Отец Моего Партнёра

Алиса Зорина:

Услышав жужжание телефона, я замерла на месте. Но сердце упало, когда я проверила идентификатор вызывающего абонента, и это был не тот мужчина, которого я хотела.

Прошла неделя с той ночи, которую мы провели вместе. За меня, естественно, говорил алкоголь, когда я сказала ему, что не пожалею о том, что произошло между нами.

Потому что на следующий день я пришла домой и выплакала все глаза. Я никогда не думала, что сделаю что-то настолько грязное, как пересплю с другим мужчиной, помимо своей пары. И что ещё хуже, с его отцом. Тот факт, что я это сделала, заставил меня почувствовать себя ужасно.

Я мгновенно возненавидела его и больше не хотела с ним разговаривать. Но эта ненависть через несколько дней переросла в жгучую тоску и желание.

Меня бесконечно тянет позвонить ему, но когда я беру телефон, теряю смелость. И он мне не звонил. Мы также не виделись, и от этого моя тревога только росла.

Заставила думать, что он либо игнорирует меня, либо то, что у нас было, не значило для него достаточно, чтобы поддерживать со мной связь.

Возможно, для него это была просто случайная связь, просто случайный секс. Ничего больше. И хотя я должна была быть в восторге от этого, часть меня сильно страдала.

Поправьте меня, если я ошибаюсь, но разве он не заставил меня пообещать, что я не буду притворяться, что этого не произошло? Так почему же он делал именно это?

Разве он не имел в виду эти слова, когда произносил их? Были ли они сказаны просто для того, чтобы придать моменту остроты? Сожалел ли он об этом так же сильно, как и я?

Возможно, для него это ничего не значило. И для меня это тоже не должно было ничего значить. Но моё одинокое сердце, казалось, жаждало его так, что ничего нельзя было поделать.

Снова уставившись на его номер, я покачала головой, решив не звонить ему. Я вытерла слёзы и спустилась вниз завтракать.

Тимур уже сидел за столом и смотрел в телефон. Но он быстро отложил его, когда увидел меня.

Почему? Разговаривал ли он с Тамарой? Мне было трудно поговорить с ним об этом. Поэтому я не могла. Особенно зная, что я такая же грязная, как и он, связавшись с его отцом.

«Привет, малышка», – сказал он и попытался поцеловать меня в губы. Я незаметно увернулась от поцелуя, и он приземлился на мою щёку.

Я не позволяла ему целовать или трогать меня с тех пор, как всё узнала. Его прикосновения теперь отталкивали меня. И знание того, что он сношался с Тамарой, определённо сделало его менее привлекательным для меня.

Я, возможно, и не буду говорить с ним об этом, но я определённо не собиралась делить его со своей сестрой. Это убило бы тот остаток гордости, который у меня был.

Он отодвинул для меня стул, и я села. Как всегда джентльмен. Вот почему я никогда не могла понять, как он мог мне изменять. Как?

«Сегодня вечером у твоего отца званый ужин», – напомнил он мне.

Да, отец был Альфой стаи Луны. А отец Тимура был Альфой стаи Холмов. Пока он не ушёл на пенсию раньше времени и не передал эту должность сыну.

Мой отец и отец Тимура, Владислав, были друзьями детства, и дружба росла вместе с ними. Вот почему они, казалось, были очень взволнованы, когда я стала парой Тимура.

«Да», – безразлично ответила я, пытаясь поесть, хотя у меня не было аппетита.

«У меня сегодня вечером работа. Так что я просто отвезу тебя туда и займусь ею. Но я определённо буду на вечеринке завтра».

Я снова кивнула. Мне нечего было сказать. Он лгал. Ложь, которая не стоила никаких ответов. Она пыталась заставить меня снова выплакать все глаза.

«Я не голодна», – сказала я и поспешила обратно в свою спальню. Я оставалась запертой до вечера.

Тимур отвёз меня в стаю отца. Мы вошли на территорию, и он ждал на крыльце.

Я вышла из машины и бросилась в его объятия.

«Полегче, малышка», – усмехнулся он, проводя рукой по моей спине.

«Извини».

Но мне нужны были объятия. Отчаянно.

Поприветствовав отца, Тимур уехал. Наблюдение за его отъездом заставило меня почувствовать себя ещё более подавленной.

Мы с отцом вошли внутрь, и там была Тамара со своей матерью, моей мачехой.

«Привет, мама», – обняла я её. Она, возможно, никогда не заполнит пустоту, которую оставила в моём сердце моя мать, когда мне было четыре года. Но она, конечно, была очень добра ко мне, и это много значило.

«Привет, старшая сестра», – Тамара одарила меня своей обычной дерзкой улыбкой. Очень яркая улыбка, которая озаряет самые мрачные сердца. Как кто-то с такой улыбкой может быть таким злым?

И я так сильно люблю её, что не знаю, как поговорить с ней об этом. Поэтому я была вынуждена сдерживать все свои эмоции, и это душило меня. И прямо сейчас я должна быть с ней милой. Хотя это убивает меня.

«Привет, Тамара», – моя улыбка задержалась лишь на секунду и исчезла. Хорошо, что никто не заметил, и отец отвёл нас к обеденному столу.

Однако это были только мы. Других приглашённых не было. Даже… Владислава. Придя сюда, я думала, что увижу его здесь. Но то, что его не было, было одновременно разочаровывающим и облегчающим.

«Ты никого больше не приглашал?» – спросила я отца, садясь рядом с ним.

Тамара села рядом со своей матерью.

«Я пригласил только Владислава», – ответил он, беря столовые приборы.

Я замерла, но быстро скрыла это: «Почему… – мой голос был хриплым, поэтому я прочистила горло. – Почему он не пришёл?»

«Не знаю. Он сказал, что что-то случилось. Что-то, что он не мог оставить без внимания», – отец звучал немного разочарованно.

Я ела молча, чувствуя, как меня разрывает чувство вины. Что, если Владислав отказался, потому что знал, что я буду здесь?

Что, если он чувствовал себя плохо из-за того, что произошло? Что-то, что произошло только потому, что я была навеселе, дерзкой и злобной.

Возможно, Владислав чувствовал себя плохо. Потому что, в конце концов, я была дочерью его лучшего друга. И парой его сына. Он, должно быть, сейчас ненавидит себя.

И я не должна забывать, что именно я инициировала то, что у нас было. Это была я.

«Всё в порядке, дорогой. Он определённо будет здесь на вечеринке завтра», – утешила его мать. Но отец не мог скрыть своей грусти.

Я чувствовала себя так ужасно, что почти ничего не ела.

Наконец, я оказалась в своей комнате, снова уставившись на телефон.

Мои действия той ночью могут разрушить его дружбу с моим отцом и ещё больше разрушить мои отношения с Тимуром, если я не исправлю это. Мне нужно взять на себя ответственность за свои действия. Мне нужно извиниться и успокоить его.

Это была моя вина. Я не должна была бросаться на него. И я должна извиниться за это.

Глубоко вздохнув, я набрала его номер. Меня шокировал тот факт, что он взял трубку после первого же гудка.

«Долго же ты собиралась», – проворчал он.

«Извини, – спокойно сказала я, пытаясь контролировать своё бешено колотящееся сердце. – Я… Я не должна была бросаться на тебя. Извини, если ты чувствуешь себя виноватым. Но тебе не нужно. Это просто случайная связь. Давай… давай просто притворимся, что этого никогда не было. Пожалуйста».

Между нами повисла ледяная тишина. И меня потянуло подумать, что он закончил разговор.

«Ты позвонила, чтобы сказать мне это?» – в его голосе прозвучала резкость. Пугающая резкость. Она вызвала мурашки по моей спине.

«Да-да… – заикаясь, сказала я, сильнее сжимая телефон. – Разве… разве это не то, что ты хочешь услышать?»

«Ты ни черта не понимаешь», – прошипел он, и связь оборвалась.

Я была бледной целую минуту. Моё лицо покраснело от интенсивности трёхминутного разговора с мужчиной, который должен был быть самым порядочным и спокойным.

По телефону он не звучал ни капельки таким. Во всяком случае, он звучал как зверь, неуравновешенный, как в ту ночь, когда он вбивался в меня.

Что происходит? Почему кажется, что в нём есть нечто большее, чем кажется на первый взгляд? Что… что на самом деле происходит? Потому что я чувствую, что только что потревожила улей телефонным звонком, хотя я всего лишь пыталась успокоить его.

«Какие-то проблемы?» – голос отца напугал меня. Я быстро обернулась, сменив бледное выражение лица на улыбку.

«Нет, папа».

Если бы я только могла спросить его, что за человек его лучший друг. Потому что от него у меня по коже бегут смертельные мурашки.

Разве он не должен был быть тёплым и дружелюбным Владиславом? Кто этот мужчина, с которым я переспала и только что разговаривала по телефону? Он совсем отличался от Владислава, которого мы все знали на протяжении многих лет.

«Я пришёл пожелать спокойной ночи, – отец подошёл ближе, ненадолго обняв меня. – Спасибо, что пришла провести ночь со мной в канун моего дня рождения».

«Я не могла поступить иначе, папа».

Я сохранила улыбку, но, дорогая богиня, моё сердце горело от вины. Как он будет разочарован, если когда-нибудь узнает.

«Отдохни. Жаль, что ты не сможешь весело провести ночь со своей сестрой».

Весёлая ночь… ну, обычно в такие ночи, когда я заезжаю в дом, мы с Тамарой не ложимся спать, смотрим фильмы ужасов и кричим во всё горло.

Но сегодня я определённо не собиралась делать это с ней. Я не могу даже смотреть на неё целую минуту, так как же мне делить с ней комнату или смеяться?

«Нет, отец. Я устала. Мне нужно отдохнуть».

«Всё в порядке. Тамары всё равно здесь нет. Она уехала. Сказала, что должна встретиться с другом».

«Что?»

Но всё, что я получила в ответ, это тихий звук закрывающейся двери. Отец уже ушёл.

Тамары… здесь не было? Я не хотела начинать воображать себе что-то. Я не должна так мучить себя. Возможно, это было не то, о чём я думала.

Возможно…

Мой телефон пискнул. Я быстро нажала на сообщение. Ещё одна серия фотографий от Анонима.

Тимур был совершенно голым, а Тамара сидела на нём сверху, наслаждаясь жизнью.

И в сообщении было написано:

«Твоя прекрасная пара, Тимур».