Господин дьявол

Спустя месяц

— Всем п-привет. Меня зовут Марина. И у меня вот такая вот проблема… — робко опускаю глаза в пол, сжимаю руки на краях юбки, жутко стесняюсь. — Я до одури люблю своего босса.

— Привет, Марина! — бурные аплодисменты посыпались со всех сторон.

— Расскажи подробней о своей проблеме. Вкратце желательно. Почему ты здесь? — попросила Альбина Иосифовна, мой новый коуч-тренер и психолог.

— Подробней? Хм… — задумалась, прикусив губу. — Я работаю на него всего несколько недель. А вкратце — Он. Сущий. Дьявол.

Зал дружно загудел. Кое-кто даже присвистнул от удивления.

Ещё бы! Это вам не порошочек нюхать, это куда более острая проблема!

Моя проблема действительно уникальна. И я считаю, что мой случай особенный. Вот скажите, пожалуйста, есть ли среди ваших знакомых человек, который бы днём «дрался» со своим шефом, а ночью трахался?

Учитывая тот факт, что шеф ни черта не знает, что он имеет дело с одним и тем же человеком.

— О, как! А вот это уже интересно! — Альбина живенько встрепенулась.

— Но я его люблю! — чуть громче выдала практически с воплем отчаяния.

Да! Люблю гада! Грубияна, неотесанного, властного барана! Который то унижает меня, то ласкает так по-животному, что хочется выть до разрыва гортани!

Именно поэтому я вступила в клуб отчаянных и зависимых. В клуб для людей, страдающих зависимостью. Анонимный. Некоторые вон даже из них наркоманы с приличным стажем. Что я тут делаю? Да тоже страдаю! Потому что больше ничего и не остаётся.

А всё потому, что моя история очень сложная и практически невозможная.

Я веду двойную жизнь. Играю две роли.

Днём — гадкая утка-невидимка, а ночью… вульгарная путана, приторговывающая собственным телом.

— Я трясусь, страдаю, даже локти кусаю! А он меня ни во что не ставит!

Ну вот, понеслось.

К чёрту всё! Накипело! Из меня сейчас прёт, как из водонапорной башни.

Долго же дермецо копилось.

— Браво! — неожиданно Альбина вскочила с места и принялась аплодировать. — Похлопаем за такие искренние чувства! — зал, конечно же, подхватил. — Не держи в себе эту боль, дорогая, поделись с нами!

— Давай, Марина! Мы одна команда, в одной телеге, так сказать. Не сдерживайся, — радушно поддержал темноволосый парень в застиранном свитере с бейджиком «Гриша» и заплывшим лицом, как у гнома.

Гришу разобрали на тренинге прямо передо мной. Он уже вот как неделю не пьёт. А чтобы не сорваться, чтобы как-то отвлечься — вышивает крестиком.

Чудесно! Я прям попала в свою стихию.

А я вот, чтобы не сорваться, когда прихожу домой, избиваю подушку и метаю дротики в фотографию своего персонального Дьявола, которую выдрала из журнала, где он красовался в новеньком смокинге от «Армани».

Мне тоже хотелось ой как нажраться! Ещё давно. С первого дня, как пришла работать в компанию «De.Vil Industry», но некогда было, да ещё и с аллергией на спиртное это было бы практически невозможно. Новый босс меня так загонял, что я порой ни ног, ни рук не чувствовала. А всё потому, что круглосуточно на него упахивалась. Он, правда, об этом не догадывался. Что именно круглосуточно… Он знал меня лично как серую мышь, вкалывающую в его подсобке от заката до рассвета, чтобы оплатить ту треклятую вазу династии «Хрень», которую ему подарил на именины сам Джеки Чан, чтоб его.

А я… Ну конечно же, я её разбила! Когда полезла на шкаф за документами.

Во всем виноват мой маленький рост и «сверхспособность» притягивать неприятности. К тому же вся эта «веселая красота» случилась в мой первый рабочий день.

А в остальном… я была для него, богатого, напыщенного мажора, обычной игрушкой. Днём — «девочка на побегушках», ночью — «девочка, я буду трахать тебя жёстко».

— Не могу находиться с ним рядом, — решаюсь открыться публике. — От его вида меня лихорадит. Не понимаю, что со мной! Я, блин, реально чувствую себя неизлечимым наркоманом! — едва ли не рыдая, все-таки осмелилась пожаловаться «братьям и сёстрам по несчастью». — О, эти глаза… в них хочется захлебнуться! А этот голос… Я бы душу Сатане продала за возможность слушать его каждый день, как любимую песню. Даже на диктофон себе записала и поставила на будильник. А что! Так ведь веселее просыпаться, под «бодрящие оры», звучащие будто из недр самой Преисподней:

«Эй! Фэр! Где тебя черти имеют?! Где мой отчёт! Куссомак! Ты что, в чай соль положила?! Почему он на вкус как верблюжья моча!»

С этими бодрящими фразочками я каждое утро подрываюсь, как солдат на мине, и сон как рукой снимает. Не хуже ведра воды со льдом. В лицо! А на диктофон я записываю его голос, чтобы ничего не забыть… Потому что когда мы с ним… остаёмся наедине и он смотрит на меня сверху вниз… весь такой идеальный, безупречный, холёный… я нахрен забываю, какие он даёт мне наставления на целый день! Потому что просто срываюсь в бездну и лечу, лечу, лечуууу… пока образно не шлепаюсь на скалы и не разбиваюсь насмерть.

Кстати, Фэр — это моя «миленькая» кличка. В переводе с арабского — мышь.

Ещё Господин любит называть меня простушкой или мелкой. Мелкой занозой.

***

Меня колотит, меня подбрасывает, когда он оказывается рядом, когда просто проходит мимо, не говоря уже о том, когда начинает со мной говорить или тем более что-то требовать. А ещё у меня дергается левый глаз. Почему он дёргается? Я никогда раньше не страдала невралгией! А тут у меня буквально с месяц назад начался нервный тик, когда я начала работать в «De.Vil. Industry». В компании, которая занимается поиском месторождений золота и драгоценных камней.

Стоило только мельком вспомнить тот самый коварный образ, те самые тёмные, зачёсанные волосок к волоску волосы, ухоженные руки с золотыми перстнями, увенчанные рубинами, идеально отутюженный галстук, золотые запонки, дорогущие часы, выкупленные у музея… Нахмуренные брови и дикий, пылающий похотью взгляд… У меня снова начались судороги!

Этот мужчина сведёт с ума абсолютно любую женщину! Даже лесбиянку!

Я слышала, что примерно раз в квартал, исходя из статистики, оглашённой в одной местной газетенке, две девушки по всему миру, помешанные на Господине Дьяволе, вскрывают себе вены или прыгают на рельсы.

Сущий кошмар!

Именно поэтому его прозвали... Господин Дьявол.

Красив, как сам грех, и опасен, как сама смерть.

В его крови кипит яд. И, наверное, его кровь имеет особый золотистый оттенок. Потому что кожа Господина Амира смуглая, гладкая, лощеная... на ощупь как кипяток. Ммм... Именно поэтому он такой горячий, такой властный и чрезмерно вспыльчивый. Впрочем, это неудивительно. Если ты наполовину араб и наполовину русский.

Тряхнула головой, сделав несколько частых выдохов по дыхательной практике «Ом», как нас учили на прошлом занятии, пытаясь взять под контроль вскипающие эмоции. Потому что снова начала улетать в эту дурацкую фрустрацию! Потому что сердце уже вовсю билось автоматом в ушах, а в трусиках всё мокрело и горело.

Не думать!

Не думать!

Не думать!

Не думать о Дьяволе, Марина!

Но чем больше себе запрещаешь, тем больше хочется.

Ибо запретный плод… сладок.

— Мариночка, спасибо, что поделилась с нами своими ощущениями! И как ты сейчас себя чувствуешь? Как можешь решить эту проблему?

Вот мы и дошли до самого интересного.

— Понимаете, я не могу уволиться, — пауза, давление в висках… Дурацкий глаз снова подергивается. — Пробовала несколько раз. У меня начинается ломка. А ещё я жутко робкая и неуклюжая. Я разбила его любимую хрустальную вазу, которая стоит намного больше, чем моя жизнь, даже больше, чем, к примеру, одна моя нога, поэтому он теперь точно меня не отпустит. Пока не отработаю всё до последней копеечки. Он очень страшный человек. И очень влиятельный.

Я, когда разбила его паршивую стекляшку, думала, что он меня в окно выбросит. С шестьдесят шестого этажа.

По комнате прокатился вопль ужаса.

Кажется, товарищей наркоманов моя история действительно зацепила.

Но это ещё только начало! Самый перчик ещё впереди.

Вообще, мою жизнь можно превратить в забавный сценарий и снять на его основе бомбический фильм. Так, чтобы получился и юмор, и интрига, и безумный секс, и разборки, и чёрт знает ещё что!

Голливуд отдыхает!

Ну что, перейду-ка я к самому основному.

Ещё несколько глубоких выдохов, поднимаюсь со стула, выхожу в центр круга, в котором обустроилась наша «дружная» компания, и начинаю активно жестикулировать руками.

Страх отступает. Внезапно я начинаю чувствовать некую поддержку. Мне ведь больше некому довериться. А ещё перед тренингом я слопала пол-упаковки успокоительных, поэтому до сих пор держусь стойким солдатиком.

— Понимаете, я как серая мышь. Ношу очки, бабушкины блузки... Но у меня есть секрет. Я веду двойную жизнь. И боюсь признаться в этом своему боссу. Я подписала акт о неразглашении. Потому что я... работаю в закрытом клубе по оказанию интимных услуг.

— О-о-о! — отреагировали участники тренинга.

— И я… я оказываю эти услуги исключительно моему боссу.

— Ва-а-ау! — и снова меня поддержали торжественными аплодисментами.

— Но мой босс… не знает, что забитая «Фэр» и жгучая «Девочка-загадка» — это одна и та же ерунда.

Теперь в комнате вдруг стало очень тихо.

Я их добила!

Сегодня я, блин, “пациент” номер один!

— И с чего у вас все началось? — поинтересовалась Альбина.

— Лучшая подруга предложила работу. Ну я и не смела отказать, так как одной ногой уже была на улице. Родители бросили меня на произвол судьбы слишком рано. Но я всё же успела получить золотую медаль и красный диплом с отличием. А потом меня взяли на работу в крупную корпорацию.

— Секретарём?

— Ахахах! — я засмеялась, и у меня волосы на затылке встали дыбом, — Нет! Что вы! Собачонкой на побегушках!

Если честно, я просто стала его рабыней. Рабыней этого бездушного, всемогущего чудовища!

Он тоже ведёт двойную жизнь. Поскольку в офисе он словно Люцифер из Преисподней. А вечером… в клубе… он настоящий Бог.

— Подруга пообещала мне крупную сумму денег. Один олигарх заказал девственницу на вечер. Обещал «десять К» зелени. Не меньше. С условием, чтобы она была хрупкой и застенчивой. Неумеха, одним словом. А мне очень нужны были бабки. Ну а я дура, что ли, чтобы отказываться? Деньги ведь не пахнут и на обочине не валяются. Особенно такие деньги! Всё, что нужно, всего лишь разок попрыгать на лощеном члене богатенького придурка. Лёгкие деньжонки, не иначе. Но я не ожидала, что мой самый жуткий кошмар окажется настолько… настолько, мать его, безупречным!

Выждала паузу, оценивая реакцию аудитории — по физиономиям присутствующих словно только что потоптались слоны.

И снова продолжила, переспросив:

— Ничего, если я с матами?

Чёрт! А самой капец как курить хочется!

В принципе, я не курильщик, но иногда срываюсь. Не от хорошей жизни, естественно.

— Нет-нет! Пожалуйста! Маты — это ведь тоже часть наших эмоций. Тут, на тренинге, вы можете выражаться так, как вам угодно.

— Я думала, что наша встреча в клубе была разовой. Но потом он вдруг снова захотел меня выебать. И так мы стали встречаться с Господином практически каждую неделю. Я стала золотой жилой для клуба. А в офисе я была для него не более чем половой тряпкой.

— Неужели он до сих пор не догадался?

— Не-а. Я ведь такая разная… Например, в офисе всегда закалываю волосы в пучок, глаза прячу под огромными лупами, одежда — строгая и безвкусная классика, а в клубе… да я... грёбанная Леди Гага!

— Неужели никто из менеджеров по подбору персонала не сделает тебе замечание по поводу имиджа? Всё-таки солидная, видать, фирма.

— Пф-ф, — прыснула. — А зачем? У Господина для «красивой мебели» имеется другая секретарша, которую он выставляет всем напоказ, когда ожидается важная встреча. Меня же он запирает в архиве и заставляет переводить бумажульки с русского на арабский, с арабского на русский и т.д.

Вдох-выдох. Вдох-вдох.

Чувствую, как по пищеводу поднимается лава. Как она шипит и пенится, готовясь прыснуть наружу. Потому что в уме всплывает образ босса и Светочки.

— А ещё… этот сукин сын заставляет меня стоять на стрёме! Пока высокомерный ублюдок ебенит своих секретарш во время ланча! — громкий крик, звонкий топ ногой по паркету — и нервы летят в тартарары.

— Стоп! — Альбина прервала мои перлы, обратившись к участникам тренинга. — Итак, господа! Что вы сейчас увидели?

— Это было типичное проявление ревности! — выдала немолодая шатенка по имени Людмила, что-то усердно чёркая в своём блокноте.

— Бинго, Людмила!

Я почувствовала, как по щекам словно поползли ядовитые крабы, а кожу на лице обожгло кипятком.

Чтоб его! Дьявола этого проклятого!

Мои бурные реакции участники тренинга расценили как типичное подтверждение того, что я… влюбилась.

— А можно мне покурить? — само вырвалось.

— Вообще-то нет, но если другие участники не против, почему бы и нет?

— Нет, не против, — практически все отрицательно махнули головой.

— Отлично! — дрожащими руками нащупываю в сумке заначку с парой пожмяканных папирос, зажигалку. Подкуриваю. С наслаждением делаю первую затяжку и, расслабившись, опускаюсь на стул. — Хотите услышать мою историю? От начала и до конца?

— Конечно! — хором ответили присутствующие, поглядывая на меня с таким любопытством, словно я была не человеком, а хомячком в юбке и с сигареткой в зубах.

— Ну что ж… — выпускаю пряное облако дыма в потолок, стряхиваю пепел прямо на пол, готовясь вновь окунуться в бурлящую бездну прошлого. — Тогда я начну.