О чём грезят боги

Кирилл толком не понял, что именно его разбудило — жужжащий под ухом телефон или бурчание Артёма на полу, но в конечном счёте подскочил он из-за того, что друг запустил в него подушку. 

— Выключи свой долбанный мобильник. 

Артём протянул руку и, забрав брошенный снаряд, снова засунул его себе под голову. Кирилл глянул вниз на Артёма, будучи готовым столкнуться с раздражённым сонным взглядом, но парень уже закрыл глаза и всем своим видом демонстрировал, что трогать его не стоит. 

Артём был уверен, что Кирилл просто вырубит телефон и они смогут ещё поспать, но через пару секунд с дивана донеслось:

— Алло, Настя? 

«До меня не дозвонилась и решила через него меня достать? Вот стерва», – Артём специально заблокировал Настин контакт и добавил девушку в чёрный список во всех социальных сетях, в которых они общались. Ничего общего он с ней больше иметь не хотел и собирался выругаться на Кирилла за его невообразимую тупость. Однако Кирилл ничего об их разрыве не знал, поэтому Артём вынудил себя прикусить язык и обратился в слух. Было даже немного забавно послушать, что Настя могла наплести. 

— Артём у тебя? Скажи ему, чтобы он мне перезвонил. 

«Чего и следовало ожидать», — Артём хмыкнул. Оставалось только надеяться на то, что Кирилл не передаст ему трубку. 

Кирилл, который более отчётливо слышал взволнованный голос девушки, ещё раз глянул на притворяющегося спящим друга.

— Скажу ему, как проснётся. Он спит. 

На другом конце провода раздался нервный смешок. 

— Спит! Конечно, он спокойно спит! Я бы тоже, может, поспала ещё, если бы не… — Настя замолчала. От похмелья голова у неё раскалывалась, и кричать было не лучшим решением. — Я… 

Девушка надолго затихла, и Кириллу показалось, что она сбросила звонок. Спросонья он почти было отложил телефон в сторону, но в трубке раздался всхлип. Настя всё ещё была на связи. 

— У меня что-то с ногой. Я упала вчера из-за этого придурка, — ещё один всхлип и пауза. Снова всхлип. — И я не знаю, я не уверена… Чёрт! Я была с ночёвкой у друзей и сейчас проснулась в кровати рядом с каким-то парнем. 

Артём разлепил веки. На его губах заиграла усмешка. И суток не прошло, как они расстались, а Настя уже успела с кем-то переспать. 

Кирилл видел улыбку друга, но не разделил его мрачный восторг. Хоть он и не знал, что произошло ночью между Артёмом и Настей, растерянный тон девушки заставил его насторожиться. 

— У вас что-то было с этим парнем? 

Настя ещё раз всхлипнула и попыталась ответить, но вместо слов из её горла вырвались громкие рыдания. Кирилл нахмурился и отодвинул телефон подальше от уха.

В противоположность вспыльчивому характеру Артёма Кирилл отличался довольно терпеливым нравом и в целом был человеком понимающим и эмпатичным. Вероятно, для каждого бармена умение слушать и успокаивать шли комплектом к таланту смешивания напитков, поэтому к нему часто обращались за помощью. С плачущими девушками Кирилл редко имел дело, однако всё же попытался привести Настю в чувство и приободрить её.

— Ну-ну, не плачь. Вы могли просто вместе заснуть. С кем такого на пьянках не случалось? 

— Я его не знаю! — Настя продолжала рыдать. — Кажется, он был вчера на тусовке, но я лично с ним не знакома. Он ещё дрыхнет, и я не понимаю, было у нас что-то или нет. Я не помню и мне… Страшно. Пожалуйста, скажи Артёму, чтобы он забрал меня. У меня пиздецки болит нога, и мне нужно в травмпункт. Я не могу уйти сама. 

Артём встрепенулся и резко встал со своей импровизированной кровати. Кирилл был не в меньшем шоке. В конце концов не каждое утро тебе звонит до истерики напуганная девушка, которая в пьяном угаре могла стать жертвой изнасилования. От одной этой мысли волосы на голове вставали дыбом, и Кирилл не представлял, насколько отстойно, должно быть, Настя себя чувствовала. Хоть Кирилл и видел её нечасто, он вполне себе знал, как вызывающе она одевалась, и не раз был свидетелем её ссор с Артёмом на этой почве. Тем не менее он не относился к разряду тех мужланов, которые считали, что в акте насилия виновата исключительно девушка, своим внешним видом провоцирующая окружающих на поползновения в свою сторону. Как бы Настя ни красилась и что бы ни носила, это едва ли давало другим право что-то делать с ней против её воли, поэтому Кирилл мог только посочувствовать ей. Пообещать, что ревнивый Артём простит измену, пусть и недобровольную, он не решился, но ободряюще сказал:

— Я передам всё Артёму, и он за тобой придёт. Успокойся и жди его. 

— Спасибо. 

Настя сбросила звонок, и Кирилл тяжело вздохнул. Ему было жаль её, но за своего друга он переживал не меньше. От услышанного, как казалось Кириллу, Артём должен был ощущать себя едва ли лучше, чем сама Настя.

Вот только вставший с постели Артём не только не стал собираться, чтобы отправиться выручать свою девушку, но и выглядел вполне себе спокойно. Он сидел за письменным столом и задумчиво покручивался на офисном стуле, смотря в окно. Пол-оборота туда. Пол-оборота обратно. 

— Что-то ты не особо торопишься. 

— А с чего бы мне торопиться и вообще куда-то идти? Мы с ней расстались, поэтому её проблемы больше не имеют ко мне никакого отношения. Так что зря ты её обнадёжил.

Кирилл вздрогнул. Ещё вчера, когда Артём ушёл к Насте, он грезил о том, чтобы они порвали. Так в общем-то было всегда. Не то что бы Кирилл завидовал тому, что у друга были отношения, а у него нет, или же сильно обижался на то, что Артём предпочитал проводить время с Настей, а не с ним. Скорее Кирилл думал, что Артём был достоин кого-то получше. Как минимум того, с кем бы он регулярно не скандалил и не имел поводов постоянно ревновать. Но эти мысли всегда очень быстро улетучивались, стоило только Артёму снова прийти после ночёвки с Настей в «Весёлую таксу» и перекинуться с Кириллом парой фраз. Может, Кирилл и фантазировал о прекращении этих отношений, однако всерьёз не желал другу ничего, что могло бы сделать его несчастным. Заявление Артёма о том, что у них с Настей всё закончилось, и безразличие, с которым оно было сделано, в сложившейся ситуации ввели Кирилла в ступор. Он открыл было рот, чтобы попытаться вразумить друга и убедить его в том, что Настя действительно нуждалась в помощи, но Артём во избежание нравоучений спросил:

— Насколько, по-твоему, у неё должна болеть нога, чтобы она сама даже с кровати подняться не могла? Смахивает на откровенный пиздёж, а ты, наивный, веришь всегда всему. Она реально вчера растянулась в коридоре, ну, и что с того? Если до койки с каким-то чуваком доползла, то и до дома доползёт. И до травмпункта, если надо. 

Кирилл ошарашенно смотрел на друга. Иногда он вообще его не понимал. 

— У неё может быть шок, и ей нужна сейчас поддержка. К тому же, как ты выразился, доползти до койки она вообще могла не сама, её могли туда затащить. Ты же сам всё слышал. 

Артём развернулся в сторону Кирилла и перестал крутиться на стуле. 

— Слышал. А ещё я вчера достаточно видел, чтобы сказать, что она не была такой пьяной, чтобы совсем лыка не вязать и ничего не соображать. Даже если она ещё догналась после моего ухода, сколько нужно выжрать, чтобы не помнить, отымели тебя или нет? 

У Кирилла не было слов, и он нервно покусывал сухие губы. 

— Послушай, хоть вы и расстались, но неужели она и её чувства совсем ничего для тебя не значат? 

— Так и есть. А ещё я предпочитаю не забивать себе голову траблами людей, которые, как ни крути, сами нарываются. Ведёшь себя, как шлюха, так и чего удивляться, что к тебе относятся так же. 

Кирилл не стал больше ничего говорить. Он вылез из-под одеяла и стянул футболку, в которой спал. Он подошёл к шкафу и стал искать в нём свежий свитер. 

— Матери Терезе скинуть адресок, куда идти? — хмыкнул Артём, наблюдая за тем, как Кирилл одевается. 

— Скинь.

Артём откинул голову на спинку стула и снова начал покручиваться на нём. 

— Знаешь, что… Раз уж ты решил поиграть в спасателя, попробуй выяснить, переспала она там с кем-то или нет. Вдруг её сосед по койке более острой памятью обладает. 

Кирилл бросил злой взгляд на друга. Он редко выходил из себя, но сейчас он бы с радостью пару раз вдарил Артёму, чтобы вставить ему мозги на место. Холодность и полное равнодушие друга к девушке, с которой тот провёл ни много ни мало месяца четыре, вызывали у него мурашки.

— Если тебе это так интересно, выясняй сам. А я просто её оттуда заберу. 

Кирилл ушёл, оставляя Артёма крутиться на стуле в одиночестве. Артёму на самом деле было всё равно, переспала ли Настя с кем-то или нет. Взаимоотношения с людьми он всегда обрывал довольно просто, если уже решил, что ему с кем-то не по пути. Однако всё то, что говорила Настя во время своего звонка, показалось Артёму любопытным. Крайне любопытным. 

Когда он ночью матерился и в каком-то непонятном порыве, который чёрт знает с чего появился, вспомнил о подобранном блокноте, его охватило неконтролируемое стремление спустить весь роившийся в мыслях грязный поток на бумагу. В волшебную силу сублимации он не верил, но проораться ему до одури хотелось. Кирилл для этого не особо подходил, потому что наверняка принялся бы его утешать, а его жалость Артёму не требовалась. Ему всего лишь нужно было справиться с одолевавшим его гневом и ничего более. 

Размышляя над тем, что именно он настрочил в приступе злости, Артём распахнул блокнот и вчитался в кривые буквы, чтобы удостовериться в том, что накануне не бредил и написанное ему не приснилось. В общем-то он был почти на сто процентов уверен, что это был не сон, но сказанное Настей дало ему повод усомниться в собственном адекватном восприятии реальности. 

«Надеюсь она навернулась так что сломала ногу. Зачем спрашивается надо было начинать встречаться со мной чтобы продолжать вертеть перед всеми задницей и показывать сиськи направо и налево? Бесит. Бесит. Бесит. Видимо её реально должны отыметь во все дыры чтобы до неё дошло какая она дура. Дура и дешёвка. Ненавижу. Как представлю что она с кем-то ещё спала пока мы были вместе мерзко становится. Что она о себе возомнила и какого хуя она думала что у неё хватит мозгов водить меня за нос?! Грёбаная шлюха. Она должна получить по заслугам…».

И так далее и тому подобное. Артём закрыл блокнот. 

Прочитав свой абсурдный высер, как он сам его окрестил, Артём тупо уставился в окно. После сна в нём не осталось и капли ненависти, испытываемой ранее. Он отлично помнил, как пришёл ночью и был готов рвать и метать, но от прежних ругательств и брани после пробуждения не осталось и следа. Ему было очень спокойно, и все бушевавшие в нём эмоции улеглись. Полный штиль. 

Любопытным же Артёму представилось то, что написанное больно уж совпадало с тем, что Настя наговорила Кириллу. Конечно, он всерьёз не считал, что девушка сломала ногу или подверглась насилию, но насколько иронично было бы, если бы это на самом деле произошло? Тогда бы он мог назвать себя пророком. 

Артём ухмыльнулся. Он осознавал, насколько бредово было связывать написанное с действительностью, поскольку ничем, кроме как совпадением, такое стечение обстоятельств быть не могло. Но всё-таки ему было интересно, отымели ли Настю во все дыры, как он об этом написал, или нет, поэтому он рассчитывал на то, что Кириллу всё же удастся что-то узнать. В любом случае, что бы там ни было, девушка явно начнёт больше думать головой после пережитого неприятного пробуждения.