Музыка Макса (ч2 риффы)

Моя собственная известность, поначалу вдохновившая меня, со временем начала жутко раздражать. Повышенное внимание к моим соцсетям, ебанутые комментарии полные зависти и злости, мелкие статейки со сплетнями о нас с Максом, выводили меня из себя. Макс, видя мое очередное расстройство по-поводу какой-нибудь ерунды, подшучивал надо мной, а я, в отличие от него, не была готова к беспричинному хейту.

Моя жизнь превратилась в сплошное безумие. В ней смешалось все: любовь, известность, тщеславие, одиночество, страх, страсть, ревность, счастье, пустота. Круговорот в моей душе делал мою жизнь невыносимой. Спрятаться было негде и передышку сделать нельзя. Так мы с Максом и жили. Оба.

Макс потянулся и открыл свои красивые глаза.

– Привет! — улыбнулся он.

Трижды в неделю мой муж ходил в спортзал. Он набрал почти десять килограммов, и теперь его тело было еще более рельефным и совершенным, чем раньше. 116 килограммов красоты. Я не удержалась и провела рукой от его шеи до живота, наслаждаясь твердостью мышц и бархатистостью кожи. Затем прикоснулась языком к шрамику на плече, оставленному мною же. Мне было немного совестно, что я «подпортила Максу шкурку» в порыве страсти.

Эта метка останется с ним навсегда, в память о том вечере и обо мне, если только он не закроет ее очередной татуировкой, как он поступил с пятном от пулевого ранения. Макса же след от моих зубов совершенно не парил, по крайней мере, он не спешил от него избавиться. Интересно, что именно он вспоминает, когда видит его в зеркале? Вспоминает ли о том, как прекрасно было то безумие, которому мы предались? Или ему все равно?

– Любимая… – прошептал Макс, притягивая меня к себе.

Мне нравилось заниматься сексом по утрам. Мой муж, сонный и горячий был особенно нежен и нетороплив, а ещё ленив, он предпочитал, чтобы я была сверху.

– Да, моя девочка! — подбадривал он меня, придерживая своими сильными руками мои бедра.

Потом мы ещё долго нежились, целуя и лаская друг друга.

– Кажется, мне, и целой жизни не хватит, чтобы тобой насытиться… – с нежностью сказал Макс. Он с таким упоением рассматривал моё лицо, мягко поглаживая меня по попке.

— Да ты просто жадный сукин сын! — поддразнила я его.

Мне нравилось, когда он говорил мне такие вещи. Макс делал это крайне редко. Только в эти минуты я чувствовала, что хоть что-то да значу для него.

– Тебя это удивляет? Теперь ты моя, и только моя. И я собираюсь пользоваться всеми своими супружескими привилегиями, — Лениво протянул Макс, проводя рукой по внутренней стороне моих бёдер. — Малышка, порой я завидую сам себе. Как мне не жадничать, когда в моем распоряжении такие сладкие титички? — Макс осыпал поцелуями мою грудь. Кажется, я снова начала заводиться, но Макс перестал меня ласкать и откинулся на подушку. — Знаешь, не хочу, чтобы мы превратились в одну из таких пар, которые занимаются сексом раз в месяц, — задумчиво сказал он.

– Раз в месяц? — удивленно переспросила я.

Макс повернулся ко мне, чтобы видеть моё лицо.

– Да, моя милая. Сенька (барабанщик группы), например, спит со своей женой и реже. Они женаты уже лет восемь. Их объединяет только ипотека и двое детей. Зато на гастролях он в ударе. О, нет! — Макс увидел, как я поджала губы. — Зря я тебе это рассказал. Теперь ты будешь подозревать и меня. — Он рассмеялся, видя мое лицо, полное сомнений. — Я слишком самолюбив, чтобы пренебрегать своим выбором, а свой выбор я уже сделал.

Макс чмокнул меня в нос и поднялся с кровати. Он открыл шкаф-купе и принялся искать себе одежду. Я смотрела на Макса, испытывая эстетическое наслаждение от того, как грациозно он двигается, а ведь он всего лишь одевался.

Мускулы буграми перекатывались на его широкой спине. Макс неспеша натянул боксеры на свой упругий зад, поправив резинку на животе с идеальными рельефными кубиками. Длинные, сильные, стройные ноги…

Тайно хотеть своего мужа? Вот это безумие! Совершенство в нашей спальне! Никогда не могла назвать "мой". Просто сечас здесь. Со мной.

Мой? Я не знала. Даже подумать об том было страшно, поэтому я ни ему ни себе таких вопросов не задавала.

Макс заметил, что я его разглядываю, открыв рот, как будто вижу впервые, и самодовольно ухмыльнулся. Я улыбнулась в ответ, немного смутившись тому, что он застукал меня за этим занятием. Макс покорял женские сердца даже не своим идеальным телом и красивым лицом, а своей дьявольской ухмылкой и взглядом, которым он, казалось, способен раздеть и заглянуть в душу.

Неудивительно, что все поклонницы Макса завидовали мне по-чёрному. Секс-символом, которого желали столь многие, теперь владела я единолично. Это льстило моему эго и пугало одновременно. Как долго мне удастся быть единственной женщиной в жизни Макса? Неужели столь любвеобильный в прошлом мужчина способен стать моногамным?

Поскольку Макс за всё время, что мы знакомы, ни разу мне не врал, у меня не было причин ему не доверять, но в глубине души я испытывала адские приливы ревности каждый раз, когда он просто улыбался другой женщине. Я тщательно это скрывала, поэтому Макс вообще считал меня не ревнивым человеком и даже хвалил меня за то, что я не устраиваю ему сцен ревности, ведь по его словам, у меня не было для этого не малейшего повода.

Ревновал ли меня Макс на самом деле или просто говорил это, чтобы меня успокоить? Об этом мне не было известно. Образ циничного мудака никуда не делся, просто по отношению ко мне он был более мягок и снисходителен. Люблю ли я настолько сильно своего мужа, чтобы наступить самой себе на горло и закрывать глаза на «мелкие шалости», лишь бы он был со мной? Или тут вопрос в любви к себе, а не к нему?

А ведь Семён вовсе не был красавчиком. Его даже нельзя было назвать симпатичным. При росте от силы 160, он и весил примерно столько же. Если неповоротливый, угрюмый, лысеющий мужик, у которого не хватало пары-тройки передних зубов, умудрялся изменять своей жене, то, что мне оставалось думать о моём богоподобно красивом муже? Зря всё-таки Макс мне такое рассказал.

– А почему они не разведутся? — спросила я.

Страшилка о семейной жизни не давала мне покоя.

– Кто? — рассеянно уточнил Макс и повернулся ко мне.

– Ну, Семен и Женя…

Макс замер с футболкой в руках, собираясь с мыслями.

– Ну, не знаю… – протянул он. — Они же любят друг друга.

– Но Семён же таскается по бабам? Что это за любовь?

– Такова мужская природа, и его жена об этом знает. Она… смирилась. — Макс говорил об этом совершенно спокойно. — Нет, он конечно, по приезду из тура не рассказывает об этом за семейным ужином… Но Женька не дура, и, уверен, обо всем догадывается.

– Догадывается? И все равно с ним живёт? – Я не понимала, как такое может быть. В ответ Макс просто развел руками. — Я так не смогу! Я не смогу делить тебя с другими женщинами! Если ты прикоснёшься к другой, я… Макс, я умру…

Макс рассмеялся и подошел ко мне.

– Дурочка, с нами такого не случится, — заверил он меня и, взяв за подбородок, нежно поцеловал в губы.

Каждый день Макс кормил меня «завтраками», что вот-вот, еще чуть-чуть и он начнет проводить со мною больше времени. Я мечтала об этом, но не настаивала. Я все понимала. Макс сдержал обещание.

Новогодние каникулы только начались, и Макс с друзьями сняли коттедж на два дня, чтобы отдохнуть от московской суеты. Все: Макс, Лёха, Тёма, бас-гитарист Костик и друг Лёхи — Женя, были с жёнами или девушками. Встречались на месте. Тёма был единственным, кто ещё не обзавёлся автомобилем, поэтому мы с Максом заехали за ним и его девушкой Вероникой. Мы ждали у подъезда Вероники, поскольку Тёма жил у неё.

— А вот и пончик! — воскликнул Макс, увидев Веронику, выходящую из подъезда, следом за ней вышел и Артём с небольшой сумкой в руках.

— Макс! — одёрнула я мужа.

Вероника была, и правда, пышкой, но говорить так о ней было некрасиво.

— Что? — хихикнул Макс. — Ты видела её задницу? Тимон всегда вёлся на жирух, но эта уделала всех. Господи, как представлю, как он её жарит… — он брезгливо поморщился.

— А как же поговорка: «Мужик, не собака — на кости не бросается»?

— Так её Ника и придумала! Вот идеальная попка, — Макс наклонился ко мне, подсунул руку мне под ягодицу и тихонько сжал. Я смущённо улыбнулась. — Скорее бы уже доехать до места, — томно сказал он, и его глаза потемнели. — Прошлая ночь была слишком коротка, а во мне накопилось столько желания и страсти, что я всё ещё голоден. Знаешь, я бы набросился на тебя прямо сейчас, и ты бы не смогла сопротивляться. Я бы даже не стал тебя раздевать… Я уже мечтаю о том…

Макс не успел мне поведать о том, о чём он мечтает, задние двери «Кайена» распахнулись почти одновременно, и в машину сели наши друзья. Макс шумно вздохнул, и нехотя отстранился от меня. У него был такой голодный взгляд, что мне и самой теперь не терпелось доехать до пункта назначения. Я тоже не прочь была наброситься на этого красавца.

Странно, но сама я почти никогда не приставала к Максу. За все время, что мы были вместе, я так и не смогла побороть свое смущение перед ним. Мне было как-то неловко начать прелюдию первой. Вдруг Макс устал? Или у него нет настроения? Я даже боялась лишний раз потревожить его, когда он был дома. Мне было так жаль его за то, как много он работает и как сильно выматывается.

Мы частенько предавались страсти, где придется, поэтому секс в машине мужа был для меня не в новинку. Инициатором всегда выступал Макс, а я, не умевшая и не желавшая ждать, велась на его заигрывания с такой легкостью, что Макс всё больше удивлялся моему сумасбродству.

В то же время, мой азарт, не знающий границ, и безбашенность нравились Максу. Поскольку, я так и не научилась выражать вслух свои чувства и эмоции, Макс ценил моменты, когда я была открыта и откровенна.

— Когда ты мне отдаешься, ты такая искренняя и настоящая, — сказал мне однажды Макс. — Только в этот момент ты мне и принадлежишь.

Мы поздоровались с ребятами, и я завела разговор об их паре, чтобы узнать их планы на будущее и отвлечься от своих пошлых мыслей. У ребят, вроде бы было всё серьёзно, по крайней мере, раз уж Артём перевёз к Нике свои вещи, вывод напрашивался сам.

Пробок почти не было, все сидели по домам или разъехались кто куда, как и мы. Макс быстро домчал своего «Кайена» до посёлка, как оказалось, добрались мы первыми. Это было хорошо, потому что ключи от домика были только у Макса, а заставлять ждать остальных, было бы некрасиво.

— Беги в дом и выбери самую пиздатую комнату, — шепнул мне Макс, протягивая ключи, и хитро подмигнул.

Я с энтузиазмом схватила сумку с одеждой и рванула к дому, пока остальные доставали вещи и продукты из багажника. Домик был чудесен. Прихожая, она же гостиная, она же кухня с камином, две ванные комнаты и шесть спален. Всё было отделано деревом, как и лестница на второй этаж. Запах древесины успокаивал и создавал ощущение тепла, уюта и умиротворенности, как будто мы находились за тысячу километров от цивилизации. Спальни были, в принципе, однотипными, я выбрала ту, окна которой выходили на восток, и был обзор на парковку.

Когда я выглянула в окно, к ней как раз подъезжали Лёхина и Женина машины. Макса, Тёмы и Вероники нигде не было видно, наверное они уже вошли в дом. Я сняла куртку и переобулась в домашние тапочки, затем спустилась вниз на поиски Макса. Тёма с Никой попались мне на лестнице, а Макс курил на крыльце, поджидая прибывших. Я выскочила на крыльцо, в чём была — джинсах и кофте. Макс рассеянно смерил меня взглядом и привлёк к себе, закутывая в полы своей «Аляски». На улице была плюсовая температура, но забота Макса меня снова вызвала у меня приступ гордости.

Начинало смеркаться, над парковкой автоматически зажёгся фонарь. Наконец наши друзья, тоже с сумками в руках, подошли к дому. С супругой Жени Софией я была знакома, а Лёха приехал с новой девушкой Кристиной. Холодная брюнетка с кукольным лицом, разодетая в платье и сапоги на шпильке, будто приехала на светскую тусовку а не за город, величественно шагала, держа Лёху под руку, смотря на всех свысока.