Злодейка поневоле

Стражник распахнул двери кареты, и Алиса, опираясь на протянутую руку, осторожно спустилась на землю. Она невольно сощурилась от ослепительного блеска белоснежного камня и, прикрывшись пушистым веером, осторожно направилась к воротам. Как госпожа и предполагала, никто не потрудился открыть их перед гостьей. Алиса обернулась и знаком приказала стражнику удалиться. Тот нехотя забрался на козлы и, подхватив вожжи, развернул карету, и лишь когда Алиса перестала слышать перестук копыт, раздался лязг засова, приоткрылась калитка. В проёме госпожа увидела широко распахнутые глаза на бледном лице толстяка: судя по аляповатой расцветке его камзола, это был младший советник Светлого господина.

Алиса сдержала ухмылку и, придав лицу выражение невинного смирения, склонилась в низком поклоне:

— Милости Светлого господина!

Толстяк икнул от неожиданности и просипел:

— А ты точно Тёмная госпожа, а не переодетая волшебница?

Алиса поспешно прикрыла улыбку веером: как же предсказуемы эти людишки! Младшего советника кто-то дёрнул за шиворот, ворота заскрипели, и створки медленно отворились. Госпожа быстрым взглядом окинула группу старших советников в строгих тёмных камзолах и прикусила нижнюю губу при виде сухонького старика с жиденькой седой бородой.

— Алиса, — прошамкал он, и госпожа склонилась в ещё более низком поклоне. — Как я рад видеть тебя!

Младший брат почившего властителя, старый Ронни, всегда был до неприличия добр, радушен и подслеповат… А ещё он был главным и единственным её козырем в Белом замке.

— Милости Светлого господина, — громко повторила она.

— Поднимись, Тёмная госпожа, — растроганно проскрипел Ронни. — Господин ожидает тебя.

Алиса выпрямилась и, окинув взглядом сжавшихся в ужасе молчаливых советников, ступила на порог замка. Казалось, все вокруг ждали, что грянет гром или растрескается земля, но лишь мягко шуршало шёлковое платье, да шелестел чёрный веер из пушистых перьев, которым Алиса обмахивала себя, спасаясь от полуденной жары. Разумеется, она не рискнула бы нарушить охранное заклинание Белого замка и принести с собой оружие!

Ронни распахнул объятия, и Алиса позволила старому бездетному дядюшке обнять её.

— Долгих лет, — проворковала она принятое в Белом замке приветствие, и вокруг послышались недоверчивые шепотки.

— И тебе долгих лет, — прослезился старик. Вытер выцветшие глаза белоснежным платочком и добавил: — Ах, как тебе идёт синий цвет! Ты выросла настоящей красавицей… Как же давно я ждал этого момента! Ты наконец решила смириться с волей почившего властителя и…

— Милости Светлого господина, — сквозь зубы напомнила Алиса, ощущая, как от фальшивой улыбки уже сводит щёки.

— Ах да! — засуетился старик, подхватил племянницу за локоть и повёл вдоль неподвижного ряда советников. — Я провожу тебя! Как же я рад, что ты одумалась, дорогая! Наконец-то в Дальгонии воцарится мир и процветание!

Алиса улыбалась, сжав зубы, хотя левый глаз её начал уже подёргиваться. Она молила Тень дать ей сил выдержать эту пытку, а пальцами сжимала свой драгоценный веер, секретное отделение в ручке которого в этот день отнюдь не пустовало. Старик бормотал о давно ушедших днях, о властителе, но Алиса не вслушивалась в его слова. Какое ей дело до мёртвых? Она только-только собиралась начать жить… До самой смерти!

— Алиса!

Напряжённый голос Клода так и звенел от ярости, а сам он быстро шёл им навстречу по широкому пустынному коридору. Госпожа мило улыбнулась: не выдержал ожидания в своих светлых покоях! Алиса изящно присела и низко склонила голову:

— Милости Светлого господина!

— Ты не проведёшь меня, Алиса, — грозно рявкнул Клод. — Что ты задумала?

Он застыл в паре шагов от неё, и госпожа натянуто улыбнулась при виде его недоверчивого взгляда: возможно, будет не так уж просто, как она надеялась… Старый Ронни схватил руку племянника и потряс её.

— Пожалуйста, Клод! — умоляюще протянул он. — Не забывай, скоро назначенная дата. Дай Алисе шанс!

— Да сколько ей можно давать шансов? — прорычал господин. — Неужели ты до сих пор веришь, что Алиса изменится? Ронни, посмотри на неё! Она опять задумала гадость… Но в одном ты прав — дата приближается! А значит, на сей раз это будет особая гадость, раз госпожа сама заявилась в Белый замок.

— Давай по-хорошему… — не унимался старик.

— По-хорошему её надо бросить в темницу! — не отступал Клод. — А ключ потерять…

— Воля твоя, господин, — вновь склонилась в смиренном поклоне Алиса. — Но перед тем как я окажусь в темнице, мне хотелось бы ещё хоть раз подняться на одну из высоких башен Белого замка, вспомнить беспечное детство и полюбоваться великолепным видом на Дальгонию…

Ронни склонился перед хмурым Клодом:

— Это невинное желание, и ты можешь его исполнить, господин. Но, если прикажешь, я сам провожу Алису…

— Нет! — сдался Клод. — Ты не выдержишь подъёма. — Он мрачно посмотрел на Алису и, заложив руки за спину, словно всем телом выказывая своё недоверие, сурово кивнул: — Следуй за мной, Тёмная госпожа!

Алиса, приподняв тяжёлые юбки, поспешила за Клодом: дыхание её скоро сбилось, а по спине покатился пот, но она не могла сдаться так просто.

— Ты не веришь мне, — проговорила она, когда Клод слегка задержался у тяжёлой двери, ведущей в башню, — а зря! Я искренне желаю помириться с тобой…

Клод расхохотался и покачал головой так, что тёмные волосы его упали на лоб.

— Ты и искренность — антонимы! — холодно произнёс он. — Знай, я ни на минуту не утрачу бдительности до… Как говорится в Чёрном замке? Ах да! До самой смерти!

— Так ненавидишь меня? — с притворной грустью вздохнула Алиса.

Клод усмехнулся:

— Полагаю, ты ненавидишь меня гораздо больше.

Не дожидаясь ответа, он принялся подниматься по витиеватой лестнице и быстро скрылся за поворотом, а Алиса бросилась следом, стараясь не упустить Клода из виду. Ступеньки бежали вверх, голова уже немного закружилась, но госпожа упрямо продолжала подъём: в башни вхожи лишь благородные господа, и никто не помешает ей осуществить коварный план!

Когда полутьму лестницы пронзили лучи, падающие с открытой площадки на вершине башни, госпожа аккуратно подцепила дощечку на ручке веера, вскрыла потайное отделение и осторожно вытащила продолговатый пузырёк с ядовито-жёлтым порошком.

Клод вышел на свет и, разведя руки в стороны, повернулся к Алисе:

— Ну вот, можешь наслаждаться видом! Только недолго. Не хочу быть с тобой ни единой лишней минуты. — Госпожа искренне улыбнулась Клоду, и тот, уронив руки, нахмурился. — От такой улыбки у меня мурашки по всему телу… Что же ты задумала? Сбросить меня? Сама знаешь, что я сильнее. Отравить? Я с того памятного дня ничего не пью и не ем в твоём обществе. Заколоть? — Он выразительно осмотрел госпожу с головы до ног. — Это единственное, что приходит в голову. Неужели тебе удалось обмануть охранное заклятие Белого замка и пронести оружие? Видать, слухи о том, что ты пленила северную волшебницу, правдивы… Она научила тебя, как обойти заклинания южного волшебника, так? И где ты прячешь кинжал? Под юбкой? В корсете? — Он опустил глаза на пушистый веер и понимающе улыбнулся: — Ну-ка, дай мне это!

Алиса улыбнулась ещё шире и протянула господину веер, и пока тот крутил его в руках, осторожно откупорила пузырёк. Когда Клод обнаружил пустое углубление, она уже высыпала ядовитый порошок на свою ладонь.

— Не угадал! — торжествующе крикнула она. — Неужели Тёмная госпожа будет марать руки кровью? Нет! Вместо этого я отправлю тебя так далеко, где никто никогда не был… И даже смерть тебе покажется лёгкой прогулкой по сравнению с этим!

Клод замер, не сводя настороженного взгляда с порошка на ладони госпожи, а Алиса поднесла руку ко рту и дунула изо всех сил. Порошок взметнулся в воздух. Но тут в лицо ей ударил порыв ветра, и ядовито-жёлтое облако, так и не достигнув Клода, вернулось к Тёмной госпоже и полностью окутало её фигуру.

Алиса вскрикнула, перед глазами у неё поплыл туман, а сердце сжалось от ужаса.

— Нет! Этого не может быть… Так нечестно!

Мир потемнел так быстро, словно время ускорило свой бег. А потом ночь сменилась днём, и снова наступила темень… Свет. Тень. Они сменяли друг друга всё быстрее и быстрее. И в какой-то момент Алиса перестала осознавать разницу. А потом она упала в ничто…