Его безумие

Выставочный зал академии был как сцена перед премьерой: гул голосов, звон бокалов, напряжение, пропитанное амбициями. Высокие потолки, увешанные светодиодными лампами, заливали пространство холодным светом, отражавшимся от полированных полов. Стены пестрели работами студентов: граффити, акварели, инсталляции из металла и стекла. Но Ева знала, что ее холст - вихрь алого и черного, похожий на бурю или страсть - притягивает взгляды. Она вложила в него слишком много: гнев, смятение, тот проклятый жар, который не отпускал после него.

Ева стояла у своей работы, теребя браслет - серебряную цепочку с подвеской-пером, которую она сделала сама, еще мечтая стать ювелиром. Теперь ее страстью была реставрация-дизайн: возвращение к жизни старых фресок, потрескавшихся полотен, забытых мозаик. Она училась не только искусству - химия красок, история архитектуры, материаловедение заполняли ее дни. Ева хотела не просто создавать, а воскрешать красоту, которую время пыталось уничтожить. Но сегодня ее мысли были далеки от лабораторных формул. Они возвращались к черной визитке, которую она разорвала. Утешая себя тем что она правильно решила , ему нужна подстилка какой Ева никогда не будет.

- Ева, это мощно, - голос профессора Рябинина, ее наставника по реставрации, выдернул ее из раздумий. Он стоял рядом, поправляя очки, его взгляд скользил по холсту с профессиональной придирчивостью. - Энергия, композиция... Но я вижу в этом что-то личное. Ты в порядке? Как будто ты выплеснула всю эмоцию которую держала.

Ева заставила себя улыбнуться, хотя внутри все кипело.

- Просто эксперимент, профессор. Иногда эмоции лезут наружу, вот и получается то что есть.

Рябинин нахмурился, его глаза задержались на ней.

- Ты талантлива, Ева. Но талант - это огонь. Не дай ему сжечь тебя. Береги этот внутри а не снаружи.

Его слова задели что-то внутри. Огонь? Да, она знала, как он горит. Вчера в кафе, под взглядом Дамира, она чуть не сгорела. Ева тряхнула головой, отгоняя мысли, но тут подскочила Алина, староста ее группы, ее каштановые кудри подпрыгивали, как всегда, когда она была на взводе.

- Ева, ты слышала? Какой-то тип расспрашивает о тебе! - Алина понизила голос, ее глаза блестели. - Не о картине, а о твоих реставрационных проектах. И он... ну, не похож на галериста если честно. Слишком... - она замялась, - хищный.

Ева почувствовала, как сердце пропустило удар. Она не хотела оборачиваться. Не хотела знать. Но предчувствие - холодное, как лезвие - заставило ее взглянуть. И, конечно, это был он. Дамир. Что ему опять нужно. Уже сил нет его видеть, раздражает до чёртиков.

Он стоял у входа, в черном костюме, который обтягивал его, как броня, подчеркивая широкие плечи и узкую талию. Его присутствие будто сгущало воздух: галеристы нервно теребили бокалы, студенты замолкали, когда он проходил мимо. Он говорил с куратором, который выглядел так, будто хотел провалиться сквозь пол, но взгляд Дамира был прикован к Еве. Прямой. Жгучий. Как будто он видел ее насквозь - платье, кожу, мысли.

- Черт возьми, - пробормотала Ева, отворачиваясь. Ее пальцы сжали браслет так, что металл впился в кожу. Она попыталась сосредоточиться на холсте, но тело предательски дрожало. Что он здесь делает?

- Хочет твой талант, - хихикнула Лиза, которая появилась как будто из воздуха , но ее смех был нервным. - Или тебя. Ева, этот Дамир, он слишком уж настойчив. Настя шепталась, что он связан с какими-то мутными делами. Может, тебе нужно раз и навсегда ему ответить так чтобы он отстал?...

- Лиза ты себя слышишь ? Когда я по другому с ним разговаривала, я то и дела показываю что он мне не интересен! - огрызнулась Ева, но внутри все кричало, что Лиза права. Дамир был как яд - красивый, манящий, но смертельный. И все же она не могла не смотреть, когда он двинулся к ней, рассекая толпу с грацией хищника.

- Евва, - протянул он, его голос, низкий и хриплый, обволакивал, как дым. Он остановился в шаге от нее, слишком близко, чтобы это было прилично. Его запах - табак, кожа, что-то острое - ударил в ноздри, и Ева сжала кулаки, чтобы не поддаться. - Твоя работа... она говорит о тебе больше, чем ты думаешь. Мне очень нравиться твой стиль, такой кричащий и такой вызывающий.

Она подняла подбородок, встречаясь с его взглядом. Его глаза были такими темными, что в них можно было утонуть.

- А ты, похоже, любишь влезать в чужую жизнь, даже когда тебе когворят оставить в покое человека? - сказала она, вложив в голос столько сарказма, сколько смогла. - Сначала кафе, теперь здесь. Что дальше? Явишься ко мне домой? Это подходит на преследование!

Дамир усмехнулся, его губы дрогнули в улыбке, от которой по спине пробежал холодок. Как назло в это время проходил друг с которым познакомились на боксе .

- Ева привет, как ты после вчерашней тренировки , ты так молотила по груше я думал , оторвешь ее с цепи. Рассмеялся Макс. Я пожала плечами и ответила ему.

- Так получилось, очень нервная последнее время из за предстоящих экзаменов. Он улыбнулся и сказав что увидимся ещё ушел, оставив меня наедине с Дамиром.

- Бокс? - переспросил он, его голос понизился до шепота. - Люблю девушек, которые умеют драться. - Его взгляд скользнул по ее фигуре, задержавшись на бедрах, и Ева почувствовала, как щеки вспыхнули. - Но я здесь по делу. Хочу твой проект, как я уже говорил мне правда нужен хороший реставратор картина слишком ценная для меня. Реставрацию. Назови цену свою, тебя действительно порекомендовали как лучшую, за тобой будущее реставрации, знаю про то что ты разработала какой то новый метод, который помогает сделать это без особых повреждений и потерь.

Ева опешила. Реставрацию? Это что, серьезно? Она ожидала подвоха, какого-то грязного намека, но его тон был деловым, почти холодным. И все же в его глазах был голод, который не имел ничего общего с искусством.

- Мои проекты это просто эксперименты, незнаю кто по рекомендовал , но они ошиблись есть более компетентные люди, обратись пожалуйста к ним.- отрезала она, скрестив руки.

Дамир прищурился, будто ее слова были вызовом, который он с радостью принял.

- Ты даже не знаешь, кто я, Ева - прошептал он, наклоняясь так, что его дыхание коснулось ее уха. - Но я готов доверить тебе самое ценное что есть у меня. И поверь, я всегда получаю то, что хочу, а я хочу чтобы поработала над моей картиной.

Ева отступила на шаг, ее щеки горели, но она не отвела взгляд.

- Тогда привыкай к разочарованиям, и отказам - бросила она, ее голос дрожал, но звучал твердо. - Я не хочу браться за эту работу!

Он усмехнулся, но в его глазах мелькнуло что-то новое - уважение? Интерес? Она не успела понять, потому что в этот момент к ним подошел Рябинин, его лицо было напряженным.

- Ева, все в порядке? - спросил он, бросив настороженный взгляд на Дамира. - Этот... господин не беспокоит тебя?

Дамир даже не посмотрел на профессора, его внимание было приковано к Еве.

- Мы просто обсуждаем искусство, - сказал он, его тон был обманчиво мягким. - Верно, Ева?

Она стиснула зубы, борясь с желанием влепить ему пощечину. Или сбежать по скорее.

- Мы закончили, - процедила она, повернувшись к Рябинину. - Профессор, я отойду на минутку.

Она протиснулась мимо Дамира, намеренно задев его плечом, и направилась к выходу, чувствуя, как его взгляд прожигает ей спину. На улице, у заднего входа академии, она прислонилась к холодной кирпичной стене, пытаясь вдохнуть. Воздух был сырым, пахло дождем и асфальтом. Ее сердце все еще колотилось, а кожа горела там, где его дыхание коснулось уха.

- Черт, Ева, что ты творишь? - пробормотала она, закрывая глаза. Она не хотела этого. Не хотела думать о нем. Но его слова, я получаю все что хочу - звучали как обещание, от которого не убежать.

И тут она услышала шорох. Тихий, но отчетливый. Ева открыла глаза и напряглась. В переулке, у мусорных баков, мелькнула тень. Мужчина в темной куртке, лицо скрыто капюшоном. Он не смотрел на нее, но Ева почувствовала, как волосы на затылке встали дыбом. Она уже думала что и тут он ее нашел. Но тот прошел мимо, и она вздохнула, даже нервное напряжение рисует ей то чего нет.

Вернувшись в зал, она поймала его взгляд через толпу. Он стоял у ее картины, но смотрел не на холст, а на нее. Она отвернулась нашла глазами Макса и пошла к нему.