"Miss длинный нос. Ревность и колесо фортуны"

Ревность тугим кольцом

Стягивает и душит...

Сердце стучит в набат,

Вновь отдавая в уши...

Тайны, сомнения, страх,

Боль и тревоги гложут…

Фортуну свою впопыхах

Я упустила похоже…

1 глава

Сердце колотится в груди в режиме «Азбука Морзе»: сильно и сбивчиво, просто оттого, что моей целью является попасть в объятья Алекса в свой обеденный перерыв. Каблуки стучат по асфальту, пытаясь подхватить стремительный темп сердца, но безуспешно: мой мотор лидирует с бешеным отрывом. На моих губах играет легкомысленная улыбка, а все из-за того, что вот уже почти месяц прошел, как мне на голову внезапно свалилось счастье (из-за решения Алекса не уезжать в Германию) и каждое мое утро начинается с поцелуев и объятий любимого мужчины, а это бесценно.

Говорят, что безумно влюбленная девушка – это диагноз, а влюбленная Даша Новикова – это по меньшей мере эпидемия! Мне катастрофически хочется разделять с ним каждую секунду своей жизни так, что порой кажется: меня для него слишком много и мне необходимо дать ему чуть больше личного пространства. Но как это сделать, если меня распирает от моих чувств, как замерзшую воду в банке?! С этим ничего не поделать!

Увидев открывшееся из-за поворота мрачное кирпичное здание завода, сбавляю шаг, чтобы отдышаться и не прилететь на проходную взмыленной идиоткой.

Закончив формальности с проникновением на территорию, миновав нескончаемые лабиринты проходов, поворотов, дверей, я вхожу в приемную и вижу, что секретаря нет на месте. Подхожу к полуоткрытой двери, надеваю сияющую улыбку на лицо и собираюсь сделать шаг, чтобы войти в кабинет Алекса, но застываю в неудобной позе от чьей-то жесткой фразы, сотрясшей воздух и лишившей меня движения.

– Ты пожалеешь об этом!

Внутри меня все сжимается, и почти не дыша я пытаюсь уловить ответ.

Голос Алекса звучит тихо, но непреклонно:

– Не надо мне угрожать!

В этот момент слышу приближающиеся шаги и, испуганно озираясь, ищу глазами место, где бы я могла спрятаться. Вариантов и времени на раздумья мало, и я машинально пячусь и скрываюсь в пространстве между стеной и дверью. Шаги стремительно проносятся мимо меня, говоря сами за себя – человек, издающий их, не в духе. Когда стены наконец поглощают их, я выдыхаю и выглядываю. Никого нет, и я на носочках бесшумно выхожу из укрытия. Едва я успеваю это сделать, как в приемной появляется Любовь Васильевна – многолетняя стража порядка и спокойствия отца Алекса, доставшаяся ему в наследство вместе с заводом и кабинетом, как переходящее красное знамя.

– Здравствуйте, Дарья! – окинув меня оценивающим взглядом, подчеркнуто вежливо произносит она, и я непроизвольно морщусь от неприятного звучания своего полного имени, но вежливо отвечаю в тон ей.

– Здравствуйте, Любовь Васильевна!

– Вы к Алексею Александровичу?! – спрашивает женщина, и я едва не закатываю глаза. Конечно! Не к вам же я прибежала поболтать в свой свободный обеденный час, но вслух произношу сдержанное «да».

– Сейчас узнаю, сможет ли он вас принять, – по-деловому произносит она и тянется к переговорному устройству, но я останавливаю ее.

– Не надо. Я сейчас видела, как от него вышел посетитель, так что он один и, разумеется, сможет.

Женщина смотрит на меня с недоумением и зависает, так и не дотянувшись до аппарата, решая: сделать как положено или нет. Продолжая сбивать ее с мысли, я начинаю новую атаку.

– А что за посетитель у него был?

– Григорий Гжатский, – сухо отвечает она и, решив, что мое слово на весах значимости слишком мало весит, дотягивается до селектора, и, нажав на кнопку, звучно произносит, явно наслаждаясь тем, как звучит ее голос.

– Алексей Александрович, в приемной Дарья Новикова…. Хорошо... Я вас поняла.

Посмотрев на меня со снисхождением, она разрешает мне войти:

– Можете проходить.

Я манерно киваю, включаясь в ее игру, и не торопясь иду к дверям, но лишь пересекаю порог, лишь вижу силуэт Алекса на фоне огромного окна, как тут же превращаюсь в глупую влюбленную дурочку и несусь к нему. В одно мгновенье я оказываюсь в его объятьях и чувствую – вот оно счастье. Я не вижу лица своего мужчины, но понимаю, что оно разглаживается, потому что ощущаю, как расслабляются его мышцы, и потому что слышу, как он с ухмылкой спрашивает меня:

– Чем обязан твоему появлению?

Отлипнув от него, но не разжимая кольцо рук вокруг его шеи, пожимаю плечами и нежно произношу:

– Просто я дико соскучилась.

Он поднимает руку, отодвигает манжет рубашки и смотрит на серебряную бляшку часов.

– Мы расстались всего четыре часа назад.

– Мы расстались уже четыре часа назад! – исправляю я его и тянусь к манящим губам. Мужчина кратко целует меня и отстраняет.

– Даш, я рад тебя видеть, но у меня много дел.

Я обиженно надуваю губы.

– Я думала: мы вместе пообедаем.

– Не сегодня.

Алекс опять становится серьезным и сосредоточенным, и я, вспомнив о недавно услышанных фразах, внезапно, как обученная искать наркотики собака, взяв след, нахожу в своем сознании ощущение нависшей над нами опасности! Меня накрывает страх, что кто-то или что-то разрушит наше драгоценное, хрупкое счастье. Дрожь пробегает по телу, и я, обхватив себя руками, пытаюсь ее унять. Смотря на его красивое родное лицо, я замечаю на нем озабоченность и усталость. Я так люблю его! Я так хочу переложить часть его груза на свои плечи и, вкладывая в свой взгляд всю свою любовь и нежность, эмоционально допытываюсь:

– У тебя неприятности?! Что случилось?! Я готова разделить с тобой все!

Лицо Алекса на мгновенье светлеет, уголки губ немного поднимаются вверх, и он нежно касается пальцами моей щеки.

– Все нормально. Я справлюсь!

Я кладу свою руку на его и, заглядывая в глубь хрустальной голубизны любимых глаз, пытаюсь понять его настоящие мысли, но разгадать его взгляд – для меня почти всегда недоступная опция.

Хочется простодушно спросить, почему ему угрожал этот Гжатский, но мне стыдно признаться, что я подслушала окончание их разговора, хоть и неспециально, в итоге я выбираю более лайтовый вариант вопроса и выталкиваю его из себя:

– Тебя расстроил посетитель, которого я встретила, когда шла к тебе?

– Все, Даша. Вопрос закрыт!

Алекс выдергивает руку из-под моей руки, а я от резкости произнесенных слов и действий сглатываю и растерянно хлопаю ресницами.

Он вздыхает и говорит уже мягко и вкрадчиво:

– Решить мои проблемы ты не сможешь! Поэтому я не считаю нужным грузить тебя ими. Сходи пообедай одна, а вечером я заберу тебя, и мы сходим вместе поужинать.

От последних слов мне становится лучше, и я выдавливаю из себя улыбку.

Мужчина наклоняется ко мне, коротко целует в губы и дает понять, что аудиенция закончена.

Я послушно разворачиваюсь, иду к двери, но на пороге оборачиваюсь и снова бросаю на него взгляд. Идеально подогнанный костюм, голубая рубашка, подчеркивающая глаза, аккуратно зачесанные волосы – это совсем не тот Алекс, с которым я «познакомилась» в клубе, но признаться я уже начинаю привыкать к его новому образу и не могу не признать, что деловой стиль одежды ему идет также как и casual, к которому я привыкла.

Едва я оказываюсь на улице, то понимаю, что идти есть одной нет желания, да и аппетит в свете открывшихся событий меня покинул, и я быстрыми шагами направляюсь обратно в свой офис.

Оказавшись в своем кабинете, я бужу Mac от спячки и, открыв Google, ввожу в поисковой строке имя и фамилию беспардонно ворвавшегося в мой мир любви и спокойствия человека – Георгий Гжатский.

На экране высвечивается доступная информация, и я с усердием ищейки собираюсь ее изучать. Первым делом я, как, наверно, любая любопытная женщина, лезу в окно «картинки» и начинаю рассматривать мужчину. Он оказывается гораздо моложе, чем рисовало мое воображение, подпитанное интонациями его голоса, и даже несмотря на весь мой скептицизм, навеянный желанием этого человека навредить моему любимому мужчине, он представляется весьма симпатичным. Стройный, темноволосый, с немного хищными чертами лица и цепким темным взглядом, отчего, даже встретившись с ним на фотографии, возникает желание сразу спрятать глаза. Узнав своего врага в лицо, я начинаю изучать то немногое, что о нем известно моему глобальному другу. Оказывается он возглавляет одну из самых крупных строительных фирм города, лично знаком с губернатором, а еще не женат, и, судя по фотографиям постоянно меняющихся спутниц, имеет бесчисленное количество любовниц и не имеет детей. Последняя информация вряд ли пригодится, хотя кто знает.

Бросаю взгляд на часы. Мой обеденный перерыв уже давным-давно закончился, а я еще так и не приступила к своим профессиональным обязанностям, и нет даже малой толики желания это сделать. В голове блуждают вопросы: что нужно человеку, занимающемуся строительством, от Алекса, завод которого производит металлы и металлоизделия? Решил заключить договор о сотрудничестве?! Тогда почему угрожает?! Алекс не хочет иметь с ним дела?!

Мои мысли прерывает заерзавший по скользкой полировке стола мобильный, поставленный на вибрацию, и я, взглянув на улыбающееся лицо Алины с экрана, непроизвольно начинаю улыбаться и отвечаю на звонок.

– Привет!

– Привет, Даш. Ты не забыла про мою свадьбу?! Она в эту субботу.

– Помню, – беспардонно вру в трубку, одновременно думая, как же быстро бежит время.

– Тогда отлично. Приглашения Лешка передал?

Морщусь от манеры Алины называть брата до сих пор непривычным мне именем, вспоминаю: говорил ли Алекс что-нибудь про приглашения, и, ничего не найдя в недрах своей памяти, но не желая его подставлять, бормочу:

– Угу.

– Замечательно! Как ты?! Работаешь?! Я не отвлекаю тебя?! – звонко тараторит она дальше, и я весело отвечаю ей:

– Конечно, отвлекаешь! Вся работа из-за тебя встала!

Мы дружно хихикаем, и я, бросив случайный взгляд на смотрящего на меня с экрана изучаемого мной мужчины, неожиданно спрашиваю:

– Даш, ты никогда не слышала от отца про Гжатского?!

Женщина пропадает на том конце виртуального провода, но спустя несколько секунд отвечает:

– Нет, не помню такого. А кто он?! Почему ты о нем спрашиваешь?!

Теперь пропадаю я и пытаюсь найти слова, чтобы объяснить Алине мой необычный вопрос, но, не найдя ничего лучше, просто бормочу:

– Не бери в голову. Это мое глупое любопытство. Слышала где-то эту фамилию, подумала, может у вас.

– Ааа. Ладно.

Когда мы разъединяемся, я еще какое-то время пытаюсь найти что-нибудь новое об этом человеке, но верный друг любопытной Варвары вроде меня больше ничем не может помочь. Оставшееся рабочее время я залипаю в экране и ничего не могу сделать. Мой мозг находится совсем далеко от бесконечных цифр в таблицах, и я никак не могу их свести.