Оборотень по объявлению. Судьбоносный песец

— Кто она? Можно посмотреть? — Майконг изнывал от нетерпения.

— Теперь можно многое. Ну-ка, давай-ка взглянем… — Глава лис ковырялся в данных.

— Миленькая! — оценил по достоинству появившуюся на экране фотографию Майконг.

— Послушаем ее голос? — Макс подмигнул.

— Приятный. — Саванный лис находился в раздрае. Радоваться ли за песца? Сочувствовать?

— А что с данными? — вдруг нахмурился лидер лис. — Ого… Вот и обратная сторона медали.

— Что там? Что? — засуетился Майконг.

— Ипотека, кредиты, долги. Черная метка у коллекторов. Никакой недвижимости. Никаких сбережений. Карта передвижений по городу хаотичная. Работала ветеринаром, теперь же нигде не задерживается дольше полутора часов. — Голос рыжего лиса становился все глуше.

— А сон? Она же где-то спит? — не унимался Майконг, знатный ценитель царства Морфея.

— Похоже, что нет. Ты знаешь, что значит черная метка? — поднял взгляд рыжий лис.

— Нет.

— Что ты больше не жилец. Тебя со света сживут, — пояснил Макс, который много знал о жизни обычных людей.

— Тогда чего мы ждем? Давай ему скажем! Как раз гон от задницы отойдет. В драке энергию сбросит, потом в постели...

— Подожди! Смотри внимательней медданые. Она на учете у психиатра. Даже лечение проходила, — показал пальцем в экран лис.

— Абзац, — осел на скамью для штанги Майконг.

— Еще какой.

— Что будем делать? — Саванный лис озадаченно посмотрел на песца, которого продолжало колбасить от гона.

— А что делать? Давай сотрем, пока уведомление выше не стукануло и не подключился психолог. А Никсу потом расскажем, как гон отпустит. Пусть сам решает.

— Жестоко. Может, ему лучше и не знать. Если сам решит прогнать данные — узнает. Нет, так и к лучшему? — спросил Майконг.

— Ох, не знаю. Но пока точно надо удалить результаты, — решил Макс.

Через три часа песца отпустило при помощи сугроба и едритовой матери. После ледяного заплыва Никс принял душ, переоделся и пошел на выход под дулами двух удивленных взглядов.

— Никс, нужно поговорить, — окликнул Макс.

— Я тебя найду, когда вернусь. — По одному взгляду песца стало понятно, что на торг он не пойдет. Настроение после приступа гона было воистину дерьмовым.

— Что-то срочное? — напрягся глава лис.

— Звонили по объявлению. Я и так припозднился, — слегка поморщился песец, пятерней укротив пепельные волосы. Еще мокрые после душа, они послушно легли согласно задумке хозяина. Правда, стоило тому убрать руку, как волосы снова хаотично восстали.

— Что не сказал раньше? Давай назначу замену. Тебе нельзя в таком состоянии в город.

— Там нужен я, — скромно сказал Никс, и всем стало ясно, что возникла необходимость в физической выносливости и силе песца.

— Нужна помощь? — лениво спросил Майконг, заранее зная ответ.

— Любите сугробы? — На вопрос Никса два лиса синхронно скривились. — Тем более приступ прошел, еще несколько часов спокойствия мне обеспечено.

— Так бы и сказал, что нет, — проворчал глава.

— Повышать репутацию нашего клана я предпочитаю в прекрасном одиночестве, — араписто улыбнулся песец и вышел.

Макс вздохнул, а потом попытался надавить взглядом на Майконга:

— Майконг, раз ты свободен, то у меня и для тебя есть заявка.

Саванный лис невозмутимо покачал головой:

— Я безответственный, мне нельзя даже репутацию девушки доверить, не то что клана.

— А придется. Будешь прокачивать скил защитника. Надо же когда-то начинать.

— Этот навык дается мне хуже всего. Брось неблагодарное дело. — Прекрасное лицо Майконга сморщилось от неохоты, но даже это не портило внешности саванного лиса.

— Когда-то надо начинать, Майконг. Надо. Раз лисы не отозвались на миссию от совета оборотней и не помогли с Бродячими, хотя бы на звонки по объявлению мы должны реагировать.

— Может, ты сам? — это была последняя попытка, но очень театральная.

— Я не справлюсь, — неожиданно сообщил глава лис.

Майконгу до этого момента казалось, что не существует дел, которые не были бы по плечу Максу. Все поддавалось тому рано или поздно, потому что основное качество главы — упорство.

Теперь предложение выглядело куда интересней. С каким это делом боялся не справиться глава лис?

Майконг поднял голову, ощущая странное предвкушение.

Никс

Сейчас. Переулок города

Я слышал дыхание девушки даже в сугробе. Странно, но я не мог отделаться от ощущения, что вылетать и захватывать мне нужно ее, а не этих трех давил. Каждое ее движение, словно шуршание мышки под слоем снега, ставило все инстинкты на уши.

Я даже выскочил сначала в сторону девушки и лишь невероятным усилием воли повернул к болтливым шкафам.

Дураки. Думают, протеиновые коктейли делают их крепче и внушительней. Только белком несет за километр, на практике лишь громче падают!

Одной левой начал игру, раскидав живые кегли, и замер.

Запах девушки дразнил ноздри. Хоть от нее и пахло всеми животными разом, отправляя обоняние в нокаут, что-то не давало мне успокоиться. Я снова и снова втягивал воздух и до зуда в руках желал смыть с нее всю эту сурикатово-кошко-собачью шерсть.

Она что, в зоопарке работает? Почему так несет зверятиной?

Длинные белокурые волосы покрылись инеем от ее частого дыхания. Светлые глаза смотрели на меня с надеждой и мольбой. Стоило мне поймать взгляд девушки, как по моим венам словно пустили кислород. Трое придурков слились для меня со стенами. Один взмах ее ресниц — и я не заметил, как спрятал ее в сугробе, а сам встретился с дубинами и кастетами врагов.

Кира

Это было фантастически быстро и завораживающе. Лучше идеально поставленной боевой сцены прославленного режиссера. Создавалось ощущение, что мой герой состоит из мышц и смелости, а противники — из пуха и трусости.

Правда, я совсем не обрадовалась сугробу и тому, как он меня закопал в нем. Но оказалось, что здесь спокойней, чем на утоптанной дорожке переулка. Интересно, во сколько мне обойдется эта защита? Мы же даже не обговорили это, когда я обратилась по объявлению.

Не иначе как от отчаяния я откликнулась на объявление, гласившее: «Необычные мужчины — хитрые лисы, найдут выход из любой критической ситуации. Звоните прямо сейчас!»

Я оставила запрос, где на эмоциях излила душу. Это был мой момент слабости, за который очень стыдно. Я даже была рада, что в ответ получила тишину. Молчание лишь подтвердило мои догадки о розыгрыше — уж слишком нестандартным было объявление. Как можно поверить листовке на улице?

И вот сюрприз: необычный мужчина действительно решал мои проблемы. Но как он меня нашел? Неужели в современном городе действительно невозможно скрыться?

Янтарные глаза защитника блеснули в темноте, словно у хищника. Небрежная улыбка победителя неожиданно быстро стерлась с лица. Ровные графитовые брови взлетели, и блондин резко втянул воздух, словно пес, и повернул ко мне голову. Я даже от снега перестала отряхиваться.

Из вытяжки в стене валил пар и доносились ароматы пищи. Неужели в такой ситуации можно испытывать голод? Он вел себя так, будто каждый день делал из негодяев оладушки.

Враги застонали, но мужчина словно не слышал их. Повернулся ко мне лицом, а к ним — незащищенной спиной.

Наши взгляды встретились, и морозный воздух стал пожаром в легких.

Защитник сделал импульсивный шаг вперед, плечи пригнул к земле, взгляд попытался сделать кротким, но он был словно у лисы из басни про сыр.

Мой взгляд зацепился за одного амбала, который достал нож и стал подниматься.

— Осторожно! — взвизгнула я и с открытым ртом наблюдала, как кинжал полетел прямо в меня.

Блондин резко выкинул руку в сторону, и лезвие вошло в его ладонь по самую рукоять. Ледяной блеск клинка был ничто по сравнению со стальным бликом глаз. Блондин странно сжал зубы, приподняв губы, будто ощерился — наверное, от боли. А тем временем на снегу расцвели красные лепестки крови. Всего три, а дальше снежный вихрь унес нападавшего и вставил головой в вытяжку в трех метрах над землей. Черные ботинки торчали словно белые флаги поражения.

Ух ты!

И тут двое других злодеев стали подниматься. Один медленно тянулся к пистолету, второй — к мощному, судя по размеру, электрошокеру.

Защитник один, а амбалов — двое, да еще вооружены до зубов. Справится? Вряд ли!

Наверное, у него адреналиновый шок после ранения в руку, вот и включил режим супергероя.

— Бежим! — Я схватила мужчину по объявлению за руку и потянула из переулка. — Успеем ускользнуть, пока эти шкафы поднимаются.

— Я никогда не сбегаю, — ловко закружил меня вокруг себя незнакомец. Руку освободил, а сам обхватил меня за плечи. Мои длинные светлые волосы обвили его шею, и он прикрыл глаза. Глубоко втянул воздух и вдруг словно подавился им. Будто что-то встало в его горле, мешая нормально дышать.

У него аллергия? Знаю, что у меня даже одежда пахнет кошатиной после последней подработки. Может, начался аллергический отек?

— Эй, вы в порядке? — спросила я, освобождая его из захвата волос. Двое амбалов приближались. — Надо бежать!

Защитник резко открыл глаза, и они были какими-то шальными. А я не могла прекратить изучать его лицо. Нос большой, ровный, с высокой переносицей. Ушки маленькие, слегка торчащие. Глаза с устремленными вверх внешними уголками казались какими-то нереальными, словно прорисованными в манге.

— Берегись! — крикнула я, когда на нас бросился с электрошокером самый молодой из троицы.