Похвали меня

Пришло время, когда Егор смог позволить немного расслабиться. Небольшое деревенское стадо, состоящее из нескольких крутобоких коров и телят, не разбрелось по окрестность, а сгрудилось кучно на небольшой богатой буйной порослью площадке. Неспешно срывали они траву крепкими зубами, пережёвывали и перемалывали её, лениво шевеля большой нижней челюстью, наливаясь силой и здоровьем перед предстоящей зимой.

Пастух довольно невнимательно и рассеяно наблюдая за подопечными сбросил мокрую от пота застиранную рубашку сероватого, как пыль дороги, цвета, подставив под палящие лучи солнца и без того порядком загоревшую коричневую, местами обгоревшую и облезшую спину. Денег, что он получал за несложный труд, вполне хватало на скромные надобности, да и не настолько все они были ему важны. К порученному делу невысокий крепко сбитый парень с копной пшеничных выгоревших волос относился крайне серьёзно. Для доброго сердца, что билось в груди, каждое доверенное животное представлялось особенным разумным созданием, по какой-то причине лишённым дара речи. У каждого из них оказывался на проверку свой характер, со своими довольно сложными привычками и недостатками. Что удивительно, и стадо приняло его как своего, как признанного вожака. Все эти мычащие и рогатые здоровенные животные выделили парня среди других людей, безукоризненно выполняя все его приказы, выданные иногда едва слышимым шёпотом. Соседи недоверчиво качали головами, шептали что-то про шамана, но доверить кому-то другому домашних кормилец наотрез отказывались.

Ему не нужно было повышать на них голос. Не нужна была лошадь, чтобы загонять непокорных обратно в стадо. А тем более не было никакой необходимости в кнуте.

Дома, в полуразрушенной деревянной избушке, одной из немногих, где по вечерам ещё теплился свет в умирающей деревне, никто давно не ждал Егора. А вот коровы, сгрудившись рано утром у края, последней загороди, ожидали именно его прихода и каждая из них по-своему мычанием, или доверчивым движением головы встречала пастуха.

Каждое утро пастух уводил своих друзей как можно дальше от людей, далеко-далеко в степь, где их никто не мог потревожить.

У парня и его стада было в запасе немало потайных мест, спрятавшихся между пашен, но обильных до всевозможных щедрых угощений. Одно из них Егор мысленно обозначил как водопой. Одинокий ручей поднимал наверх из-под земли настолько удивительно прохладную вкусную воду, что стоило её только попробовать, как кружилась голова. Вскоре пастух нашёл его истоки. Он выходил из земли из-под небольшой скалы. Поразительно, но течение делилось в одном русле на два направления. Одно исходило из самих недр и уходило в поля. Другое же, деля ручей ровно наполовину, несло воды с такой же скоростью в противоположную сторону – под камень.

Вода всегда оказывалась на удивление чистой. Ни разу Егор не заметил в ней палого листочка или засохшей веточки.

Загадка двойного течения долгое время мучила парня, но не найдя ни одного разумного объяснения, он просто начал относиться к нему как к существующему факту.

Приближалась середина лета, когда пастух увидел в воде первое письмо. Наблюдая как осторожно, стараясь не повредить копытами, низкие берега животные пили, опустив морды в воду, волшебный напиток он увидел, как из-под камня выскользнул бумажный треугольник, похожий на тот, что разносила военная почта давних лет. Он закружил, заплясал по волнам пока не уткнулся в маленький песочный пляжек точно между ног Егора.

Парень медленно согнулся и поднял конверт. К своему удивлению совершенно не почувствовал на поверхности присутствия влаги. Может, бумагу пропитали специальным раствором, что охраняла от любого воздействия воды?

Осторожно, с понятной робостью и боязливостью, он повертел в руке конверт. Почему-то нигде не было и следа от адреса, от упоминания кому именно он предназначен.

В душе молодого пастуха внезапно родилась уверенность, что письмо написали не для кого-то постороннего и потому ему неизвестного, а для него лично. Егор вздохнул и открыл свёрнутый конверт. Лист и на самом деле изготовили по непонятной технологии из серой почти негнущейся лоснящейся бумаги. Побывав немало времени в воде буквы нисколько не расплылись и не размылись и красивым почерком складывались в слова, которые не смогли заставить потечь влага.

«Привет!

Я очень хочу, чтобы моё письмо попало в руки именно того, кого я хочу увидеть.

Человека, с которым будет интересно проводить каждый прожитый день, любуясь его неповторимостью и купаясь с ним в красках дня и вечера. Купаясь даже в мраке ночи.

Человека, который полюбит меня и навсегда станет неотъемлемой частью жизни.

Человека, который будет дышать со мной в один такт и слёзы которого вызовут ответные слёзы у меня…

Я одна давным – давно. И всё время жду и жду, что появится кто-то, кого можно взять за руку.

Если хочешь, ты можешь зайти ко мне… В гости…

Уверяю, тебе очень понравится! Ведь я могу так много тебе рассказать!

Может, решишься и зайдёшь?

Буду очень признательна, если ответишь мне.

P. S. Можешь написать ответ на чистой стороне и бросить его, сложив, в другое течение. Оно принесёт его ко мне».

Егор некоторое время стоял, не в силах вымолвить ни слова. Сначала он покраснел, полагая, что попал в чей-то глупый розыгрыш. Но так как рядом никого не было, он вдруг заволновался. А если внутри, в пещере, что таится за течением, попала в ловушку неведомая ему девушка?! А может, правы старые сказки, что рассказывают, как в далёких удалённых местах обитает всякая нечисть – русалки и лесовики?

Пытаясь найти подвох, он посмотрел на подопечных. Коровы тоже смотрели на него всё теми же печально-влажными огромными глазами, не в силах помочь решить загадку. Егор достал из кармана простой заточенный карандаш, которым отмечал в свёрнутую в трубочку ученическую тетрадь количество вверенного скота и принялся выводить буквы по другую сторону листа. Буквы мгновенно вгрызались в пластиковую поверхность так, что ничто уже не смогло бы их стереть.

«Привет!

Я не знаю тебя совершенно и идея мне не очень-то и нравится. Скажи мне честно – ты попала в беду? И ещё… Как ты выглядишь?

Егор»

Парень в том же порядке сложил конверт и бросил в воду. Течение тут же подхватило серый треугольник и увлекло под каменистые своды.

С нескрываемым волнением и нетерпением пастух принялся ожидать ответа. Минут через десять новый серый конверт ткнулся точно в середину его ботинка.

- Я был бы на твоём месте намного внимательней и осторожней, - неожиданно услышал он над головой на удивление тонкий голос с невероятно затянутыми гласными. Поднял голову и в паре метров выше, там, где он не мог достать собеседника, увидел вольготно развалившегося знакомого деревенского кота. Со скатавшейся длинной серой шерстью и вечно слезившимися глазами.

Кот не отрываясь, смотрел на Егора.

- Да, это именно я, а не кто-то другой, - подтвердил догадку пастуха старый знакомый и даже язык высунул от беззвучного смеха.

- Ты… Ты можешь говорить?

- Поверь, только здесь. На этом камне. Пробовал чуть отойти в сторону, да сразу кроме обычного «мяу» ничего не получалось. А на камне голову прочищает так, что всё вокруг становится понятным и появляются, кто бы мог подумать – мысли.

- Почему ты решил, что нужно быть осторожным?

- А ты бы сам хоть немного бы подумал, - продолжал загадочно, как Чеширский кот улыбаться пушистый философ. – Письма твои уходят в никуда, а получаешь ты их из ниоткуда. Над таким фактом стоит задуматься особенно.

- Но ведь внутри, внутри наверняка есть пещера…

- Даже если она есть, течение мне говорит о том, что она затоплена. Хотя давай-ка прочитаем, что тебе пишут с другой стороны…

Егор почему-то быстро привык к виду говорящего кота и больше не удивлялся. Видел по телевизору ещё и не такое.

Пастух раскрыл конверт и принялся громко, с выражением и расстановками, как учили в школе, читать вслух:

« Я очень, очень рада, что ты мне ответил!

Я всегда думала, всегда мечтала, что нас будет двое, и тогда мы будем способны творить такое, о чём и не помышляем в нынешнем состоянии!

Я жду тебя!

Алёна».

У Егора задрожали руки. Не оставалось никакого сомнения, что никакого розыгрыша вовсе и не было. Что в гости его приглашала самая настоящая девчонка.

- Я тут вот что подумал. Иди, - противным мяукающим голосом посоветовал человеку деревенский кот. – Что тебе терять? Дома тебя никто не ждёт, ни мышь, ни собака. Кому нужен круглый сирота? Даже коты зимой обходят твой дом, потому что поживиться у тебя совершенно нечем. Вот скажи мне, что тебе терять?

Егор пожал широкими плечами:

- Да вроде нечего.

- Вот – вот, - оживился кот, - совершенно нечего. А вдруг повезёт? Тут и сомневаться нечему. Следуй за зовом своего сердца. Жалко, конечно, что вы люди, следуя за сердцем, совершенно не умеете проявлять свои чувства. Не нужно их сдерживать. Ну, например, как мы коты, нужно для приличия хотя бы научиться горланить во всё горло, когда тебе становится хорошо или… чего-то хочется.

- А как ты думаешь, что я встречу там? Куда попаду?

- Ну, если письма приходят из ниоткуда, значит, и попадёшь в никуда.

- Я совершенно о другом. Спрошу по-иному? А где находится, как ты думаешь то место?

- Естественно, что в Нигде, - презрительно высунул кот розовый язычок, удивляясь человеческой глупости.

После недолгого раздумья парень перестал колебаться. Закатил джинсы до колен и спрыгнул в ручей. Вода оказалась по-настоящему ледяной.

- Правильно, правильно, - поддакнул сверху кот, но Егор уже его не видел. – С каждым годом в деревне всё меньше людей. Что ты будешь делать, когда её покинет последний, кроме тебя, житель?

Пастух углублялся в темноту. Пещера расширялась, давая возможность двигаться, теперь не нагибаясь. Но увеличивалась и глубина потока. Скоро исчезли совсем солнечные лучи, а парень погрузился в воду по грудь. Он вытянул в сторону левую руку, для уверенности нащупывая скальные породы.

Откуда же пришли письма? Наверное, за самым глубоким местом находится полость или настоящий выход куда-то. Большой опасности Егор не видел для себя никакой. Стоит только скользнуть в соседнее течение, и оно легко поможет выбраться наружу.

Без всякого страха набрал полные лёгкие воздуха в том месте, где вода почти коснулась свода. Он дважды или трижды мощно загребнул руками и вдруг обнаружил, что завис в некоем спокойном пространстве, в котором не надо было бороться за жизнь. Слабое тяготение позволило перекувырнуться через голову и принять вертикальное положение.

Огромная пещера окружала его. Всю её заполняла вода, в которой парень, тем не менее, легко и спокойно дышал.

А напротив него в старом сарафане с яркими голубыми цветами на ситце стояла красивая девушка лет шестнадцати. Её пышные волосы были уложены на старинный манер, заплетены и закручены в косы и свешивались с плеча до самого живота.

Всюду вокруг Егора, у его лица, рук и ног в одиночку и стайками проплывали большие и маленькие рыбы. Они пялились на него так, словно не замечали – холодно и безразлично. Снизу, из-под ног поднимались пузыри и заросли водорослей.

- Алёна, - радостно представилась девушка. – Меня зовут Алёна. А тебя?

- Егор, - незадачливо и озабоченно ответил пастух. Одна большая рыбина совсем уж нагло подплыла к самому его носу, и коснулось его. Пришлось поднять руку и щёлкнуть её между глаз. От неожиданности она в панике развернулась всем телом, взмахнула хвостом и метнулась прочь.

- Они не видят нас. Никто больше не видит нас. А вот прикосновения чувствуют, - пояснила Алёна.

Неожиданные подозрения закрались к Егору.

- Скажи мне… - тихо попросил он девушку. – Скажи мне, я… утонул?

От вопроса, что прозвучал вполне уместно, Алёна рассмеялась от души. Смех оказался под стать внешности. Звонкий, приятный, как будто зазвенели тысячи волшебных колокольчиков.

- С чего ты так решил, дурья голова? Почему не ощутил удушения и страха? Нет, нет, мы просто случайно попали в особое место. Я ведь, как и ты, решила по глупости заплыть сюда много лет назад.

- И где же мы?

- В Нигде.

- Это как? – покраснел Егор, которому показалось, что над ним потешаются.

- В такой особой точке, где мы становимся всем и ничем одновременно. Месте, что держит в равновесии Вселенную.

- Совершенно не пойму тебя.

- Чему вас только сейчас в школе учат?

Егор на секунду задумался и честно ответил:

- Ничему.

- Есть ряд особых точек, удерживающих Вселенную в её нынешнем стабильном состоянии со своими искажёнными законами бытия. И мы при помощи воды как-то прошли в одну из них. За долгие годы я многое передумала и многое узнала.

- Значит, у нас здесь своя особая жизнь и свои… способности?

- Ещё какие! – рассмеялась хохотунья. – Мы стали Всем и Никем одновременно. Понимаешь, мы наконец-то стали свободными!

- А Нигде, это место может помочь сделать что-то такое, что может показаться странным и необычным в нормальной жизни?

- А что именно?

- Прости за глупость, но я хочу написать письмо своей бабушке. Очень давно. Она одна на всём свете любила меня, а я так мало с ней говорил, - признался парень.

- Письмо бабушке? – удивлённо спросила Алёна. – Но ведь она давно умерла.

- И я очень много не успел сказать ей… Если это возможно…

- Напиши, напиши всё, что накопилось в сердце, - протянула парню листочек с ручкой девушка.

Тот опустился на колени и на них написал много, много слов о том, как он любит того, кого с ним больше нет.

- Запечатай его и пусти по течению, - сказала девушка.

- И она прочтёт его? – с сомнением спросил пастух.

- Обязательно, - заверила Алёна.

Парень бросил конверт в нужный поток и его понесло в никуда. Через некоторое время выбросило наружу, он уткнулся в берег, зарылся в землю и начал длинный путь, медленно продвигаясь к намеченной цели в далеком-далеком прошлом.

Алёна повернулась, наблюдая, как уплывает письмо. К ужасу Егор заметил, что у неё в большом разрезе совсем нет спины. Вместо привычной плоти мерцала лишь темнота, ограниченная по краям и придающую форму миллиардами маленьких звёздочек.

Девушка перехватила его взгляд и улыбнулась.

- Ты скоро станешь похож на меня. Сильнее и лучше. Может, немного попутешествуем?

- Попутешествуем? – искренне удивился Егор. – А куда здесь можно отправиться?

- Куда угодно! – улыбнулась Алёна. – Ведь мы теперь Никто и находимся в Нигде! Все пути открыты для нас. Хочешь в прошлое или будущее?

- Давай… прошлое, - выдавил пастух. И тут же мрачная пещера исчезла. Теперь его окружала бесконечная жаркая равнина с огромными хрящевидными растениями и странными деревьями. Он заметил тень и едва успел уклониться от огромной плоской круглой площадки, что опускалась сверху. Тяжёлая лапа-тумба появилась рядом, подняв облако пыли. Вокруг них множество гигантских животных медленно пересекало равнину.

- Он чуть не раздавил меня! – закричал Егор.

- Тебе всё равно бы ничего не было. Беги, Егор, это всего лишь диплодоки, - замахала руками девушка. – Не бойся их, они настолько неповоротливы, что стоит только поменять направление, как оставишь их с носом. Не бойся, Егор, не бойся, ведь нас теперь зовут Никак и мы с тобой – Всё!

Со смехом они побежали, дразня и уклоняясь от гигантских животных по давно умершему миру.

А мир, что их окружал, смотрел на счастливую парочку миллиардами глаз и улыбался бесчисленным количествам улыбок двум только что явившимся создателям новых Вселенных, готовый открыть им все свои тайны.

Ведь всегда, когда возникает новая Вселенная, непременно нужны двое. Уж так заведено…