жена по контракту

АМАЙЯ

Я пришел домой уставший, день в компании сегодня был очень утомительным, в компании разное движение, что-то происходит. Я задумчиво поднимаюсь наверх, папа весь день отсутствовал на совещании, о котором я даже не знал.

Я чувствую, как горячие струи воды расслабляют мои мышцы, я закрываю глаза, думая о том, как давно я ни с кем не встречалась, стук в дверь отвлекает меня от концентрации.

- Я в душе. - Кричать человеку. - Через мгновение дверь в ванную открывается. - Привет мама.

- Привет, дорогая, твой отец хочет поговорить с нами обоими.

- Он уже приехал. - прошу закрыть кран душа, ища полотенце, чтобы вытереться.

- Дочь приехала, а у тебя не очень хорошее лицо.

- Я дам тебе закончить, не задерживайся, мы в офисе.

- Хорошо мама.

Я ношу спортивные штаны, с футболкой, я хочу спать сегодня пораньше. Спускаясь по лестнице, я думаю о том, о чем, возможно, мой отец хотел бы поговорить со мной и моей мамой вместе, что, я уверен, не очень хорошо.

В коридорах компании ходят разговоры о том, что мы разоряемся, я не вхожу в финансовый совет, не говоря уже о том, что я влюблен в финансового директора. Вчера я слышал, как один сотрудник говорил о массовых увольнениях, я, конечно, не верю в эту ерунду, мой отец отличный администратор, он же не допустит, чтобы компания моего дедушки так закончилась, не так ли?

Я останавливаюсь перед огромной деревянной дверью, на сердце тяжело, что-то мне подсказывает, что новость, которую я сейчас услышу, нехорошая. Я дважды стучу в дверь, прежде чем войти.

- Привет папа. - Я даже поцелую и обниму тебя.

Фигура Пауло Саллеса, импозантного мужчины, повернулась спиной к окну и смотрит в сад, держа в руке свою неразлучную сигару.

- Привет, моя дочь.

Он оборачивается с усталым лицом, пытается выдавить из себя улыбку, но у него ничего не получается, он обнимает меня крепче, чем обычно, давая мне понять, что случилось что-то очень плохое.

- Садись с мамой, наш разговор будет трудным!

Я не знал, насколько этот разговор изменит мою жизнь, какую жертву я принесу, чтобы спасти нашу семью.

- Я сразу перейду к делу. - Мой отец, как он сидел в своем огромном кожаном кресле. - Компания банкрот.

У меня начинает кружиться голова, чувствую, что земля уходит из-под ног, не может быть, компания банкрот, мы банкроты!

- Что ты имеешь в виду, дорогой? - мой изумленный вопрос, выражающий словами то, что я не смог сделать.

- Мы банкроты, Лючия. - говорит он и выпускает глоток воздуха. - Мы потеряем все в мгновение ока.

У меня кружится голова от информации, я пытаюсь рассуждать, пытаясь понять, как мы дошли до этого момента, как это произошло?

- Папа, полгода назад наш годовой баланс был суперположительным, как это случилось?

Я не понимаю, на последнем общем собрании правления были представлены великолепные результаты, мы очень процветали.

- Это был Антонио.

И тут моя копейка упала, больше ничего не нужно было говорить. Антонио Оливейра да Силва, доверенный бухгалтер и финансовый директор папы, его правая рука, мастер на все руки, его постоянный друг! Что я увидел? Завистливый человек, который жаждал занять место моего отца в его компании, каждый раз, когда я говорил, что Антониу нельзя доверять, что папа слишком доверял этому человеку, он отвечал, что все это было в моей голове, что Антонио был твоим друг со времен колледжа, никогда не причинил бы нам вреда, потому что видел вещи там, где их не было.

- Как отец?

Я чувствую, что мое сердце тяжело, PWS Indústrias S/A была основана моим дедом Педро в 1955 году, это надежная компания, на внутреннем и внешнем рынке, мы всегда продаем много, мы конкурентоспособны на рынке, как это произошло случаться?

- Правда в том, Амайя, что я этого не видел, Антонио много лет грабил нас, мы находимся в состоянии

милосердие, мы потеряли несколько крупных контрактов из-за несоблюдения сроков, я не знаю, что делать, я достиг своего предела!

- Можем ли мы подать заявку на родительский кредит? - Я пытаюсь помочь найти решение.

- Дочь. - Он смотрит на меня с сожалением, теперь я вижу его темные круги. - Мы тоже должны банку, я еще не знаю размерность всего, мы анализируем, но это хуже, чем мы можем

представить. Единственное немедленное решение, которое я вижу, это попытаться продать часть собственности до того, как они объявят о нашем банкротстве, я думаю, этого будет достаточно, чтобы заплатить работникам и попробовать

восстановить некоторые контракты, я не собираюсь так просто сдаваться.

Гораздо меньше я ожидал бы от него обратного. Папа всегда был бойцом, он никогда не сдавался, он много посвятил себя сохранению наследия компании моего деда, это не будет шторм, который разрушит наши структуры.

- Я не знаю отца.

- Начнем с того, что сократим как можно больше расходов, даже глупых, только тогда мы сможем разрешить эту ситуацию.

Мама встает уже плачет, идет к отцу садится к нему на колени, обнимает его плачет.

- О, дорогая, скажи мне.

Я встаю с дивана и присоединяюсь к ним в объятиях, мы все в восторге, никогда не думала, что мы переживем такую ​​ситуацию, я уверена, что вместе мы развернемся, наша семья не подведет.

- Давай пройдем через это вместе.

Папа, кажется, угадывает мои мысли, он встает, чтобы поцеловать меня в лоб, он приветствует нас в своих объятиях, мы с мамой остаемся там, чувствуя безопасность, которую дает нам только он. Когда он гладит нас по спине, я могу представить, какое чувство отчаяния он должен испытывать, поскольку для меня это было страшно, для него гораздо хуже.

Дни тянутся, хотя папа успел продать ферму, коммерческое здание, некоторые другие мелкие объекты, прежде чем наши активы были заблокированы, этого как раз хватило, чтобы погасить трудовые долги и самые неотложные расходы компании и наши дом., суд решил определить, что мы не можем ничего изменить, пока не будет проанализирована ситуация в компании.

Одна только мысль о том, сколько Антонио лепил нас в свое удовольствие, приводит меня в ярость, на каждом собрании компании всегда все объяснял кретин, поэтому мы фактически сказали ей, что она представила нам графики и достоверные данные. Несмотря на то, что у него всегда была задняя нога, профессиональная сторона была хорошо сформирована, чтобы показать нам то, что мы хотели видеть, у меня никогда не было веских оснований сомневаться в его поведении, кроме моей интуиции, ничто в Антонио не осуждало его плохой характер.