Любовь = Ветер

- Ах, Леня, так приятно, что ты пришел, - прощебетала Людмила Сергеевна. - Присаживайся.

- А Антон не объявлялся? – поинтересовался Петр Анатольевич.

- Я звонила ему сегодня, - кивнула Яна. – Он сказал, что отправился на показ в Мадрид, так что к ужину никак не успеет.

- Узнаю его плоские шуточки.

- Петя, не начинай, пожалуйста.

- Да, прости. Ну что ж, давай, Люсенька, радуй нас своими изысками.

Людмила Сергеевна расплылась в широкой улыбке и выпорхнула из комнаты. Через минуту она вернулась с немаленьких размеров подносом, заставленным разными яствами. Яна подскочила и стала помогать мачехе расставлять их на столе. Людмила Сергеевна лепетала "Сиди, сиди" и благодарно кивала ей. И как только блюда на подносе закончились, снова выпорхнула.

- Ой, чувствую, что тяжко будет сегодня, - ухмыльнулся Петр Анатольевич, оглядывая заставленный стол.

- Она часто говорила, что скучает по работе, - опять кивнула Яна. - А сегодня, похоже, душу отвела.

- Ну да. Она как услышала, что к нам Леня в гости заглянет, так вдвое больше наготовила. Я надеюсь, ты послушал моего совета и не обедал сегодня, - обратился хозяин дома к гостю.

- Боюсь, что не вышло, ведь сегодня был обед с клиентами, приехавшими с утра.

- Тогда сочувствую нам всем, ведь Люсенька не выпустит никого из-за стола, пока все не будет съедено, - засмеялся Петр Анатольевич.

- Петя, ну что ты такое говоришь? – перепугано возмутилась хозяйка, снова вошедшая в столовую с очередным подносом.

- Шучу-шучу, дорогая.

- В каждой шутке только доля шутки, - тихонько проговорил Лео и украдкой взглянул на хозяйку.

Сидевшая рядом Яна, хихикнула. Улыбнулся и гость. Петр Анатольевич не мог не уловить эту ситуацию и довольно откинулся на стуле. Он был уверен, что свершит задуманное, ведь так он поступал на протяжении всей жизни: постепенно, не сильно давя, иногда схитрив. Еще немного и у него будет зять, о котором он мечтал.

Но вопреки всем ожиданиям Петра Анатольевича, это была первая и последняя взаимность между этими двумя. Леня больше не дурачился. Да и Яна старалась держаться от него подальше, как только все встали из-за стола.

***

- Привет, Тоха. Ну, как ты там?

- Послезавтра планирую вернуться. Привезу тебе кучу подарков. Ты бы видела, какие у них были прически. Такое великолепие цветов, что у меня аж дух захватывало.

- Вау. Классно. Жду не дождусь.

- Я как раз щас фотки просматриваю. Высылаю.

Яна стала просматривать высланные фотографии.

- Зрелище, и правда, потрясающее, - не в силах оторвать взгляд, шептала она. - Как я хочу туда, увидеть все вживую.

- Если так хочешь, могла бы и приехать.

- Как я могу? У меня ведь конец квартала.

- Подумаешь. Ты ж никогда не хотела коротать жизнь офисным планктоном, с чего теперь так рьяно держишься за эту работу?

- Я не могу так подставить Нику. К тому же отец.

- Он никогда не слушал нас. Ему плевать на то, что нам нравится. Яна, ты ничем ему не обязана. Он бросил тебя и твою мать.

- Мне хорошо было жить с мамой. И когда случилось несчастье, он пришел мне на помощь.

- Тоже мне, достижение, – хмыкнул Антон.

- Не стоит беспокоиться. У меня все хорошо.

- Конечно. У тебя всегда все хорошо. И все потому, что ты дура блаженная.

- Не злись, Тоха.

Антон не ответил. Он обиженно отвернулся и не смотрел в камеру, но связь все же не отключил. Яна знала, что он обижен несерьезно и вовсе не из-за того, что она только что сказала.

- Эй, - позвала она, - я тоже скучаю. Но ты ведь скоро приедешь. И я смогу обнять моего младшего братика.

Антон ничего не ответил и через пару мгновений отключил Скайп. Он облокотился на стол и опустил голову. Он и правда, очень соскучился по Яне. Он так давно не видел ее вживую.

Ему было тринадцать лет, когда она появилась в их семье. Просто однажды отец привел эту девочку и сказал, что она его сестра. Девочка была невысокого роста, худенькая и очень живая. В отличие от высокого, крепкого и угрюмого Антона. Яне было уже семнадцать лет, а она была ниже и меньше брата. Они сразу сдружились, ведь парень не воспринимал ее как старшую сестру. Она легко втерлась к нему в доверие, выведала все тайны и открыла его настоящую натуру. Антон был художник. Ему так нравилось исследовать мир, сочетания его цветов и форм. Отец же с самого детства воспитывал его как будущего приемника. Прагматичного, хитрого, сильного. Все естество парня сопротивлялось этому. И оттого он был угрюм. Но с появлением Яны, Антона как будто подменили. Он стал чаще улыбаться и ярче проявлять свои эмоции. Он обожал обнимать свою сестру. Он наплевал на желания отца, и как только ему исполнилось восемнадцать, бросил университет, который в свое время рекомендовал отец, и поступил в художественную академию в Милане, обучение в которой было свободным, что позволяло ему сдавать экзамены экстерном. Так что все свободное время, Антон посвящал путешествиям и творчеству.

Отец давно перестал снабжать его деньгами, поэтому Антон вынужден был зарабатывать сам. Естественно он не пошел мыть полы или продавать бургеры, он подрабатывал фотомоделью или натурщиком, кроме того, он был хоть и не профессиональным, но довольно хорошим парикмахером. Приезжая в новый город, он находил салон по душе и устраивался туда почасовиком. Вот так и перебивался будущий всемирно известный стилист Антон Ветер. Бывали, конечно, и вовсе трудные времена, когда заработать самому не удавалось, но в таком случае на выручку всегда приходила Яна.

В какой момент он понял, что влюбился в свою старшую сводную сестру, Антон не знал, но то, что это произошло уже довольно давно, понимал прекрасно. И с каждым разом ему все сложнее было сдержать желание не только крепко обнять ее, но и страстно поцеловать. Но Яна, похоже, ничего такого не ощущала. Да и как она могла ощущать такое к младшему брату? Почему же с ним такое произошло?

***

В это утро атмосфера в семействе Ветер была как никогда напряженная. Петр Анатольевич сидел темнее тучи, Людмила Сергеевна суетилась и "кудахтала" больше обычного, Яна сидела красная, как помидор, изо всех сил пытаясь сдержать безудержную радость.

За столом вместе со всеми сидел Антон. Вид у него был нахальный. Он, как мог, храбрился. Парень весь перелет готовился отбивать нападки отца, но вот он сидел с ним за одним столом, но тот не делал никаких попыток зацепить сына, а просто старался забыть о его существовании. И лишь хмурое выражение лица выдавало его недовольство. Ни тон, ни движения не давали повода контратаковать.

Вскоре тарелки сидящих за столом опустели, и завтрак кончился. Антон пошел в свою комнату каким-то неудовлетворенным и напряженным. За ним следом потрусила Людмила Сергеевна. Яна тоже порывалась пойти за братом, но, увидев мачеху, передумала. Ведь она скучала не меньше, а, скорее всего, даже больше, чем Яна, потому, что Антон не связывался с ней по Скайпу и редко звонил.

Увидев в дверях мать, Антон помрачнел еще больше. Конечно, за мамой он тоже соскучился, но все-таки сейчас предпочел бы поговорить с Янкой.

Людмила Сергеевна стояла в проходе, не решаясь войти, а потом и вовсе расплакалась.

- Мам, ты чего? – удивился Антон.

- Ах, Антошенька, как же я соскучилась. Ты совсем мне не звонишь, и на мои звонки не отвечаешь. Неужели ты совсем обо мне не думаешь.

- Ну, ма-ам, глупости не говори. Я отвечаю, когда могу. Что ж поделать, если ты звонишь, когда я работаю или в самолете лечу?

- Да ты все время или работаешь или в самолете летишь, а мне что делать? Как не волноваться? А вдруг с тобой что-то случилось?

- Я уже не маленький, не стоит так надо мной трястись. Возьми пример с отца: он же не трясется и не нервничает.

- Ты не прав, он тоже волнуется.

Антон презрительно хмыкнул. Людмила Сергеевна опустила голову:

- И в кого ты только такой?…

- В соседа, дядю Сашу.

- Ч-что? К-какого Сашу?

- Это шутка такая… - вдруг Антона как током прошибло. - Но что-то ты ее как-то слишком серьезно восприняла, - он решил ухватиться за эту зыбкую надежду. – Мама, – он подскочил и взял мать за руки. – Признайся. Я не буду тебя ни в чем винить. Просто скажи, что тот человек, - кивнул он в сторону двери, - не мой отец.

- Антоша, ну что ты за глупости говоришь? – отшатнулась Людмила Сергеевна. - Конечно, он твой отец.

***

Леонид раздраженно пошарил взглядом по залу. Ее опять нигде не наблюдалось. Кто знает, о чем думает эта раздражающая особа. Она исполняет все его поручения, выполняет свою работу и вроде бы жаловаться не на что. Но то, КАК она достигает успехов. Нормальному человеку провернуть такое не удалось бы, но она закручивает и раскручивает нити ситуации так, как ей заблагорассудится. Она каким-то образом покорила все свое окружение. Все полюбили ее. Все, но только не он. Более того, Лео был в недоумении, почему она так всем понравилась. Что такого в этой бабе?

Генеральный директор снова оглядел зал и тяжело вздохнул.

- Что-то случилось, Леонид Петрович?

От неожиданности мужчина вздрогнул и злобно глянул на раздражающий фактор. Кто же еще это мог быть? Кто еще может так подкрадываться и внезапно возникать?

- Яна Петровна, я искал Вас, - процедил он сквозь зубы.

- Вот как? Я была за сценой. Возникли проблемы с освещением, а электрик подвернул ногу…

- И вы решили самостоятельно настроить свет, - скептически вскинул бровь гендиректор. – Подождать, пока прибудет замена, было выше Ваших сил? Петр Анатольевич не обрадуется, если с вами что-то случится. Тем более в преддверии праздника.

- Замена не прибудет, - буркнула Яна. – Второй электрик на больничном, а вызывать кого-то со стороны, уже действительно нет времени. Зачем Вы меня искали?

- Я случайно узнал, что Вы планируете включить в программу вечера непонятные номера, - Лео достал из кармана пиджака листок и зачитал: - 18:45 – "Витя", 20:10 – "Кирилл", 20:55 – "Лиза и Ко"… 22:40 – "Леха" и, наконец, 23:55 – "Тоха".

Леонид опустил листок и посмотрел на главного менеджера. Она внимательно смотрела на него. "Ну, и…" – читалось в ее взгляде. Пауза затянулась. Наконец, Яна вздохнула, она поняла, что хочет от нее Лео.

- Это номера, которые подготовили наши сотрудники.

- И вы считаете, самодеятельность будет уместна на мероприятии такого уровня?

- Какого такого?

Уши Яны вспыхнули. Она вдруг безумно разозлилась на этого высокомерного индюка и готова была принять бой, чтобы отстоять свою правоту.

- Высокого, - еле сдерживая подкатившее раздражение, выдохнул гендиректор.

- Уровень номеров всех участвующих очень высок, - отчеканила Яна.

- Так почему же они работают здесь, а не строят карьеру артистов? – воскликнул Леонид.

- При чем здесь карьера? Помимо работы у нормальных людей есть еще и другие интересы! – не отступала главный менеджер.

Проходящие мимо останавливались и глазели на них, но ни Яна, ни Леня не замечали их.

- Горлопанить в караоке и дрыгаться на дискотеке?... И после этого некоторые начинают себя чувствовать великими певцами и танцорами. И Вы хотите выпустить таких людей на сцену, чтобы они опозорили фирму перед гостями?! Вы в своем уме?

- Да, что ж ты непробиваемый такой? – в сердцах воскликнула Яна. – С чего ты взял, что они плохо выступят?

- Да как ты смеешь мне "тыкать"?!

- Ути-пути. Подумаешь, важная шишка! Чтобы тебя уважали, нужно относиться к людям по-человечески. А ты только и знаешь, что недовольство свое выказывать. Чего ты прицепился-то ко мне? Что не сделаю – все плохо. Не нравится, как я работаю? К черту, увольняй!

- Да если б я мог, тебя бы тут уже давно не было!

- А если у тебя кишка тонка от меня избавиться, так и не лезь ко мне со своими претензиями!

- Что?! – чуть не поперхнулся воздухом гендиректор.

- Ребята будут выступать! Иначе заканчивать подготовку будешь сам. Посмотрим, как ты один справишься, и куда пошлют тебя "звуковики", когда ты сунешься к ним со своими недовольствами!