дому шляетесь? - Свет от лампы падал на её лицо обезображенное болезнью и оно приобретало какие-то зловещие черты.

-Мне показалось, что кто-то плачет. Я вышла посмотреть.

-Кажется - креститесь. Понаберут убогих, а ты потом майся. - Она развернулась и пошла в сторону лестницы.

         Я приложила ухо к двери Дилана. За дверью было тихо. Нужно поговорить с герцогом. Нельзя запирать дверь на ключ. Это не безопасно.

         Следующие пять дней прошли так же. Кажется, Дилан стал привыкать ко мне. Он иногда, робко прикасался к краю моего платья. Единственное, что меня мучило - плач по ночам. Вечером я решила пожелать ему доброй ночи.

         Подходя к детской, я услышала тихий плач и бубнеж Фиры. Ускорила шаг.

- Отродье. Зачем ты сдался господину? Подобрал тебя, выкидыша. Такой же непутевый, как твоя мать. Надо было бросить тебя гнить в той помойке, где тебя мать нагуляла. Нищеты безродной нам не хватало. - Я стояла в дверях и видела, как эта здоровая тетка трясет ребенка, словно пытаясь вытряхнуть его из одежды.

-Только попробуй господину пожаловаться, подсыплю тебе отраву, поносом, как в прошлый раз, не отделаешься.

- ВОН! - Служанка медленно ко мне поворачивалась, в ее руках висел маленький, заплаканный, перепуганный мальчик.

- Что?

-ВОН! Пошла вон отсюда! Вон из дома! Не прикасайся к ребенку! - Дилан забился в ее руках, выкрутился,  подбежал ко мне и закрыл собой от Фиры.

         Маленький, храбрый мужчина! Еще минуту назад он и не пытался сопротивляться, принимая со смирением свое наказание. И вдруг собрал всю свою волю, вырвался и ринулся на мою защиту.

         Фира оскалила зубы в гримасе безумия и посмотрела  на меня.

- Он - плод греха, грязь, нечистоты бездны. Его нужно уничтожить, чтобы он не запачкал господина, не заразил его душу скверной! - Служанка шагнула в нашу сторону. Я призвала воздушную стихию, создала волну и оттолкнула Фиру к окну. Не ожидая нападения, она выпала из него, выдавив раму. Внизу раздался звон.

-А мы двери запираем? - Я не двигалась, прислушиваясь к звукам в саду.

-Запираем. До утра она не сможет зайти. - Я посмотрела на мальчика, присела, подхватила его на руки и понесла к себе в комнату.

-Знаешь что, Дилан! Ночь мы будем спать у меня. Не знаю как ты, а я жутко испугалась! И одной мне будет очень страшно. - Мы дошли до моей спальни. Я закрыла дверь и подперла ее стулом.

         Мы с малышом умылись. Я одела на него свою рубашку, сама одела ночную рубашку  и мы легли обнявшись. Дилана била сильная дрожь.

- Давно она так?

- Как только меня привезли.

- Почему не сказал герцогу?

- Я его почти не знаю. Мама умерла три месяца назад. Тогда приехал Эрик и забрал меня.

- Он твой папа?

- Нет, он мамин брат.

- Ничего, ничего. Пока я жива, тебя никто не обидит. Обещаю. - Вот только, сколько я буду жива, я пока и сама не знала. Но до последнего вздоха буду оберегать малыша, который, не раздумывая, бросился на мою защиту.

- Странно. Сегодня не слышно плач. Ты не знаешь, кто мог плакать? - Я посмотрела на малыша.

-Это я плакал. Фира била меня перед сном розгами. Чтобы выбить греховные мысли. И запирала. Чтобы никто не увидел кровь.

         Я вспомнила хлыст дяди Адама, прижала к груди ребенка и по моим щекам потекли слезы. Как? Как можно обижать его? Как нужно издеваться над ребенком, чтобы он с таким спокойствием говорил про пытки?

-Не плачь. Я больше не боюсь. - Малыш прижался ко мне  и засопел во сне.

         Утром мы проснулись от того, что дверь в комнату выбили. Мы сидели в кровати и обнимали друг друга.

         Поправляя манжеты рубашки в комнату вошел герцог.

-Кто-нибудь может мне объяснить, что происходит? Почему в комнате у Дилана выбито окно? Где служанка? Почему мальчик спит в вашей кровати?

         Я, ни слова не говоря, развернулась к тумбочке, взяла лампу и прицельно метнула ее герцогу в голову.

          Увернулся... Посмотрел на осколки. Я взяла кувшин, вылила на пол воду, прицелилась и снова кинула в мужчину. Увернулся. Взяла стакан. Кинуть не успела. Герцог подошел и забрал стакан оттеснив нас с Диланом от стола.

-Да что происходит?

-У нас с вами, герцог, будет длинный разговор!

Продолжайте смотреть!
Сюжет становится всё напряжённее! Перейдите в приложение, чтобы продолжить чтение
Разблокировать все эпизоды
Открыть официальный сайт

Вам также может понравиться

Обложка новеллы Его предательство, мое новое счастье
8.5
Десять лет Алиса посвятила Константину Ермолову, пожертвовав наследством и будущим. Однако на помолвке мужчина жестоко предал её, представив гостям беременную невесту Диану. Он публично обвинил Алису в бесплодии, хотя годами она скрывала его собственный постыдный недуг. Уверенный в её беспомощности, Константин бросил её на растерзание сплетням. Но когда раздавленная героиня покидала особняк, путь ей преградил черный седан. Рашид Стрельников, заклятый враг бывшего, предложил Алисе свою помощь.
Обложка новеллы Старший брат. Книга третья
8.7
Андрей Воронов закрепился на вершине мирового бизнеса, демонстрируя невероятную стойкость перед любыми вызовами. Однако на пути амбициозного предпринимателя встает могущественный враг, жаждущий не просто разрушить его деловую репутацию. Противник ведет коварную игру, стремясь лишить героя самого ценного и растоптать его честь. Теперь Воронову предстоит вступить в решающую схватку, где ценой поражения станет не потеря власти, а сама жизнь. Сможет ли он выстоять в этом опасном противостоянии?
Обложка новеллы Слишком поздно: Я стерла тебя из памяти
8.5
Четыре года после гибели сына Марка жизнь героини рушится. В архиве выясняется: у её мужа, ИТ-магната Эмиля Соколова, есть тайная семья с преследовательницей Кариной. В день трагедии Эмиль не работал, а был с любовницей, допустив смерть ребенка. Узнав правду, женщина подвергается жестокому нападению: её избивают и бросают под мост. Вместо скорби рождается ледяная жажда мести. Чтобы вычеркнуть предателя, она соглашается на опасный эксперимент наставника по полному стиранию памяти о муже.
Обложка новеллы Прощай, Бывший. Теперь Я Жена Магната.
9.7
Годовщина свадьбы обернулась для Алисы катастрофой: из-за коварства любовницы мужа она провела ночь с незнакомцем. Пока Денис ждал ребенка на стороне, его жена столкнулась с предательством и позором. После развода тихая домохозяйка преобразилась в знаменитую художницу, покорившую мир искусства. Когда раскаявшийся бывший супруг решил вернуть Алису, было уже поздно. Теперь она не одинока — ее защищает влиятельный магнат, который не намерен уступать свою женщину ослепленному гордыней сопернику.
Обложка новеллы Девять месяцев на прощение
7.1
Роман богатого наследника и его ассистентки казался сказкой, пока беспочвенные обвинения в обмане не разрушили их связь. Девушка исчезла, скрыв тайну, но была вынуждена вернуться. Теперь на кону жизнь их общего сына. Чтобы спасти первенца, героине необходимо родить от бывшего возлюбленного второго ребенка. Сможет ли она получить прощение за девять месяцев? Читателей ждет история в одном томе с двумя параллельными любовными линиями и обязательным счастливым финалом.
Обложка новеллы Опекун. Опасное влечение
8.7
Полина два года вынашивала план мести Льву, который когда-то отверг её искренние чувства. Теперь она намерена влюбить его в себя и бросить или лишить половины бизнеса. Девушка уже разрушила его брак, вызвав ярость опекуна. Лев Борисович вне себя от выходок подопечной, но понимает, что она полностью завладела его мыслями. Между ними вспыхивает опасное противостояние: Полина открыто провоцирует мужчину, насмехаясь над его гневом, пока их взаимное влечение на грани срыва становится неуправляемым.