Победитель приходит первым

2

Ромм юлой вертелся в кресле зала управления "Хроно", стараясь держать в поле зрения весь экран вивв, чтобы не упустить ни мельчайшей детали в поведении соперников, которых было аж двадцать шесть. Не слишком и много для космической регаты Федерации, в прошлых число участников переваливало и за полсотни, но космическое пространство, ведь не земная твердь и не каждый федерал отважится отправиться в безмолвие Вечности, да и организаторы допускают до регаты лишь тех, у кого есть опыт вождения космических кораблей, да и удовольствие это не из дешёвых. Но зато те, кто допущен, совсем не простые пилоты, а уже настоящие космические волки или, хотя бы, космические следопыты: чего стоят два победителя прошлых регат: Свиблл и Гаррант, стоящие справа от Ромма. Их великолепные серебристые яхты уже своим видом вызывали у Ромма чувство завистливой досады. Его яхту и яхтой-то назвать было трудно – подогнанный под требования регаты горелый блиноподобный крейсер цивилизации Сетрансткой системы.

***

Это был уже третий выход "Хроно" в пространство. В первых двух Ромм определял работоспособность систем яхты, демонтировав главный движитель и его конвертор, тем самым убрав две трети веса корабля и залатав корпус. Реконструкция несколько нарушила центровку яхты и потому пришлось переставлять рулевые движители с верхнего положения в нижнее, под корпус, что потребовало некоторого увеличения длины опор, которых было шесть и сдвинуть зал управления к центру корпуса, благо он оказался отдельным модулем, но эти меры позволили восстановить центровку яхты и она перестала клевать носом.

Качур, хотя и скептически относящийся к затее Ромма, помогал ему, поначалу от случая к случаю, но затем как-то втянулся и уже сам принимал решения по тем или иным узлам яхты, будто сам намеревался ходить на ней и даже более того, начал привлекать для работ, в которых ни сам, ни Ромм мало, что понимали, своих знакомых специалистов из космофлота.

Ромм потерял покой, спал урывками, живя лишь на яхте, заметно похудел и осунулся. У него даже появились какие-то видения: ему казалось, что он, вовсе, не Ромм Вегов, а житель какой-то другой цивилизации, имеющей к космосу весьма посредственное отношение и потому он там не пилот, а простой пешеход, так на Затре называли людей, не имеющих никакого отношения к космическим профессиям и живущих, сугубо, на поверхности планеты. Просыпаясь, он вскакивал и принимался носиться по залу управления и лишь убедившись, что находится на "Хроно", успокаивался, но о своих видениях Качуру не рассказывал, опасаясь от него каких-то неадекватных мер, вплоть до рапорта в Управление Космофлота.

Доводка яхты оказалась чрезвычайно трудоёмким делом, баланс минимального веса и максимальной безопасности требовали непростых технических решений и Ромм взял дополнительный отпуск на один оборот. Качур ушёл в рейс с другим пилотом и не вернулся. Вывод экспертной группы, изучивший изуродованный тягач был невероятен для Ромма - столкновение с астероидом.

По мнению экспертов: железный астероид, около десятой части метра в диаметре, угодил тягачу в бок и прошёл его насквозь, чуть по диагонали, полностью изуродовав пульт управления, не оставив от себя почти никаких следов. По странной случайности, взрыва не произошло, хотя след от астероида, явно, указывал на его высокую температуру. Качур и пилот, практически, сгорели и опознать их было невозможно.

Восстановление тягача было признано нерентабельным и он был отправлен на свалку. Другого свободного тягача на это время у космофлота не было и Ромм остался не у дел и практически, на нуле, так как оставшихся средств ему едва хватило чтобы купить, хотя бы, какой-то парус для "Хроно".

За тридцать суток до регаты, уже на исходе срока, после долгих колебаний, Ромм всё же подал заявку на участие в гонке. Организаторы, тщательно осмотрев и измерив параметры предоставленной Роммом, яхты, нашли их в рамках допустимых и яхта "Хроно" была внесена в реестр регаты.

***

Ромм в очередной раз внимательным взглядом обвёл экран вивв: в лучах Сетры блистали лишь две яхты справа от "Хроно" и две слева; остальные терялись вдали пространства и отображались лишь выгнутой линией зелёных точек на экране вивв, посреди которой сверкала изумрудом точка "Хроно".

Расстояние между соседними яхтами было в тысячу метров. Места в ряду определялись жребием и Ромм достал из корзины шар с номером четырнадцать и его яхта оказалась в центре линии. По перешёптываниям в зале организации регаты, он понял, что самые лучшие места в линии те, которые ближе к её краям, так как у этих яхт было больше пространства для маневрирования.

Дело было в том, что регата состояла, как бы из трёх частей: первую часть, от Лоты до Дайры, нужно было пройти на двигателе, работающем на компонентах, добытых самим пилотом; вторую часть, самую главную, от Дайры до Орс нужно было обязательно пройти под парусом; и последнюю, от Орс до Лоты, опять на двигателе, но работающем на чистом компоненте - веществе массы, полученном от организаторов регаты. Собственно, сама регата была во второй части пути: первая часть пути была важна в той части, что пилоты, приведшие свои яхты первыми в пространство старта, могли выбрать для себя наиболее удобные и благоприятные места в стартовой решётке; третья часть пути была важна лишь в том плане, что яхта сама должна была добраться до пункта получения награды - одного из космодромов Лоты, если не добиралась, даже пришедшая первой, награды не получала. Награждались десять первых, пришедших к финишу, яхт. По пути следования главной части регаты было восемь контрольных точек, где необходимо было пройти регистрацию. Причём контрольные точки были не стационарные, а блуждающие в определённом пространстве и в каком районе, отведённого ей пространства блуждания, в момент подхода яхты находится та или иная контрольная точка, участникам регаты было неизвестно, её маяк был ослаблен настолько, что уверенно принимался с расстояния не далее двадцати тысяч километров, а маяк регистрации не далее двадцати тысяч метров. К тому же, порядок прохождения контрольных точек требовался строго по возрастанию их номера. Возвращаться было нельзя, пропустил одну контрольную точку - можешь прямым курсом следовать домой.

Стартовал первый этап из-за Лоты и начинался с полным заходом за неё Сетры. Искусство пилота на первом участке заключалось в том, чтобы пройти до Дайры самым оптимальным путём и уложиться в пять суток, так как никаких контрольных точек на этом участке не было, кроме финишной контрольной точки, находящейся на орбитальной станции Дайры, после регистрации на которой, участник регаты волен был выбрать для себя точку старта в отведённом пространстве и чем позже он приходил, тем меньший выбор у него был. Весь балласт, для облегчения яхты: контейнер с веществом массы; контейнеры с дополнительными жизнеобеспечивающими ресурсами оставлялись на хранение на дайранской орбитальной станции, которые затем доставлялись организаторами к месту финиша третьего этапа. Можно было и не сдавать контейнеры, кроме контейнера с веществом массы для движителя, который сдавался обязательно, но они утяжеляли яхту и заметно снижали её ходовые качества под космическим парусом.

На второй этап отводилось шестьдесят суток. По истечении шестидесятых суток регата закрывалась и не уложившиеся во временной отрезок яхты, следовали прямым курсом домой, если могли, либо ложились в дрейф, дожидаясь, когда организаторы доставят им контейнер с веществом массы...

Ромм замер в ожидании: Лота и Сетра, по воле случая этой регаты, находились позади линии старта и отображалось на врезке в верхней части экрана вивв "Хроно", свет от них не слепил глаз и потому светофильтры не требовались.

Наконец нижний край Сетры коснулся Лоты. Сердце Ромма замерло, замер и палец на клавише включения сопряжения конверторов и движителей - начинать движение разрешалось лишь с полным заходом Сетры, который участник регаты определял для себя сам и у Ромма в этом отношении было небольшое преимущество, так как в центре линии Сетра исчезала за краем Лоты на несколько мгновений раньше, нежели в других местах линии старта.

Верхний край Сетры исчез. Посчитав, для уверенности до трёх, Ромм вжал клавишу сопряжения, по экрану главного терминала побежали строки тестовых сообщений. Прошло совсем немного времени и яхта, наконец, тронулась с места.

***

На удивление Ромма, рулевые движители "Хроно" на марше оказались даже резвее, чем при их испытании и яхта устойчиво держалась в головной группе из восьми яхт, которые шли выстроившись ломаной линией. Ромм держался между Свибллом и Гаррантом, чуть позади них, надеясь, что они, как более опытные, лучше знают тонкости регаты и если он будет держаться за ними, то непременно будет в числе лидеров при подходе к Дайре. При ходе на движителях запрещалось сближение менее, чем на тысячу метров и потому Ромм держался на расстоянии около полутора тысяч метров позади более опытных пилотов, несмотря на то, что первыми шли ещё две яхты, ведомые неизвестными Ромму пилотами. Мощность движителей "Хроно" держалась на уровне восьмидесяти процентов, но Ромм не торопился увеличивать её до максимума, будучи уверенным, что Свиблл и Гаррант тоже идут не на максимуме, следуя уже отработанной логики прохождения регаты.

Первая контрольная точка находилась на орбитальной станции Дайры, которую нужно было обогнуть строго по её ходу, на расстоянии от пяти до десяти тысяч метров, вне зависимости от её положения на орбите и как понял Ромм, оптимальную траекторию подхода яхты нужно было рассчитать, так, чтобы орбитальная станция находилась между Дайрой и Сетрой. К тому же, для уверенного старта желательно было поймать хороший ветер со стороны Сетры и потому Ромм настроил свою узкополосную антенну на частоту службы космофлота, наблюдавшей за активностью Сетры, услугами которой пользовались экипажи официальных космических кораблей Федерации и которую он знал. Но по тому, как вели себя победители прошлых регат, он подозревал, что они тоже знают эту частоту.

Прогнозы этой службы были очень точны и выходили каждый час с точными координатами и временем прохождения потоков заряженных частиц мимо первых трёх планет Сетранской системы, так как за астероидным кольцом Орс их влияние было не столь значительно.

Сейчас Сетра была относительно спокойна и вспышки были не часты, но прогнозисты наблюдали пару больших всплывающих пятен, которые несомненно должны были изрыгнуться достаточно мощными корпускулярными потоками, к которым и решено было привязать регату, но куда эти потоки будут направлены, все специалисты сейчас, лишь гадали.

***

Ромм не сводил глаз с врезки экрана вивв, на которой отображалось большое жёлтое пятно корпускулярных частиц, стремительно приближающихся к району старта регаты. "Хроно" стояла во втором круге, так как в первом для неё не нашлось места, по той причине, что часть яхт, идущих позади, в тот момент, когда пришло сообщение, что произошёл достаточно мощный выброс корпускулярного потока, который стремительно движется в сторону Дайры, вдруг увеличила свой ход и резким броском, обогнав идущие впереди яхты, заняла самые выгодные позиции для старта. Свиблл и Гаррант смогли вовремя среагировать на рывок соперников, так как находились впереди Ромма и сумели занять более-менее привилегированную позицию на старте. Ромм замешкался, буквально на несколько мгновений, но этого хватило лишь на то, чтобы зарегистрироваться двенадцатым и оказаться только во втором круге его восточного сектора, сбоку от яхт, всё тех же, Свиблла и Гарранта. Он был раздосадован, так как считал себя хорошим пилотом, но этого оказалось мало. Был ещё и третий круг, но перспектив, поймать хороший поток корпускул, у яхт из него был невелик.

Вокруг "Хроно" был собран в цилиндр огромный блестящий ячеистый парусный круг площадью около пяти квадратных километров. Парус мог свёртываться в конус, изменяя свою площадь и тем самым регулируя тягу и соответственно скорость яхты. Он разворачивался за "Хроно" на жёстких стержнях и яхта оказывалась чуть впереди него, в его центре. Парус был не оптимален для "Хроно", но на семикилометровую секторную ромашку у Ромма средств не хватило. У ромашкового паруса регулировалась не только площадь, но и угол секторов ромашки, позволяя наиболее эффективно управлять направлением перемещения яхты, что особенно было востребовано при подходе к контрольным точкам, когда следующая контрольная точка находилась едва ли не на одной пространственной линии с предыдущей. Ячеистый же парус управлял тягой не поворотом секторов, а их свертыванием, что было не особенно эффективно.

Гонка начиналась со вспышкой третьей секции , зелёного прожекторного поля на мачте орбитальной станции - сейчас светилось красное поле, тоже состоящее из трёх секций, потом должно было появиться жёлтое и лишь затем зелёное, с полным появлением которого разрешалось развернуть парус. Проведёнными тестами, Ромму удалось добиться разворачивания паруса за семнадцать минут, что было средним показателем, лучшие образцы парусов разворачивались менее, чем за двенадцать минут, но были ли такие у соперников он не знал, так как каждый пилот параметры своего паруса держал в строгой тайне. Яхты располагались в ячейках со стороной в десять тысяч метров, чтобы случайно не помешать старту друг друга. Стартовые сигналы дублировались на полученном у судейской коллегии регистраторе контрольных точек, который сейчас лежал на пульте управления "Хроно" перед глазами Ромма, но насколько знал Ромм, они всегда запаздывали на несколько мгновений от вспышек прожекторных полей. В регистратор были так же встроены: очень мощный аварийный маяк, на случай, если у яхты и её пилота появится какая-то серьёзная проблема и маломощная станция связи, которая действовала лишь на сравнительно небольшом расстоянии от контрольных точек, чтобы передать пилотам яхт какие-либо сообщения, в случае необходимости.

На экране вивв Ромм сделал ещё одну врезку, где отображалось жёлтое пятно корпускулярного потока, стремительно приближающегося к Дайре. Пятно и тревожило и манило. Система контроля пространства "Хроно" определяла, что корпускулярный выброс пройдёт в пространстве страта, но каковы его точные границы, анализатор не определял. Ромм внутренне надеялся, что его парус попадёт в границы наиболее плотного потока и парус, наполненный им, помчит "Хроно" впереди всех остальных яхт регаты.

Наконец прожекторное поле перекрасилось в жёлтый цвет. Насколько Ромму было известно, зелёное поле могло вспыхнуть в любое мгновение, но обычно зелёные прожекторы начинали вспыхивать не позже, чем через десять минут после появления жёлтого поля. Его рука замерла на клавише запуска системы разворачивания паруса. Жёлтое пятно корпускулярного потока на врезке становилось всё ярче и ярче. Он начал считать.

Зелёное поле сменило жёлтое ровно через сто единиц счёта. Все зелёные секции вспыхнули почти одновременно, что оказалось неожиданным для Ромма, так как он ожидал более длительной паузы между ними и он на несколько мгновений замешкался со стартом...

Парус разворачивался, казалось, вечность. Ромм то и дело бросал взгляд на объединённую, из нескольких, врезку на экране вивв, на которой отображался парус, механически шевеля губами, прося конструкцию поторопиться, так как уже не только яхты второго кольца, но и некоторые из третьего, пришли в движение и заметно сместились вперёд, а конструкция Ромма едва развернулась наполовину и лишь когда парус развернулся на две трети своей площади, цифры скорости на экране вивв сделали свой первый шаг...

"Хроно" набирала скорость из своего пространства старта очень медленно, совсем не с той динамикой, на которую рассчитывал Ромм. У него появилась подозрение, что корпускулярный поток, своим наиболее сильным, порывом прошёл всё же мимо его паруса, а его периферия оказалась не столь сильна. Свиблл и Гаррант уже исчезли из вида и превратились на экране вивв в яркие зелёные точки. Всего лишь несколько яхт плелись так же неспешно, как и "Хроно"...

Прошло четыре томительных часа. Осталась далеко позади орбитальная станция Дайры и уже предстояло заниматься поиском второй пространственной контрольной точки, направление на которую указывала яркая зелёная стрелка на терминале регистратора контрольных точек, но с такой динамикой разгона это казалось Ромму проблематичным.

Полный досады, он бросил очередной взгляд на врезку с изображением корпускулярного потока, от которого он ожидал очень много и теперь, уже полностью уверовавшись, что поток частиц идёт мимо его паруса и потому яхта разгоняется очень и очень медленно. Его лицо тут же вытянулось в недоумении - врезка пылала ярким прожектором.

Какая-то яхта позади горит. Ещё врежется. Нужно попытаться уйти в сторону. Молнией мелькнул у него мысленный ток и его рука потянулась к рулю управления парусом.

- Всем пилотам восточного сектора старта! - Вдруг раздался громкий голос из регистратора контрольных точек, заставивший Ромма вздрогнуть и отдёрнуть руку от руля. - Всем пилотам восточного! Рекомендация: сложить парус! Рекомендация: сложить парус! Идёт очень горячий вторичный поток! Поток горячей плазмы! Температура плазмы выше ожидаемой. Рекомендуем сложить парус!

Ромм тут же ткнул пальцем в клавишу сворачивания паруса и мысленно чертыхнулся - его конструкция сворачивалась вдвое медленнее, чем разворачивалась. Он перевёл взгляд на объединённую врезку на экране вивв, на которой отображался парус, но...

Его лицо исказилось гримасой отчаяния - вместо блестящего парусного полотна, на объединённой врезке торчал лишь остов его конструкции.

Откинувшись в кресле, Ромм в бессильной злобе закрыл глаза...