"Моё личное солнце"

Когда-нибудь в жизни любого человека происходит что-то важное, что-то, что отделяет прошлую жизнь от настоящей, как ступенька на лестнице. Это происходит спонтанно, и даже сразу непонятно, что вот он – тот переломный момент, и только потом, оглядываясь назад, ты понимаешь, что именно в тот день жизнь твоя изменилась...

Я открыла глаза и, вспомнив вчерашний вечер, вдруг поняла, что он был той второй ступенькой, снова разделившей мою жизнь. Теперь я убедилась, что Лешка и прочие ребята мало волнуют меня, что появился тот самый, особенный человек, рядом с которым я теряю способность думать, рядом с которым я начинаю только чувствовать. И пусть для меня это было странно и необычно, но я хотела изведать все эти странности именно с ним. Оставалась только одна проблема: я не знала ничего о нем, кроме его имени, не знала, случайно ли он оказался вчера на той вечеринке или его пригласили, но в любом случае Алексей был той ниточкой, которая могла привести меня к нему снова, и я решила не рвать ее, пока не разберусь во всем.

Словно почувствовав, что я думаю о нем, мне позвонил Лешка, и я ответила:

– Привет.

– Привет. Как ты?! Отлично вчера потусили?!

– Да, – прошептала я, понимая, что, разговаривая с ним на одну тему, мы думаем о разном...

– Тогда ты не будешь возражать, если в четверг повторим?

– Нет. Будут все те же? – аккуратно уточнила я, желая только одного: чтобы он утвердительно ответил на мой вопрос и чтобы на будущей вечеринке у меня появилась возможность снова встретить Андрея.

– Да. Но есть одно условие!

Я насторожилась.

– Какое?!

– Ты останешься ночевать.

Я сразу поняла, что он имеет в виду и чего он хочет, но сейчас меня не могло остановить ничто. Наверно, я была слишком упертая и готова была идти к своей цели напролом, но другого варианта встретить запавшего в мое сердце парня у меня не было, и я ответила ему:

– Хорошо.

Я услышала по его голосу, как он оживился, и усмехнулась про себя, думая, что он рано радуется – спать с ним я не буду!

До назначенного четверга я не жила, а существовала. Я бы без угрызения совести безжалостно выкинула все предстоящие до него дни, лишь бы скорее этот четверг наступил, просто потому, что не ценила никакое время в своей жизни, кроме того, что должно было быть связано с Андреем.

Радовало только то, что до четверга надо было подождать не неделю, не три месяца, как в прошлый раз, а всего несколько дней. Думаю, в противном случае Юлька, скорее всего, прибила бы меня за мое нытье.

В четверг я собиралась на вечеринку от подруги (я отпросилась у бабушки к ней на пару дней, не рассказывая о своих настоящих планах). Никто лучше нее не мог сделать из меня конфетку, и я нахально пользовалась ее услугами.

– Ты не передумала?! Ты поедешь туда одна?! – завершая мое преображение, спросила она.

– Да.

– Ты ненормальная! Ты же понимаешь, на что Лешка рассчитывает, приглашая тебя с ночевкой?!

– Я хочу увидеть Андрея! – упрямо выпалила я, но моя подруга лишь фыркнула.

– Если бы он хотел, он бы сам тебя нашел.

– Откуда ему знать, где меня искать?! – вступилась за него я.

Она помолчала, думая над моими словами, а потом заявила:

– Это безбашенно!

– Ну не затащит же Лешка меня в постель насильно! – воскликнула я, успокаивая нас обеих.

– Скорее всего, нет. Но мне все равно это не нравится.

– Я хочу увидеть Андрея, – уже проскулила я.

– Ты просто упертая дура!

Она махнула на меня рукой, понимая, что перепробовала уже все способы достучаться до моего здравого смысла и убедить меня не ездить туда.

– Можешь называть меня как хочешь! – пробурчала я в ответ.

– Но это глупо!

– Возможно! Но я все равно поеду!

Я вышла из электрички на станции Вырица и, пройдя через турникет, пошла по Коммунальному проспекту. До места вечеринки надо было идти примерно три километра, но у меня было достаточно времени, и я, побрезговав брать такси, пошла пешком.

Буквально пройдя сто метров, на перекрестке с Футбольной улицей я чуть не столкнулась с красной машиной, внезапно появившейся на дороге. Приглядевшись к ней, я замерла – это был автомобиль Андрея. Встретив мой взгляд, он улыбнулся и махнул рукой, зовя к себе. Я не стала изображать из себя недотрогу, а тотчас открыла дверь и плюхнулась на сиденье рядом.

– Привет!

Он произнес в ответ «Привет!» со своей широкой, умопомрачительной улыбкой, от которой я превращалась в зомби, и я уставилась на него влюбленными глазами, даже не пытаясь скрыть своих чувств.

– Куда тебя подвезти? – весело спросил он.

– Я шла на вечеринку… – пробормотала я в растерянности. – Я думала, ты тоже…

– Ну, можно и так сказать, – усмехнулся он и, повернув на Коммунальный проспект, повез меня к месту назначения.

Мы ехали молча, и я усиленно пыталась придумать тему, чтобы начать разговор, но никак не могла найти. Он же, казалось, не особо хотел разговаривать со мной, и я решила, что, скорее всего, он даже не помнит, что я – та девушка из троллейбуса, которую в мае он приглашал покататься. Мне было немного грустно от этого, но я понимала, что у такого невероятного парня наверняка нет отбоя от таких влюбленных дурочек, как я.

Чем ближе мы подъезжали к дому, тем отчетливее я представляла, что сейчас какая-нибудь красотка украдет его у меня, а мне так не хотелось этого. Но что я могла сделать?!

– Ты торопишься туда попасть?! – спросил Андрей, указывая на дом, когда он замаячил перед нами.

Я вопросительно взглянула на него, замерев от внезапно возникшей надежды.

– Хочешь прогуляться со мной на пляж?!

Я расплылась в идиотской улыбке, сдавая все свои желания подчистую, так что мое «да» уже и не требовалось.

Он мило улыбнулся мне в ответ, наполняя все мое существо своим теплом и светом. Ну да, конечно, он же был для меня солнцем. Теплым, манящим, притягивающим и таким же недоступным.

Андрей припарковал машину на обочине, и мы пошли в сторону берега. Чем ближе мы подходили, тем волшебнее становилась картинка перед глазами. Река в этом месте разливалась и напоминала небольшое озеро с отражающимися в нем деревьями и облаками, скользящими по течению.

– Ты была здесь когда-нибудь? – спросил он, нарушая молчание.

Я помотала головой.

– Нет. Я живу в Вырице всего два года…

– А где ты жила до этого?

– В Севастополе.

– О… Какой же ветер занес на север южную девочку?!

Я усмехнулась его милым словам.

– Мои родители считают, что в Санкт-Петербурге можно получить более качественное образование.

– Значит, еще и умную.

Я засмущалась и перевела разговор.

– А ты живешь в Вырице?

– Нет. Я из Питера.

Мы пошли по кромке воды и завернули по ней в сторону. Перед нами на высоком берегу предстали необычные сосны – их длинные кривые корни были обнажены обрушившимся со временем берегом и представляли весьма футуристическую картину.

Мы дошли до тупика, остановились и посмотрели друг на друга.

– Мы не встречались с тобой раньше? До того, как ты упала в гараже… – спросил он меня, и я, сглотнув комок в горле, призналась:

– Встречались…

Он внимательно стал разглядывать меня, пытаясь сам вспомнить, как и когда это было, но, помотав головой, сдался:

– Твое лицо мне кажется знакомым, но я не помню, где я видел тебя.

– В троллейбусе… – ответила я и улыбнулась своим воспоминаниям.

Он слегка нахмурился, явно пытаясь восстановить в памяти полученную от меня информацию, и буквально через несколько секунд просветлел и сказал:

– Да. Точно! В Купчино. Девушка, которая не променяла троллейбус на мою тачку.

Он смотрел на меня добрым, чуть насмешливым взглядом, и я растворялась в нем, я тонула и захлебывалась от незнакомых чувств с каждой секундой, даже не сопротивляясь этому.

– Я ехала на экзамен… – еле выдавила из себя я в свое оправдание.

– И как экзамен?! – спросил он, сделав шаг ко мне и убрав с моего лица волосы, которые ветер игриво лохматил и швырял мне в глаза. Я замерла оттого, что при этом он слегка коснулся костяшками пальцев моей щеки. Это невинное прикосновение лишило меня рассудка, и, внезапно даже для себя самой, я накинулась на него, обхватив руками его за шею, и прикоснулась к его губам. Мое сердце заколотилось в бешеном темпе от моего сумасбродного поступка, когда я вдруг осознала, что я сделала. Я боялась и ожидала его реакции. И только когда его руки сомкнулись в кольцо на моей талии, а губы нежно поцеловали мои в ответ, я почувствовала облегчение и растворилась в своих невероятных ощущениях.

Я догадывалась раньше, что поцелуи бывают разные, но мне никогда не приходило в голову, что бывают такие, что заставляют терять реальность происходящего, что уносят тебя куда-то ввысь, и ты паришь над всеми как птица, наслаждаясь этой невероятной возникшей в тебе невесомостью.

Когда мы оторвались друг от друга и посмотрели в глаза, я почувствовала смущение и неловкость. Что он подумал обо мне?! В прошлый раз он увидел меня пьяной, неловко свалившейся на попу, сейчас – бросающейся на него с поцелуями. Я явно не подходила под описание адекватной девушки. Чтобы скрыть атаковавшие меня мысли и внезапно испортившееся настроение, я прошептала «пойдем» и пошла по берегу обратно. Я слышала, что он молча пошел за мной следом.

Мы практически подходили к дому, и я знала, что там, скорее всего, нас разлучат люди и обстоятельства, но из-за своей последней выходки чувствовала себя так скверно, что даже хотела ненадолго расстаться с ним, чтобы прийти в себя и подумать, как исправить эту ситуацию и как дальше себя вести.

Не успели мы войти во двор, как блондинка в очень коротких шортах накинулась на Андрея почти так же, как я минут десять назад, и, не стесняясь, поцеловала его в губы. Сначала я просто не поверила своим глазам и, как кукла, хлопала ресницами, но картинка не переменилась, а стала еще неприятнее – он обнял ее за талию и ответил на него. Я словно почувствовала, что получила увесистую оплеуху. Но вместо того чтобы взять и, гордо подняв голову, уйти, я, как дура, замерла и превратилась в статую.

Господи! Я не думала, что ревность так прожигает. Насквозь! Неужели у него девушка?! Хотя чему я удивляюсь?! Было бы, наоборот, странно, если бы такой красавчик был один. Успокойся! – скомандовала я себе. Чисто формально у тебя тоже есть парень, и ты приехала сюда к нему. Но как-то мне не стало от этого легче, и все доводы были бесполезны, когда я видела, что она целует губы, которые только что целовала я! Я не могла больше этого видеть и не могла оторваться. Наверно, я мазохистка. Непроизвольно я коснулась пальцами своих губ и воскресила воспоминание о волшебном поцелуе с Андреем всего десять минут назад. Значил ли он для него то, что значил для меня?! Нет. Думаю, нет. Скорее всего, он привык, что девочки так на него реагируют, и я была просто очередной сумасшедшей, которая не устояла перед его обаянием и красотой. Эти мысли совсем не радовали меня, но я не хотела себя обманывать и мечтать о том, чего никогда не будет. Мрачная и расстроенная, я наконец оторвала от них взгляд и пошла в дом.

Лешка нашелся буквально сразу. Он был уже прилично пьян, и его глаза светились в предвкушении, но меня это даже не беспокоило. Я послушно выпила протянутый стакан вина и позволила ему поцеловать себя. Он усадил меня к себе на колени и, одновременно болтая с какой-то незнакомой мне парочкой, умудрялся подпаивать меня и бросать мне на ухо неприличные комплименты.

Вечер тянулся сегодня особенно медленно. Скорее всего, оттого, что не оправдал надежд, которые я на него возлагала. Андрея я больше не видела, хотя пару раз искала его в доме и во дворе, и от отчаяния я прикладывалась к вину и выбивала дурь из себя в сумасшедших танцах.

За полночь все постепенно разошлись – кто по домам, кто по комнатам, и Лешка потянул меня за собой. Я безропотно потащилась за ним, мечтая только об одном – упасть в кровать и отключиться.

Мы вошли в какую-то комнату, и он, притянув меня к себе, прошептал мне в рот:

– Я так ждал этого момента.

– Ты о чем? – устало спросила я.

– Я хочу тебя.

От его слов я практически протрезвела.

– Я еще не готова к этому.

– Что?! – зазвенел в тишине его возмущенный голос.

Он явно не ожидал услышать это от меня.

– Я не хочу этого сейчас, – произнесла я то же самое другими словами, надеясь, что до него дойдет их смысл.

– Ты что – издеваешься?! Я приглашал тебя и предупреждал, что условие этой вечеринки, что ты останешься со мной!

– Я и остаюсь… но это не означает секс!

– Означает! И вообще, хватит ломаться!

Он притянул меня к себе сильнее.

– Может, это ты так со мной играешь?!

Я почувствовала, как страх холодком пробежал по моей спине.

– Я не играю.

– Тогда убирайся и ночуй где-нибудь на полу! – зло бросил он и отпихнул меня от себя так, что я отлетела к стене и ударилась.

Несмотря на боль, я сразу бросилась к двери и выбежала из комнаты, пока он не передумал. Пролетев вниз лестничный пролет, я оказалась в пустом зале, но побоялась остаться там, поскольку тут легко было найти меня, и побежала на первый этаж.

Хлюпая носом и жалея саму себя, я открыла входную дверь и вышла на крыльцо, стирая слезы, скользившие по щекам. Вечер, о котором я так мечтала несколько дней, не то что не оправдал моих надежд, а вообще оказался каким-то кошмаром. Я поежилась от холода, вонзившегося в меня, но направилась к калитке и вышла за забор. Фонари горели через один, и было страшно, а до дома далеко. Я тяжело вздохнула и подумала, что идти мне больше некуда, и, развернувшись, пошла обратно.

– Настя! – я чуть не подпрыгнула от неожиданности и вгляделась в темноту, откуда услышала голос. Мне почудилось, что это был голос Андрея, и сердце взволнованно проснулось в груди.

Через несколько секунд я увидела очертания человека, позвавшего меня, и когда он подошел ближе и на него стал падать свет от ближайшего фонаря, я убедилась, что это и правда Андрей.

– Что ты делаешь здесь одна так поздно?

– Я… Я…

Я не знала, что сказать ему.

– Тебя кто-то обидел?

Я шмыгнула носом, вспоминая, как Лешка обошелся со мной, и пробормотала:

– Немного…

– Не грусти, завтра все наладится!

– Надеюсь… – я громко вздохнула. – Но до завтра где-то надо переночевать…

– Тебе некуда идти?

– Да.

– Ну да. Все комнаты заняты, – произнес он фразу, которую я уже сегодня слышала от Алексея, когда он разговаривал с друзьями.

Я снова вздохнула и молча опустила глаза.

– Могу предложить свою кровать! – неожиданно сказал он, и я вздрогнула, взглянула на него, заливаясь при этом краской и радуясь тому, что темнота скрывает мое смущение. Мне было стыдно оттого, что сейчас я думала как раз о его комнате и о его кровати. Может, он читает мои мысли?! Кошмар! Этого еще не хватало!

– Ты неправильно меня поняла. Я уступлю тебе свою кровать, а сам лягу на диване, – спохватился он, по-своему истолковав мое молчание.

Я кивнула. Хотя в душе понимала, что не отказалась бы провести ночь и в его постели. Настя, ты ли это?! Я не узнавала себя, но совсем не хотела сейчас анализировать это. В голове была лишь полученная только что информация, которая будоражила и волновала меня. Я проведу ночь в комнате вместе с ним! Это было даже больше, чем я могла сейчас мечтать! Вечер мгновенно перестал быть ужасным и кардинально поменялся для меня.

Андрей взял меня за руку и потянул за собой. Мои пальцы предательски дрожали от его прикосновения, но я была так счастлива ощущать их тепло кожей, что была готова идти рядом с ним куда угодно. Мы поднялись на второй этаж, завернули за угол, и он открыл дверь комнаты и нажал на выключатель. После темноты яркий свет ослепил глаза, но, когда они привыкли, я смогла разглядеть комнату и убедилась, что там правда находилась большая двуспальная кровать и диван на противоположной стороне.

Андрей достал из шкафа одеяло, подушку и бросил их на диван, а я подошла к кровати и села. Я не знала, как снимать одежду в его присутствии. Я уже подумала лечь так, но он, взглянув на меня, понял мое смущение.

– Я выйду, ты раздевайся и ложись.

Когда он оставил меня одну, я стянула с себя платье и забралась под одеяло. Он вернулся, выключил свет, и по звукам я поняла, что он тоже раздевается.

– Спокойной ночи! – пожелал он, устроившись на диване.

– Спокойной ночи! – эхом ответила я, и, повернувшись на бок, закрыла глаза и буквально сразу погрузилась в забытье.