Эхо Последней Луны

Резкий, одинокий вой, прозвучавший в ее сознании, был не призывом и не угрозой. Это был чистый, первобытный крик боли, который невозможно было игнорировать. Кира нажала на газ, оставляя позади ручей и ужасную находку. Инстинкты ветеринара и оборотня слились воедино, ведя ее по следу. Запах, который она учуяла возле тела Матвея - морозный, металлический и древний - теперь ощущался сильнее, смешиваясь с едкой нотой свежей крови.

Машина неслась по сонным улицам пригорода, которые постепенно сменялись индустриальными зонами, а затем снова переходили в более старые жилые кварталы. Запах становился острее, но теперь в нем появилась новая нотка - запах горячей, свежей крови. Но не только человеческой. В ней была знакомая, дикая нота, которую она чувствовала только от себе подобных.

Она припарковалась у заброшенного склада на краю старого промышленного района, где уже давно никто не работал. Сквозь трещины в стене склада пробивался тусклый свет. Кира заглушила двигатель и выскользнула из машины. Тишина была неестественной, прерываемой лишь далеким гулом города.

Она вошла внутрь, ступая осторожно, как волк, крадущийся за добычей. Воздух был тяжелым от запаха пыли, бетона и... крови. На полу, среди обломков ящиков и строительного мусора, лежал мужчина.

Он был без сознания, раскинувшись на грязном полу, его тело казалось огромным даже в таком положении. С него было сорвано большинство одежды, обнажая широкие плечи и мускулистую грудь. Темные волосы, слипшиеся от пота, падали на лицо. Кира подошла ближе и ее сердце сжалось.

Это был Марк.

Она узнала его. Или скорее почувствовала. Не только по острому, чужому запаху оборотня, но и по чему-то глубже, что пронзило ее насквозь - связи. Связи, которая не должна была существовать. Связи, о которой шептали в легендах, но которую она никогда не думала испытать.

Он был тяжело ранен. На его теле не было следов огнестрела или порезов, но грудная клетка была сильно повреждена, как у Матвея, только здесь были видны глубокие царапины, словно от огромных когтей. Кира заметила, что раны вокруг них уже начали затягиваться, едва заметно, но быстрее, чем это возможно для человека. Это подтверждало ее догадки. И это подтверждало, что Охотник был здесь.

Она нагнулась, проверяя пульс. Он был сильным, но неровным. Из раны на бедре сочилась кровь.

- Вот же... - пробормотала Кира, доставая из сумки стерильные перчатки и жгут.

Пока она работала, очищая рану и пытаясь остановить кровотечение, она внимательно осмотрела его. На его предплечье, скрытая под грязевой коркой, Кира увидела татуировку. Это был тот самый символ, что и на теле Матвея. Тот самый знак Охотника.

Значит, он был не жертвой в чистом виде. Или он был частью этого. Но его крик боли был реален. И его раны, нанесенные тем же Охотником, что убил Матвея, говорили о том, что он сам был целью.

Кира приняла решение. Она не могла оставить его здесь. Альфа Вадим приказал найти чужака, но он ничего не говорил о том, что с ним делать. И к тому же, связь, которую она почувствовала, не давала ей права его бросить.

Напрягая все свои силы, Кира потащила его к внедорожнику. Он был невероятно тяжелым, его тело было словно свинцовым. Только благодаря адреналину и собственной скрытой силе, которая проявлялась, когда она была близка к трансформации, ей удалось затащить его на заднее сиденье.

Ветеринарная клиника «Зелёный Клык» глубокой ночью была пуста. Кира заперла входную дверь, включила лишь дежурный свет и начала готовить операционную. Но не для животного, а для человека. Для оборотня.

Она спустила Марка по служебному лифту в подвал. Это было старое, заброшенное помещение, где раньше хранились запасы корма, но теперь оно было почти пустым, отгороженным от остальной клиники. Идеальное место, чтобы его спрятать.

При свете тусклой лампочки она начала свою работу. Ей приходилось действовать быстро, но очень осторожно. Она обрабатывала его раны, накладывала швы там, где они были слишком глубоки, и вводила мощные анальгетики. Его тело реагировало на лекарства и на ее прикосновения так, как она не видела ни у одного человека. Раны стягивались буквально на глазах, его кожа переливалась, восстанавливаясь.

В какой-то момент, когда она обрабатывала его плечо, Марк застонал. Он начал бредить.

- ...Луна... она зовет... они ищут... - бормотал он на языке, который был смесью древнего наречия оборотней и чего-то еще, что Кира никогда не слышала. Но она понимала. Слова были обрывками, но их смысл был ясен. - ...Дар... Последняя... Охотник...

«Он знает, - промелькнула мысль. - Он знает пророчество».

Она продолжала работать, ее руки двигались с хирургической точностью. Ей нужно было не просто вылечить его, но и скрыть. Скрыть от Стаи. Скрыть от Охотника. И, возможно, от самого Марка, пока она не поймет, кем он на самом деле является.

Кира закончила уже под утро. Марк дышал ровно, его пульс стабилизировался. Его раны продолжали затягиваться, оставляя лишь неровные красные линии. Он был невероятно силен, и она чувствовала, как его сила распространяется по комнате.

Прислонившись к холодной стене, Кира сняла перчатки. Усталость навалилась на нее, но было и что-то еще. Странное чувство. Смесь предвкушения и опасности. Этот мужчина был ключом к тайнам ее собственной жизни, к пророчеству, к Охотнику.

И она не могла отделаться от ощущения, что с его появлением её жизнь уже никогда не будет прежней.