Землянка для звездного принца

Сознание возвращалось постепенно, но вместе с ним возвращалась и боль. В голове гудел тревожный набат, в висках стучали маленькие молоточки. Горло пересохло, губы потрескались и саднили, а язык распух и казался чужим. Открыв глаза, я попыталась встать, но сразу же упала назад. Меня накрыл приступ головокружения и тошноты. Перед глазами замелькали разноцветные точки, сливаясь в сплошные полосы и спирали.

- Лирра, не двигайтесь, - раздался над головой хрипловатый мужской голос, - вы сильно пострадали в катастрофе, вас чудом спасли.

Из всех языков мира я досконально знала только один - русский, но могла на слух различить французский, немецкий и английский. Тот, что сейчас прозвучал надо мной, оказался абсолютно не похожим ни на один из вышеперечисленных, а между тем я прекрасно поняла то, что услышала. Меня назвали лирра - незамужняя.

Чьи-то руки укрыли меня одеялом по самый подбородок, и я поняла, что лежу на кровати. Смутно припомнилась дурацкая попытка сделать заговóр на желание.

- Так меня все-таки сбила машина? - выдала я, с трудом ворочая языком, и осеклась: собственный голос показался мне чужим, как и произнесенные слова. - Сколько я уже в больнице?

- Не знаю, что такое машина, - сухая ладонь легла на мой лоб, будто проверяя температуру. Потом пальцы незнакомца оттянули правое веко, и мне в глаз ударил яркий луч света. - Вас доставили на филлере спасательной бригады две недели назад. Все это время мы собирали вас буквально по частям. Пришлось даже подключить нанобокс. То, что вы остались живы - настоящее чудо!

Я пыталась сообразить, что означают эти слова. Какие-то филлеры, нанобоксы... и – о, Господи! - я здесь уже две недели!

Оттолкнув державшую меня руку, резко села в постели. Рефлекторно сглотнула, сдерживая рвотный позыв, и вытаращилась на того, кто стоял рядом со мной. Потом зажмурилась, сосчитала до десяти и осторожно приоткрыла один глаз.

Но нет, это чудо никуда не исчезло: передо мной стоял и укоризненно смотрел на меня высокий, не меньше двух метров, худощавый мужчина в серебристо-сером комбинезоне с зелеными нашивками на предплечьях. И все бы хорошо, только раскосые глаза пересекал узкий продольный зрачок, похожий на тонкую щель, перечеркнувшую желтую радужку. Темно-синие волосы на макушке торчали ежиком, виски были тщательно выбриты, а заостренные уши украшали несколько десятков тоненьких золотых колечек. По щекам незнакомца, там, где у нормальных мужчин темнели бакенбарды, спускались вниз две дорожки серебристых чешуек. А кожа у него была странного пепельно-голубого оттенка.

- Так вот ты какая... моя белка, - сглотнув, прошептала я.

"Водка была паленой..." - мелькнула в голове нервная мысль.

- Вообще-то я ваш лечащий врач, лирра, - чешуйчатый мужчина скептично хмыкнул. - Лежите, вам нельзя вставать. Можете называть меня лейр Нурран. Что вы помните?

«Лейр - так обращаются к мужчинам», - машинально отметила про себя.

Я легла, не переставая сверлить это чудо ошарашенным взглядом. Захотелось немедленно себя ущипнуть, что я и сделала, не вытаскивая рук из-под одеяла. Боль оказалась вполне реальной. Кажется, я не сплю.

- Ничего из того, о чем вы рассказали, - глупо хихикнула, а потом высказала робкое предположение: - Я сошла с ума?

- Не думаю, - покачал головой плод моего воображения, - скорее, у вас временная дезориентация. Как вы себя чувствуете? Тут кое-кто хочет с вами побеседовать.

- Кто?

Я представила целую толпу таких желтоглазых, синекожих и синеволосых гигантов, и мне стало страшно. Один глюк еще куда ни шло, жить можно, но если они начнут размножаться - это прямое доказательство того, что я в дурдоме. Возможно, удар по голове повредил мне мозги или вызвал приступ шизофрении? А может, я вообще лежу в коме, и все это мне только снится?

- Следователь из спецотдела. Уже третий день в коридоре ночует, боится проворонить, когда вы в себя придете. Вы готовы встретиться с ним? Если нет, я скажу чтобы он пришел завтра.

Врач отошел, открывая мне обзор, и я наконец-то смогла осмотреться.

Какое странное сумасшествие. Неужели мой мозг оказался способен выдать настолько реалистичную картинку? Просто уму непостижимо!

Перед моим изумленным взором открывался невиданный интерьер, похожий на декорации к фантастическому фильму. Хотя, надо сказать, поклонницей фантастики я не являюсь.

Итак, мы находились в полностью закрытом помещении. Никаких намеков на окна, только большой овальный люк, похожий на те, что используются для выхода в самолетах. Стены поблескивают сталью и хромом, а шкафчики и этажерки будто собраны из металлического конструктора.

Потолок помещения выложен квадратами из непонятного материала, похожего на матовое стекло, и несколько таких квадратов испускают ненавязчивый зеленоватый свет. У самой кровати гудит и мигает разноцветными огоньками странная аппаратура на телескопических ножках. От этой аппаратуры идут тонкие провода и прозрачные трубки.

Только сейчас я заметила, что часть из них прикреплена ко мне эластичными присосками, похожими на застывший гель.

- Что это? - я тупо уставилась на пару трубок, уходивших куда-то под одеяло. Прислушалась к себе, но никакого дискомфорта не обнаружила.

- Часть ваших костей пришлось восстанавливать с нуля, лирра. Вам полностью раздробило ноги, а по эти трубкам подается питательный раствор, который стимулирует рост новых клеток.

- Раздробило ноги? - я прикрыла глаза, пытаясь вникнуть в смысл сказанного. - Я калека? А почему не чувствую боль?

- Что значит "калека"? - нахмурился лейр Нурран. - Это слово мне не знакомо. А боль вы не чувствуете потому что лекарства блокируют ноцицепторы, передающие болевые ощущения. Зачем страдать напрасно?

Кажется, мы с ним общались на совершенно незнакомом мне языке, но при этом я все понимала и спокойно отвечала, как будто мой мозг сам переводил в слова те мысли, что возникали у меня в голове. Я только удивилась своей фантазии.

- Ладно, где там ваш следователь? - хмуро пробормотала, разглядывая одеяло из странной металлизированной ткани и такую же рубаху, прикрывающую мое тело.