Скай

Дайпало. Давным-давно стая волков встретила в горах жеребёнка, отбившегося от табуна, пегого, с красной гривой. Жеребёнок хромал, и волки решили, что он станет для них лёгкой добычей. Была ранняя весна, и у волков от голода подвело животы. Они обступили жеребёнка, роняя слюну с клыков и сверкая глазами. Они были в своём праве, ведь каждое живое существо хочет жить, не только жеребёнок, но и голодные волки. Но Старая Женщина, увидев это с высоты утёса, на котором стояла, пожалела жеребёнка и дала ему силу священного Белого Коня, хозяина табунов.

Волки кинулись на него, но рухнули наземь от ударов его копыт. Едва это случилось, жеребёнок в ужасе поскакал прочь в пустыню. Он так и не понял, что произошло, кроме того, что теперь спасён. Удержать дарованную силу жеребенку не удалось, но на его копытах навсегда запеклась кровь. Кцедаба.

* * *

— Вон тот пацан, сопляк стриженый, говорит, что ищет тут работу. Тебя спрашивал, то есть того, с кем можно это обсудить, — хриплым полушёпотом сообщил Майк подошедшему Вождю. Полотенце в его массивной руке казалось носовым платочком, а это было даже трогательно.

Скайхок повернул голову к противоположному концу стойки, где сидел незнакомец. Словно почувствовав его взгляд, парень с досадой отодвинул свой стакан — так резко, что тот проехался по вытертому исцарапанному пластику.

— Здесь вообще наливают что-нибудь приличное? — его громкий и раздражённый голос прорезал гомон, царивший в клубе.

На миг повисла тишина.

— Кто-то там недоволен той бычьей мочой, которую ты ему налил, Майк, — чуть растягивая слова, прокомментировал Скайхок и как ни в чём не бывало присел на высокий табурет.

Он понимал, что мальчишка нарочно нарывается на драку — и это будучи жеребёнком в волчьей стае. Хочет привлечь к себе внимание и показать, чего он стоит? Отличный способ, но довольно рискованный, с лёгкой усмешкой подумал Скайхок.

Что ж, оставалось только поглядеть, каков малец в деле… и постараться не допустить, чтобы Майк его укокошил.

* * *

Дайпало. Некогда в горах жило множество волков. Ночью волки приходили к охотничьим кострам и рассаживались вокруг них в темноте, как старики у костра Совета. Но потом власти стали давать за каждого убитого волка награду, и зверей истребили. Скоро о них не останется и памяти… Кцедаба.

Заметив человека, неспешно спускавшегося по лестнице, Юта прислушался к своей чуйке. Пресловутый Скайхок, Вождь? Да, похоже на то.

Он был немногим старше и немногим выше Юты, но казался куда мощнее и внушительнее — всё равно что кугуар против рыси. Его длинные чёрные волосы свободно рассыпались по широким плечам, тёмные глаза под тяжёлыми веками смотрели внимательно и спокойно. Одет он был совсем просто — в голубую джинсовую рубаху, поношенные джинсы и высокие ботинки. Никаких цепей или кожаных напульсников, которыми так любили щеголять байкеры, Юта не заметил. И — никакого оружия. Но от него так и веяло спокойной уверенной силой, как от гранитного утёса, одиноко высящегося в предгорьях.

Видя, с каким уважением и даже почтением остальные расступались перед ним, Юте не нужно было быть аналитиком, чтобы распознать вожака. Он невольно напрягся под изучающим взглядом его прищуренных глаз, по спине его прошёл озноб.

Этот Вождь не собирался утихомиривать своего бармена? Наоборот, подначивал его? Хотел развлечь своих Волков и посмотреть, на что способен пришлый чужак? Что ж, Юта мог ему это показать — прямо здесь и сейчас. И ему, и засранцу Майку, и всей остальной кодле.

Майк воинственно пошевелил бородой, когда босс с усмешкой указал ему на Юту. Он рассерженно хлопнул полотенцем по стойке и, несмотря на свои немалые габариты, почти мгновенно очутился рядом с Ютой, нависая над ним, как башня:

— Тебя что-то не устраивает, сосунок?

— Ага, — преспокойно отозвался Джон, не поведя и бровью. — Сам пей свою пакость. Налей мне лучше пива, будь хорошим мальчиком.

После таких слов половина бильярдистов бросила катать шары и повернулась к стойке. В баре даже наступила относительная тишина, когда заинтересовавшийся происходящим народ перестал галдеть. Побагровевший Майк запыхтел, как паровоз, готовящийся отойти от перрона, и извлёк из-под стойки биту, со стуком опустив её рядом со стаканом скотча.

Кот Томми, тоже несмотря на свои габариты, мгновенно скрылся под стойкой.

— Ты хорошенько подумал, щенок, прежде чем хаять мою выпивку? — гаркнул Майк.

— Хочется же нормального пойла, а не жидкости для промывки карбюратора, — почти доверительно поведал ему Юта. — Давай, малыш, признай уже, что выпивка дерьмовая.

— Малыш?! — взревел Майк, вскинув биту.

Байкеры возбуждённо загудели, девицы так же возбуждённо заойкали. Но никто из них не встал между Скайхоком, невозмутимо восседавшим на табурете у одного края стойки, и мизансценой, разыгравшейся на противоположном её краю, чтобы не загораживать боссу обзор.

— Надери пацану задницу, Майк, но не покалечь придурка, — спокойно распорядился Скайхок, и на миг его насмешливый взгляд встретился с дерзким взглядом Юты.

Юта даже слегка улыбнулся краем плотно сжатых губ.

Ладно же…

Бита летела Юте прямёхонько в левый висок, а он лишь небрежно и легко увернулся, что взбесило Майка сильнее, чем наглая усмешка, искривившая пухлые губы сопляка. Как маятник, бита полетела обратно, и всё повторилось снова. Только в следующее мгновение Юта оттолкнул свой табурет, крепкой хваткой вцепился в запястье бородача и пригвоздил к стойке его кулак с зажатой в нём битой, выкрутив его так, чтобы бита вывалилась на пол. Перегнувшись через стойку, он достал себе бутылку пива и даже отсалютовал ею офонаревшему Майку. Казалось, что победа за ним, но Майк свободной лапищей вырвал у Юты бутылку и грохнул её об стойку так, что вверх взметнулся фонтан осколков и пены.

— Пойло здесь подаю я! — прорычал он, прежде чем высвободиться из хватки парня и коротко, почти без замаха, врезать ему кулаком в челюсть.

Тут-то Юта и оплошал, не успев отклониться. Всё, что он успел, —подумать: «Вот дерьмо!»

От зуботычины Майка челюсть у него сразу онемела чуть ли не до самого кадыка, а в ушах зазвенело. Нижняя губа лопнула и закровоточила, он покачнулся, отлетев назад и опрокинув табурет, но всё-таки удержался на ногах. Вопли толпы доносились до него словно сквозь слой ваты. Он мог бы ответить Майку смачным хуком справа, как его учили на ринге академии. Но вместо этого, яростно выматерившись, он вскочил коленками на стойку, ухватил бармена за грудки и принялся отвешивать ему оплеуху за оплеухой. Со стороны это выглядело так, будто дикий кошак напал на медведя.

Майк гневно взревел — и вправду как атакуемый медведь. Вырвавшись, он опрокинул Юту спиной на стойку и проволок по ней, сметая на пол грязные стаканы, кружки с недопитым пивом, блюдце с мелочью, пепельницу... пока Юта не достиг того места, где продолжал спокойно сидеть наблюдавший за этим цирком Скайхок.

У Юты гудела голова, и рябило в глазах, но потягивающего пиво босса, хоть и вверх ногами, он углядел. Всё, что ему оставалось — это выдавить ухмылку и даже приветственно пошевелить пальцами. Вот только паскуда Майк снова замахнулся, целясь ему в печень, и Юта обречённо понял, что не успевает, не успевает увернуться!

— Хватит, — прозвучал над его головой повелительный голос Скайхока, и Майк тут же опустил занесённый кулак. — Я тебе что сказал? Врежь ему, но не калечь. Ты не услышал?

В его голосе лязгнула сталь.

— Да этот мелкий говнюк тут вон сколько добра перепортил, — пробубнил Майк, неловко переступая с ноги на ногу.

— Ты сам его башкой да задницей всё перепортил, — невозмутимо уточнил Скайхок, по-прежнему обращаясь только к Майку и словно не замечая Юту. — Май-о, ну ладно. Прибери тут и налей парню пива. Он дурак, но не трус, и… — Скайхок открыто усмехнулся. — И понимает толк в выпивке.

Грохнул общий хохот. Девчонки, блондинка и давешняя рыжуля, подмигивающая Юте, подобрались было к стойке, поближе к чужаку и боссу, но Скайхок поднял бровь, и обеих как ветром сдуло.

Он снова отпил из своей кружки.

Юта слушал его твёрдый голос, помаленьку очухиваясь после таких покатушек. Он прокашлялся и наконец слетел со стойки, утирая разбитый рот тыльной стороной ладони.

— Меня зовут Джон Юта, — переведя дыхание, громко выпалил он.

— Да кого это ебёт? — огрызнулся Майк, с явной неохотой брякнув на стойку перед ним откупоренную бутылку с пивом.

Джон взял её, запотевшую и холодную, приложил на секунду ко вспухшей губе, а потом победно улыбнулся и с наслаждением отхлебнул из горлышка.

— Твоё здоровье, мудила, — оскалился он, обращаясь к бармену, но к Скайхоку повернулся уже без этого наглого оскала. Глаза его блестели, дыхание сбивалось, жетон болтался где-то на спине, и от него так и разило пивом, залившим ему куртку и футболку.

Скайхок деланно вздохнул, понимая, что разговора с этим взъерошенным длинноногим щенком не избежать. Кивком он указал ему на валявшийся табурет.

Байкеры, сообразив, что представление окончено, и повинуясь властному кивку Скайхока, разбрелись кто куда, вернувшись к прерванным занятиям.

Тем временем Юта, шмыгнув носом, поднял табурет, пододвинул его поближе к концу стойки, где сидел Скайхок, и с облегчением уселся.

— Ты ведь Скайхок? Мне сказали, что у тебя можно найти работу — с железяками возиться. Коротышка Тони сказал, — пояснил он в ответ на вопросительный взгляд Вождя.. — А мне бы такая работёнка не помешала. Я автомеханик.

— Свободных вакансий в моей фирме нет, сынок, — Вождь снова отпил из кружки, отвечая парню насмешливым взглядом. — Набор окончен, ты опоздал. Не говоря уж о том, что я не получал твоего резюме, то есть знать тебя не знаю, а рекомендация этого хряка Тони — для меня пустой звук.

Он легонько стукнул опустевшей кружкой по стойке, привлекая внимание насупившегося Майка. Тот привычно налил боссу новую порцию пива, довольно наблюдая за досадливой гримасой на физиономии обидчика. Юта в замешательстве взъерошил короткий ёжик своих светлых волос.

— Не думал я, что у вас тут такой… жёсткий конкурс. — Он скривил распухшие губы, обводя взглядом бар. — Даже на пенсию никто не собирается? — он напряжённо усмехнулся. — Мне край как эта работа нужна.

Молниеносно выбросив вперёд сильную руку, Скайхок вдруг дёрнул его за цепочку на шее, где болтался солдатский жетон:

— Во Вьетнаме служил?

От неожиданности Джон отпрянул в сторону, глянув на Скайхока исподлобья:

— Нет. От брата достался, — и потянул жетон к себе, выдернув цепочку из пальцев Вождя.

— Значит, сам не служил? Откосил? — резко спросил Скайхок. — Или сидел?

Повадки парня выдавали в нём уличного шпанёнка, с таким нравом не побывать за решёткой тот просто не мог.

— Сидел в Нью-Хэйвене, — неохотно пробурчал Юта, косясь на него. — Три года за нападение… но мужик сам на меня залупался, и потому срок несерьёзный впаяли. — Он вновь оскалился в короткой усмешке. — Можешь проверить, если не веришь.

Конечно, легенда об отсидке экспромтом для него не являлась и в случае чего легко могла получить подтверждение с помощью липовых бумаг ФБР.

Скайхок вздёрнул брови и привычно прислушался к себе: не фонит ли. Было похоже, что малый не врал, да и та ожесточённая безобразная драка с Майком, в которую он ринулся, как бешеный, была типичной для уличного бойца, причём бойца с изрядным приветом, но никак не для копа.

— Брат-то живой? — внезапно спросил Скайхок.

Джон вскинул на него удивлённый взгляд, чуть помолчал и наконец ответил:

— Нет. Погиб во Вьетнаме. Под Дакшоном. Шесть лет назад. Мне восемнадцать было, я как раз сел. А когда вышел, война закончилась, не довелось мне гукам за Пола отомстить.

Скайхок кивнул в знак понимания.

— Так тебе двадцать четыре?

Поначалу он счёл, что парню едва за двадцать, поглядев на его открытую мальчишескую ухмылку. Но выходило, что тот был лишь на шесть лет младше самого Скайхока.

Парень в свою очередь энергично кивнул и живо поинтересовался:

— Это что, можно считать собеседованием? Но у меня так и нет резюме. Я сам себе ходячая рекомендация.

— Май-о, я понял, — степенно произнёс Скайхок. Тёмные глаза его смеялись, но сам он даже не улыбнулся. — Ты и впрямь ходячая рекомендация, особенно после твоего… — он всё-таки не удержался от ухмылки, — твоего парного катания с Майком на стойке, прямо ледовое шоу, — закончил он под смешки снова собравшихся вокруг байкеров. — Но знаешь что, парень? Я не уверен, что ты дружишь с головой. Сдаётся мне, она гуляет отдельно от тебя, сама по себе. А мне нужны люди с головой на плечах и выдержкой. Какого хера ты сейчас сорвался? Отвечай, — в голосе его опять холодно лязгнул металл.

Джон так и вспыхнул, услышав эту отповедь — не только скулы, но даже уши у него залились краской. Но он ответил без колебаний и на удивление рассудительно:

— Мне что, надо было сидеть и ждать от тебя письменного приглашения? Судя по твоим парням, ты не берёшь к себе унылых сопляков, робко глотающих всё, что им подносят… и я не только о выпивке. Если у меня хватило мозгов прийти в твоё логово без оружия, это не значит, что я должен был заискивать перед твоим здоровяком. На что бы я тогда годился? Столы протирать?

Он уверенно посмотрел на Скайхока, не сомневаясь в своей правоте. А потом озорно улыбнулся.

— К тому же скотч и правда был паршивый, уж извини.

— Этим скотчем, — с удовольствием отозвался Вождь, продолжая внимательно рассматривать парня, — Майк угощает только залётных и незваных гостей. Но вообще-то я догадывался, что ты устроил это шоу специально, чтобы показать себя во всей красе. Так?

Улыбка у этого сосунка, открывающая ямочки на щеках и зажигающая огоньки в синих глазах, была просто потрясающая, неожиданно подумал Скайхок.

А Джон так же внезапно подумал, что этому стальному голосу и спокойному взгляду даже он, агент Бюро, готов повиноваться без раздумий. Теперь ему стало совершенно ясно, почему за Скайхоком его люди идут безоглядно.

— Ну да, — с запинкой согласился он, почесав в затылке. — Это плохо? Или у тебя другой принцип отбора? Ну так испытай меня в деле. Я могу чинить байки и тачки. С оружием тоже умею обращаться.

Он выжидательно смотрел в непроницаемые глаза Скайхока, не обращая внимания на пренебрежительное фырканье Майка, который явно хотел этим сказать, что здесь все такие же рукастые.

— Что у тебя за байк? — сдержанно осведомился Скайхок. — Давно гоняешь?

Он вдруг понял, что малец ему по душе — со своей бесшабашной ухмылочкой, ясными глазами и братниным жетоном на шее. Пожалуй, его рассказ был правдой, хотя кое в чём он мог и приврать, чтобы показать себя повыгоднее.

— «Хонда Хок», — гордо поведал Юта, расправив плечи. Его глаза загорелись так, словно он о своей девчонке заговорил. — Стоит у входа. Уже лет семь, как гоняю всерьёз, но на этой кобылке — три года. Байк не новый, но я держу его в форме. А твой зверь? — непринуждённо спросил он Скайхока, словно равного себе. — Не тот ли «Харлей», что на привязи самый большой?

— У вождя всё должно быть самое большое, — кивнул тот пресерьёзно и только потом ухмыльнулся до ушей. Эта мальчишеская ухмылка вмиг преобразила его суровое, с резкими чертами, лицо. — «Харлей», да. «Эйч-Ди Электра». Лелею зверюгу почище бабы.

Мысленно он поставил парню ещё один плюс — о своём коняге тот рассказывал благоговейно, с блеском в глазах, да и коняга был что надо, под стать его собственному.

— У моего дядьки тоже был «Эйч-Ди», — сказал Джон доверительно. — Я дрочил на него лет с двенадцати. Чёрт, вот это байк! Наверное, даже не стоит спрашивать, даёшь ли ты его погонять кому-нибудь. Я сам никого не подпускаю к своей детке.

— Свой байк, как и благоверную, никому доверять нельзя, — хмыкнул Вождь, снова смерив парня долгим испытующим взглядом. — Что ж, Джон Юта… если ты так рвёшься остаться в нашем логове… — он выдержал длинную нарочитую паузу, — то начнёшь свою карьеру в гараже. Прямо с завтрашнего утра. Наш механик погнался за бабой и пропал, так что каждый из нас ковыряет свой байк как может.

Сердце Юты отчаянно заколотилось. Скайхок его взял! Спасибо, хоть не приставил столы вытирать, мелькнуло у него в голове, и разбитые запёкшиеся губы растянулись в счастливой улыбке. Он выиграл первый раунд!

— Ты сейчас поднимешься наверх, — невозмутимо продолжал Скайхок, — и мои крали, — он указал взглядом на девчонок, восседавших на коленях у байкеров, — тебя обшмонают от макушки до пяток — чтобы проверить, нет ли у тебя наркоты… или рации… или ещё какого полицейского дерьма. Мои парни тем временем обшмонают твой байк. У тебя есть последний шанс уйти прямо сейчас, Джон Юта.

Насчёт обыска Джон не волновался. И сам он, и его «Хонда» были чисты, как слеза, от наркотиков или «полицейского дерьма», как выразился Скайхок. Но…

—У меня есть непалёный ствол в багаже, — без обиняков сообщил он, и Скай кивнул, ничуть не удивившись:

— Тебе его вернут… когда придёт время.

Джон ещё раз глянул на девушек и невольно оценил их стройные фигурки и симпатичные мордашки. Вождь даже девиц отбирал очень тщательно, что и говорить. Но всё, что они могли при нём найти — крылья. Татуировку во все лопатки. Это не было знаком принадлежности к чему-либо или меткой. Просто обещание самому себе — оставаться свободным, как птица.

— Расценивать это, как подарок, или их нельзя трогать? — Юта улыбнулся девчонкам и слез с табурета. — Ну хорошо, я не против. Только с байком моим поаккуратнее, — сурово предупредил он. — За него самолично руки сломаю тому, кто его попортит.

— Не переживай за свою зверюгу, — легко откликнулся Скайхок. — Ты тоже с моими кралями поаккуратнее. И да, если какая приглянется, и сама будет не прочь — бери.

Он кивнул подскочившим к стойке и радостно заулыбавшимся девчонкам.

— Пошли наверх, симпатяшка, — пропела рыжуля и даже облизнулась, уставившись на Юту.

Поднимаясь за девчонками по лестнице, Юта чувствовал спиной взгляд Скайхока, но не обернулся.